Юлия Ветрова – Танцующая богиня, или Кастаньеты неудачи (страница 11)

Пальцы незнакомца скользнули вверх, по моей руке. Странное чувство стало ещё сильней. Там, где его пальцы проходились по коже, сквозь тонкую ткань сорочки струились ручейки пламени.

Пальцы замерли в том месте, где под тканью виднелись чёрные контуры клейма.

– Прости меня… – прошептал он.

Я с удивлением смотрела на него.

– За что?..

Я чувствовала, что он говорит не просто так. Но как он связан с клеймом?

Мне почему-то казалось, что кем бы он ни был – он не мог причинить мне зла. Ни моей носительнице давным-давно, ни теперь – мне самой.

Уголки его губ опустились. Должно быть, он в самом деле собирался ответить, когда голос, прозвучавший за моей спиной, развеял наваждение.

– Лирена! Ты здесь?!

Незнакомец стремительно подался назад.

– Стой! – выдохнула я.

– Лирена! – повторилось за спиной.

Я подалась вперёд в надежде нагнать незнакомца, но стоило дотронуться рукой до его плеча, как вся его фигура рассыпалась на тысячу маленьких теней. Шелестя крылышками, они взметнулись вверх, и лишь на мгновение я успела различить в темноте золотистые узоры на чёрных, как ночь, крыльях бабочек.

– Лирена! – голос был уже совсем близко. – Даже не думай так уходить!

Я стояла неподвижно, не в силах двинуться от разочарования. Незнакомец исчез, и у меня не осталось ни единой возможности разузнать, кто это был и чего он хотел от меня.

Опустила глаза на кастаньеты и задумчиво отстучала всё тот же ритм.

Тук – тук-тук – тук-тук – тук.

Он казался таким же знакомым, как это лицо. Но где я могла его слышать…

– Лирена! Я с тобой говорю!

– Да… – глухо ответила я. – Я тут…

Повернулась и посмотрела на Давея, стоявшего прямо передо мной. Несмотря на то, что на лице его было написано искреннее беспокойство, я ощутила только тоску.

– Ты понимаешь, что в городе пропадают девушки? – с трудом сдерживая раздражение, спросил он.

Я кивнула и сделала ещё шаг по направлению к тому месту, откуда мы пришли.

– Лирена, я правильно понимаю, что у тебя нет сил, и ты не можешь противостоять тому, кто их похитил?

Я молчала.

Теперь я уже не была так уверена в этом, но говорить мне не хотелось по другой причине.

Ночная встреча странно подействовала на меня. Сердце охватило отчаянье, как будто я потеряла что-то, чего никогда не смогу вернуть.

Мне стало всё равно, смогу ли я завоевать доверие смертных или богов, и только потому, что Давей подхватил меня под руку и довёл до навеса, я не осталась сидеть там, на заднем дворе.

– Нашёл! – выдохнул Кейлин, выступая из темноты.

– Нашёл… – подтвердила я.

Оба мужчины уселись по разные стороны от меня.

– Всё в порядке? – Кейлин склонился надо мной, вглядываясь в лицо.

Я лишь прикрыла глаза. Откинулась назад на деревянный столб и обмякла.

Какое-то время царила тишина. Видимо, парни прекрасно видели, что ничего не в порядке, но я не хотела и не могла ничего объяснять.

– Зачем ты ушла? – спросил тогда Давей.

– Просто… – я пожала плечами. – Хотела попробовать вспомнить что-нибудь.

Вздохнула и наконец открыла глаза – только чтобы увидеть над собой соломенную крышу конюшни.

– Что я за богиня, если у меня даже на гостиницу денег нет?.. – пробормотала я. – Ни дома, магии… Ничего.

Я замолкла, в одно мгновение пожалев о том, что произнесла это вслух, но, к моему удивлению, Кейлин мягко сказал.

– Я уверен, ты справишься и вернёшь себе всё, что принадлежало тебе.

– Если не умру от простуды под дождём…

– Ты богиня. Ты не можешь умереть. Что же касается этого… – он ткнул пальцем в крышу. – Уверен, где-то ещё остались храмы, построенные для тебя. Иначе в твоём кошельке не было бы даже песка.

«Умеешь обнадёжить», – подумала я, но вслух решила ничего не отвечать.

– Твои храмы были очень красивы… – внезапно продолжил за него Давей. – Твои статуи окружали цветами, и вокруг стен разбивали цветники… Не то что тут.

Я перевела взгляд на него.

– А твои? Они находятся далеко?

Слабая, несвойственная ему улыбка промелькнула на лице Давея.

– Его храмы черны как ночь, – ответил за него Кейлин – туда приходят только мужчины. Он покровитель всех стражей, всех, кто исполняет приказ. Там нету ни резьбы, ни росписей. Только чёрный оникс и серый гранит.

– А твои? – теперь я обернулась к Кейлину, но он промолчал в ответ. И только спустя какое-то время Давей ответил за него:

– У него нет храмов. Ему поклоняются на камнях в лесу. Он – божество всех изгоев, тех, кого не примет ни один другой бог.

Я задумчиво перевела взгляд с одного, на другого. Остановила его на Кейлине и спросила:

– Почему?

– Кто-то должен и им помочь, – буркнул тот.

Мы снова замолкли, а я задумалась о недавнем происшествии и, помешкав, решилась спросить:

– А есть ли бог, в чьём храме изображают бабочек?..

Оба спутника так помрачнели, что я поспешила уточнить.

– Или какое-то иное… существо.

– Почему ты спрашиваешь? – резко спросил Давей. Он посмотрел на меня так, что мне мгновенно захотелось провалиться сквозь землю вместе со своим вопросом.

– Да просто так… – пробормотала я.

Кейлин опустил руку на его плечо и, видимо, стиснул его, потому что Давей медленно отвернулся от меня и посмотрел на другого нашего спутника.

– Думаю, всем нам пора отдохнуть, – произнёс Кейлин мягко, и Давей нехотя кивнул.

Я не стала отвечать. Просто закрыла глаза и довольно быстро погрузилась в сон.

Проснулась я первой – потому что проезжавшая мимо повозка окатила меня водой из лужи. Стало холодно, я резко открыла глаза и поняла, что произошло. Божественный плащ покрывали безобразные коричневые разводы. С непривычки к таким приключениям слёзы навернулись на глаза.

Я хотела домой, и не хотела никакой божественности. Господи, который настоящий и единственный, забери меня отсюда!

Однако толи власть его не распространялась на этот мирок, толи ещё что, но на мои молитвы никто откликаться не спешил.