Юлия Ветрова – Не верь, не бойся, не проси. Книга четвёртая (страница 12)

Яр не ответил. Он и сам уже задавался вопросом, зачем ему это всё, но говорить элементарную вещь – что там, на воле, он банкрот – не хотел.

– Почему первый этаж перенаселён? – спросил он вместо этого.

– Догадайся сам.

– Догадался уже.

– А ты что, за права неимущих борец? – Богатырёв усмехнулся. – Ещё один?

Яр покачал головой.

– Я больше по своим правам. И мне не улыбается ни на пятой шконке спать под потолком, ни перед тобой выслуживаться, а потом от братвы огребать.

– А если не огребать?

– Всё равно выслуживаться я не здоров.

Снова наступила тишина. Яр затянулся. Парламент, которым угощал Богатырёв, казался слишком лёгким после его привычных сигарет.

– Что под ключом на первом этаже? – спросил он.

– Спортзал и подсобка. Подсобка не моя.

Яр кивнул.

– Ну так вот… Предлагаю что. Я не мешаю тебе, ты не мешаешь мне. Две хаты на первом ты нам отдаёшь. И я буду за бараком смотреть – но и следить, чтобы не трогали тебя.

Богатырёв наклонил голову набок.

– Или хочешь сам возиться с братвой? – уточнил Яр. – Мне это тоже не очень-то надо. Я согласен и наоборот. Отрежешь мне угол – и сам остальное решай.

Богатырёв постучал пальцами по подлокотнику.

– Гром тоже так говорил, да чё-то много стал не того мутить. Ты имей в виду, решаю здесь всё я. И если кто-то… Тебе предложит самому решать… могу и тебя порешить.

– Кто-то? – Яр приподнял бровь. – Это кто?

Богатырёв почему-то метнул взгляд за окно, где крупными хлопьями медленно падал снег.

– Мало ли… Ну так что?

Яр протянул руку.

– Хорошо.

Богатырёв ответил было, а затем замешкался на секунду.

– А уверен, что сможешь пацанов удержать?

Яр пожал плечами.

– Как-нибудь.

И на то ударили по рукам.

Яр переоборудовать спортзал не стал – спальных мест туда влезло бы немного, и они только стали бы лишним поводом для драк между зеками. Вместо этого договорился с дневальным и устроил вход «по пропускам» – для тех, кто оказывал услуги ему.

Вторую комнату вычистили от швабр и устроили там телевизионную – через Богатырёва Яр заказал старый телек и видеомагнитофон. Здесь же были установлены пустые книжные шкафы, в которых через некоторое время стала скапливаться перечитанная до дыр макулатура – газеты, журналы, детективы в мягких переплётах. Вход в телевизионную осуществлялся также «по пропускам», которые выдавал он сам.

Ещё до того, как переоборудование было завершено, Яр разместил на новой хате свою «свиту». Хрюню было даже немного жаль – его теперь пришлось отселить к другим петухам, от чего он за последние месяцы успел отвыкнуть.

Сам Яр пребывал в странном состоянии – с одной стороны, необходимость обустраиваться и устанавливать новые порядки в бараке немного оживляли его. С другой – всё происходящее казалось каким-то дурным сном.

Здесь было грязнее, чем в первом его обиталище на зоне, и народ был какой-то сумрачный, так что нескольких пришлось макнуть в парашу головой, прежде чем остальные начали за собой следить. Зато, когда в полку чушек прибыло, нашлось, кому поручить уборку, и постепенно барак не то чтобы засиял, но по крайней мере запах хлоркой, а не чесноком.

Грев здесь был не так нужен, как в четвёртом – всё необходимое мог обеспечить Богатырёв, только бы ему не мешали жить в его апартаментах. С другими зека он ладил тяжело и почти все проблемы решал через активистов и быков.

Яра же довольно быстро Богатырь подпустил к себе. Звал посидеть вечером за коньячком и даже потихоньку снизошёл до того, чтобы рассказать, как попал сюда.

– Махинации… – Богатырёв усмехнулся. – Да какое там… Кто за что… Бабу я убил.

Яр приподнял бровь и присвистнул.

– Изменила мне, – Богатырёв сделал большой глоток и не сказал больше ничего. Чувствуя, что установившуюся паузу нужно чем-то закрыть, Яр произнёс.

– И я… вроде того.

Говорить подробнее не хотелось совсем – не в тему здесь были ни настоящая Яна, ни девочка, так похожая на неё. И даже то, что его подставили, Яр сказать не мог, потому что это означало признать, что он полный лох.

– Выпьем, – произнёс он наконец и на том завершил разговор.

Впрочем, Богатырёв всё больше говорил о себе. Яру было довольно легко с ним, потому что тот никогда не спрашивал о нём самом. По крайней мере о том, что было по ту сторону решетки – только о том, что внутри.

Ещё Богатырёв то и дело проговаривался о том, что здесь, на зоне, у него есть враги – но всё никак не говорил кто. И Яр так и не узнал ответа на этот вопрос, пока не встретил его лицом к лицу.

Трое пацанов зашли с двух сторон, когда Яр устроился покурить в небольшом тупичке слева от двери. В первую секунду Яр пожалел, что не взял с собой быков. Потом оглядел пацанов ещё раз и просто сплюнул в снег.

– Здорово, братва, – произнёс он и усмехнулся, ожидая реакции, но её не последовало.

– Чё за дела у тебя с Богатырём? – спросил один из троих и, всмотревшись в его лицо ещё раз, Яр узнал автоматчика, который околачивался вокруг Хряща, а затем куда-то пропал.

– Хорошие дела. А тебе-то чё?

Автоматчик тоже закурил.

– Тебе Лысый привет передаёт.

Яр нахмурился. Никакого Лысого он не помнил в упор.

– И ему от меня, – ответил он на всякий случай и стал ждать продолжения.

– Лысый говорит, что если ты нормальный пацан, то будешь делать так, как он говорит.

– А что он ещё сказал?

– Что Богатырёва надо убрать.

– И чё? – Яр усмехнулся. – Типа он мне заказ сделал что ль?

Автоматчик покачал головой.

– Ясно, что убирать будешь не ты. От тебя только требуется побазарить с ним подольше, да побольше разузнать…

Яр кивнул – больше в знак того, что понял, что от него хотят, чем в знак согласия.

– Подумаю, – ответил он и, выставив вперёд плечо, вклинился между двумя быками, перегородившими проход.

Весь остаток дня на душе у него было неспокойно, и он думал в основном, как бы подловить Хрюню, пока не видит никто, и как бы потише отправить его разузнать что почём.

Ближе к ужину ему это удалось, и перед сном, запершись в телевизионной, он выслушал всё от и до:

– Лысый – Лысенько Тимур Семёнович. Из Пермской ОПГ. С Богатырёвым что-то не поделил давно.

– Что? – перебил его Яр.

– Говорю же, давно. Да и не всё ли равно?

– Ладно. Что ещё?