Юлия Вариун – Светлая Капелька в тёмной душе (страница 15)

— Всё. — Только и успела услышать я от крайне огорчённого мужчины, а уже в следующее мгновенье оказалась в кольце его рук. — Успокойся.

Но сказать легче, чем сделать. У меня началась банальная истерика. Совершенно необоснованный смех перешел в такой же беспричинный плач. Я рыдала от переизбытка всех этих совершенно неправдоподобных событий, мелко подрагивая всем телом. Крупно не получилось бы при всём желание — Кирилл держал крепко.

— Тише, крошка, всё хорошо… — повторял он мне в макушку, но я только разошлась и не могла остановиться.

— Это сумасшествие какое-то, — сквозь слёзы прорывались слова, — не правда. Всё не правда.

— Правда, маленькая, правда. Я тебе всё объясню. Но сейчас ты не готова к этим объяснениям. Всё равно не поверишь.

— Зачем ты меня похитил? Ну, зачем я тебе сдалась?! У меня же ничего и никого нет, даже выкуп просить не у кого…

— Глупенькая, — чувствую, что мои предположения развеселили Чернова. — Я за тебя сам любой выкуп выложу. Я тебя не украл, я просто опередил Ортайла, считай спас от него. Он бы точно это сделал.

— НУ, ЗАЧЕМ?! — почти простонала я, продолжая взахлёб рыдать на широкой груди. Мой плач постепенно перешел в икоту и редкие всхлипывания. А Кирилл всё так же терпеливо стоял рядом и крепко удерживал меня, даже не знаю от чего. Он гладил меня по растрепавшимся волосам и спине, приговаривал что-то успокаивающее, но ничего конкретного. Потом я услышала шаги и приятный голос позади себя. Повернуться даже не пыталась, я самозабвенно икала, потому что плакать уже не могла.

— Катенька, принеси успокоительного, — услышала я над своей головой, которую Кирилл не переставая гладил. А еще через какое-то время, — капелька, выпей пожалуйста, тебе надо успокоиться.

Он всё так же держал меня крепко одной рукой, а второй поднёс стакан мне к губам. В руки не доверил. Я послушно выпила воду отчётливо отдающую запахом валерианы.

— Умница, — постановил Кирилл и уже не мне, — спасибо, Катенька.

Стакан загадочно исчез, а я не менее загадочно воспарила. Хотя загадка быстро разрешилась — Кирк просто вскинул меня на руки и прижав покрепче, куда-то зашагал. С ноги открыл дверь, по глазам вдруг резанул свет. Я зажмурилась, но глаза быстро привыкали к новому освещению и я опознала в помещение санузел. Роскошная ванна стояла по центру комнаты, на широкий бортик которой меня и усадил Кирилл.

— Ты же не собираешься меня собственноручно купать? — Угрюмо спросила я из-под отросшей до неприличия чёлки.

— Хотелось бы, — не стал скрывать Чернов, открывая вентили и пуская в ванну горячую воду, тяжело вздохнул, — но ты мне этого точно не простишь, поэтому подождём. Тебе поможет Катя, она твоя можно сказать, горничная…

— Сиделка, — скривилась я, понимая свою временную, но инвалидность.

— Лучик, — Кирк опустился передо мной на пол, чтобы смотреть мне прямо в глаза, что меня ужасно смутило. — Это временная необходимость, ты еще очень слабенькая, а я не могу постоянно быть рядом, мне работать надо.

— Работать… — что-то в этом слове меня царапнуло. Я не сразу вспомнила, но всё же умудрилась. — Кирилл, работать! Мне тоже надо работать, мне же сегодня звонили, помнишь?! Это кстати сегодня было? — Уточнила я, потому что неуверенна сколько проспала. Получив утвердительный кивок, рассказала, — мне на повторное собеседование завтра. И я должна там быть, вдруг больше не предложат. Это мой шанс перестать перебиваться от подработки к подработки. Пожалуйста, отпусти меня.

— Капелька, а куда тебя зовут на работу? — С каким-то подозрением спросил мужчина и всматривается мне в глаза, неужели хочет во лжи уличить?

— Юридическая фирма. Кстати она в том бизнес центре, возле которого я тебе кошелёк возвращала.

— Понятно, — ухмылка в ответ. — Хорошо, кукла, будет тебе и собеседование и работа. Я сам тебя сопровожу. Но давай и ты мне на уступки пойдёшь, ладно?!

— Какие? — Тут же насторожилась я. Уж тело своё я ему уступать не намерена.

— Во-первых, как ты уже поняла по моим поступкам, намерения у меня к тебе самые серьёзные и я не хочу постоянно переживать что ты, где ты и с кем ты?! И не в обмороке ли от последствий травмы головы? А потому настаиваю на твоей реабилитации именно на моей территории. Твоя комната совсем в другом крыле дома от моей. Тебя никто не будет беспокоить, можешь тут хоть в хоккей играть, хоть шабаш устраивать — тоже никому не помешаешь. Тебе будет помогать Катя, поскольку я человек достаточно занятой, а со всей этой историей и так уже отвлёкся от работы достаточно. Пора бы и к делам вернуться. Надеюсь, ты меня понимаешь?!

— А во-вторых? — печально спросила я, совсем скиснув.

— А во-вторых, — уверенная ухмылка, — мы опять возвращаемся к вопросу моего шанса. Капелька, давай начнём сначала?! Как-то у нас сразу не заладились отношения. Но давай еще разок попробуем, а?! — К концу своей речи, Кирилл был уже не так уверен, но всё так же твёрдо смотрел мне в глаза. И совсем уж тихо завершил, — пожалуйста…

— У меня разве есть выбор? — Печально ответила я вопросом на вопрос.

— Выбор есть всегда.

— И какой же выбор есть у меня? Влюбиться в тирана или не влюбиться, но как бы не решило моё сердце, тиран не отстанет и не отпустит меня, так?

— Ну почему сразу тиран? — Как-то совсем отчаянно спросил Чернов и бросил быстрый взгляд на ванну, вода там уже подбиралась к краям. С тяжелым вздохом, мужчина поднялся в пола и отпустил наконец-то мои руки, которые всё это время держал в своих. — Я позову Катю, пусть тебе поможет тут освоиться…

И он ушел, прислав себе на смену мою сиделку и оставив в душе, какие-то противоречивые чувства. Вроде бы я и возмущена до предела его первобытным поступком, а с другой стороны — наверное, добрая половина женщин мечтает о таком романтическом порыве со стороны их мужчин. Наверное, это я неправильная. Слишком скучная, нет во мне авантюрной жилки, нет перчинки. Я больше склонна к ровным отношениям в семье, какие видела у своих родителей. Да и не верится, честно говоря, в его чувства. Я не могу оспаривать факт его вожделения. Это есть норма для мужчин. Но в «любовь до гроба — идиоты оба» да еще и с первого взгляда… нет, не вериться что-то. Мы же не в сказке и не в кино…

— Какой запах предпочитаете? Сандал, ваниль, тирамису? — Я уныло ткнула в первую попавшуюся банку, и Катерина сноровисто стала намыливать мне голову. По комнате поплыл просто дурманящий аромат итальянского десерта.

— Ммм… — промычала я, жмурясь от удовольствия, — как вкусно пахнет…

А когда после ванной, Катя помогла мне добраться до кровати и сделала массаж, я вообще поплыла и растаяла. Реабилитация очень даже ничего получается. Может и потерплю я какое-то время такую настойчивую заботу. Так я думала ровно до того момента, как девушка мне заявила:

— Кирилл Аполлонович ждёт вас в столовой.

— Зачем? — удивилась я.

— Ужинать, Лилия Николаевна, зачем же еще?! Я вас провожу.

Я стоял в столовой и с задумчивым видом вглядывался в сгустившуюся за окном темноту. Конечно, придомовая территория освещается вечером, но видимо именно в этом месте оказалось слепое пятно и потому кажется, что смотришь в какой-то чернильный мрак, а не в окно на ухоженный парк. Я ожидал Лилию к ужину, который уже остывал на столе. Но садиться без нее мне не хотелось. Я всё прокручиваю у себя в голове мысли о каждом нашем споре, о каждой ссоре. И понимаю, что порой действую в корне неправильно. Надо быть мягче. Еще мягче. В итоге вышло лишь довести бедняжку до нервного срыва и мыслей о сумасшествие. Идиот! Как я умудрился за неполный месяц так довести свою капельку?! Это талант. Ну, что поделать, видимо талант у меня в крови или во тьме.

Нет, свою линию поведения надо менять. Если хочу всё же разжечь её искру, которая так мне нужна. Одно меня радует только — я смог оставить Ортайла ни с чем. Он и понятия не имеет, где моя капелька. Думаю, он обязательно её найдёт. Но к тому моменту, я уже должен буду полностью слиться с Источником. И всё что останется вспыльчивому юнцу, это ждать пару сонет лет, чтоб найти себе другого носителя Света, заодно и мудрости поднакопит и терпению научится.

Кстати о терпение… что-то долго нет моей гостьи. Уж не решила ли она объявить голодовку?

Я перевёл взгляд с часов на стол, еда усиленно остывает. Уже хотел отправляться на поиски своего счастья, как дверь в столовую тихо отворилась и на пороге показалась Лилия.

Малышка переминалась с ноги на ногу и застенчиво теребила в руках платочек. Ну, вот, она уже платки с собой носит, значит, готова снова плакать. Довёл, так довёл дитя…

— Проходи, дорогая, — я сделал пару шагов навстречу и протянул руку ей, а маячившей за дверью Катерине разрешил отдохнуть. — Катенька на время ужина вы свободны, на кухне вас наверняка накормят, а потом дожидайтесь Лилию Николаевну в её спальне. Лучик, — я вопросительно посмотрел на девушку, ожидая её реакции. Она нерешительно приняла мою руку и пошла вместе со мной за стол. Как на расстрел, если говорить откровенно.

— Расслабься, капелька, я не буду тебя кусать, — попросил я, помогая ей усесться и придвигая стул. Лилия решила не разряжаться для ужина и пришла в удобном спортивном костюме, который очень даже соблазнительно облегал юное и спортивное тело. Я мысленно себя похвалил, что тоже пришел на ужин с расчетом на неформальную обстановку, поэтому на мне была обычная чёрная футболка и джинсы. Ужин получался уже хотя бы внешне очень семейным, а не помпезным. Мне это нравится.