Юлия Узун – Слёзы молодости. Из памяти. Из сердца. Из жизни (страница 23)

Брайан держал её в объятиях и рыдал, рыдал, как беззащитный ребёнок, понимая, какую утрату нёс в этом мире. И пока сестра прижималась к груди, ощущение покоя не покидало его. Заботливая женская рука поглаживала его отраставший на голове «ёжик», согревала душу своим терпением. Брайан посмотрел на довольную физиономию Ника. Он – настоящий друг, и Брайану грех в этом сомневаться.

– Джулия, тебе не стоило приходить в это ужасное место, – мягко сказал он, стараясь заглянуть ей прямо в глаза.

– Ужаснее – не видеть тебя все эти месяцы. Не знать о тебе ничего, быть в неведении.

– Ну, тихо, не плачь, – успокаивал её Брайан и сам еле сдерживался от очередных рыданий. – Ты здесь. Со мной.

– У нас не очень много времени, – втиснулся между ними Ник. – Чай остынет!

Все трое сели за небольшой квадратный стол. Джулия не отрывала глаз от брата. В нем было что-то странно притягательное, несмотря на усталость и серую тюремную одежду.

– Как же я соскучилась.

Брайан скромно потупил взгляд.

– Значит, моего племянника зовут Стивен?

– Да, – Джулия оживилась, затем встала и достала из сумочки свой подарок, упакованный в неброскую обёрточную бумагу. Вручая, её лицо сохраняло каменную невозмутимость, хотя внутри всё дрожало, нервы звенели, как струна в предвкушении реакции.

– Что это?

– Открой! – Джулия перевела дух и улыбнулась.

Брайан, как можно быстрее избавившись от бумаги, взглянул на подарок. Это была рамка с фотографией двухмесячного малыша в смешном голубом комбинезончике с аппликацией мишки, обнимающем бочонок мёда. Так мило и трогательно с её стороны. Чёрт, вновь эти сентиментальные слёзы навернулись на глаза. Пришлось зажать веки пальцами.

– Мне приятно, Джулия. Очень…

И Ник отвернулся, так как к горлу ком подступил.

– Это Стивен Томас Ньюил, – гордо произнесла Джулия.

– Очень приятно, – и Брайан обнял сестру. – Я повешу эту рамку у себя над кроватью и, засыпая, буду думать о том… – он сглотнул слезы, шмыгнул и отошёл от Джулии. – О том, что однажды возьму его на руки, – закончил он.

– Брайан, у нас несчастье в доме, – прискорбно сообщил Ник, когда комнату поглотило молчание.

– Что ещё?

– Дункан… – хотела начать Джулия, но из горла вырвались рыдания, и она не смогла продолжить.

Ник привлёк её к себе и сам рассказал всё, что произошло с Дунканом и Эй Джеем.

– Дункану сделали операцию, – говорил он, поглаживая шёлковые локоны Джулии и чувствуя под своей рукой её трепет и боль. – Но он еще без сознания. Врачи говорят, что это действие лекарств и вскоре, когда минует опасность, ему позволят проснуться.

Брайан стоял, раскрыв рот.

– О, Господи…

– Да. Травма головы. Из-за этого мы не могли приехать. Джулия практически не отходит от него.

Брайан смотрел, как Ник с нежностью обращается с Джулией. В кольце его рук она прижималась к его груди, как хрупкая, дрожащая, всхлипывающая маленькая девчушка, требующая заботы. Внезапная грусть и сожаление охватили Брайана. Какой красивой парой они могли бы быть! Поймёт ли Джулия когда-нибудь, какого парня лишилась на самом деле?

– Ладно, – утирая слезы, сказала Джулия и отстранилась от Ника. – Давайте больше не будем о грустном. Скажи лучше, Брайан, хорошо ли здесь с тобой обращаются?

Брайан усмехнулся, прошёлся к окну и глянул через кованую решётку на ясное безоблачное небо.

– Обращаются, как в тюрьме.

Джулия уловила его тоскливый холодок в голосе, и стало не по себе.

Ник бросил взгляд на часы. Времени оставалось предостаточно, и нужно было разрядить обстановку.

– Ну, – сказал он, – что тебе еще рассказать, Брайан?

Тот пожал плечами.

– Кстати, – вспомнил Ник, – Юнеса с Джастином разбежались. – Но почувствовав суровый взгляд Джулии, приосанился и добавил: – Ну… если это тебе вообще интересно.

Ричи

Вот уже около четырёх часов ребята репетировали в студии. Менеджер клуба «Пульс» дал добро, и теперь у группы появилась постоянная работа. А также шанс, который ни в коем случае нельзя «профукать», как говорил Джей. Ричи взял на себя обязанности главного и отныне донимал своих коллег день и ночь, чтобы не подвести такого важного человека, как Клэйд.

Этим утром он поднял ребят ни свет ни заря, но, как оказалось, зря, потому что ничего из этого не получалось. В отличие от всех, Ричи проявлял больше рвения заниматься, петь, играть и поскорее начать выступать в «Пульсе». У остальных отсутствовал интерес к работе и терпение Ричи заканчивалось. Шон, например, едва бил по клавишам. В основном, он витал в облаках и не слушал, что ему говорили.

Джей Си думал о Юнесе – об их разрыве с Джастином. А ещё, она рассказала ему о недавней стычке между ними, и это озаботило его вдвойне. Последние дни он не чувствовал себя в настроении играть.

А Энтони?.. Он то ли не выспался, то ли устал, поэтому просто подражал им.

Ричи психовал. Он ходил по студии, как дикий зверь по клетке, и то и дело орал, причитал, поучал их, только всё было бесполезно. Всё равно, что со стенами разговаривать.

Наконец, добившись хоть малейшего внимания, он смог объяснить, что ребята делали неправильно, и все как будто бы поняли. Но когда вновь заиграла музыка…

– Стоп, стоп, стоп. Я так больше не могу. Выбирайте – одно из трёх, – Ричи приступил демонстративно загибать пальцы, – либо вы соберётесь и начнёте играть, либо вы объясните, что с вами такое творится, либо мы вообще бросаем это дело и разбегаемся.

– Но зачем? – спросил Энтони.

– А затем! Мы уже третий или четвёртый день долбим одну и ту же мелодию и никак не можем добиться результатов. Спрашивается, почему?

– Почему? – тупо переспросил Энтони.

– Да потому, что вы летаете где-то, но не здесь. Нет, я не против – летайте! Но от музыки, а не от ваших проблем. Вот, Шон, что с тобой? – Ричи подошёл к другу и тот воззрился на него. – Ты всегда был самым трезвым в нашей команде, а теперь, получается, стал самым пьяным, что ли? Тебя совсем не видно!

Энтони громко загоготал, но Ричи быстро смерил его гневным взглядом.

– Не вижу ничего смешного.

– Слушай, Рич, надоел, – устало сказал Джей Си. – Если у тебя всё хорошо, это не значит, что все обязаны под тебя равняться.

У Ричи адреналин в крови поднялся.

– «Хорошо», значит… – нервно повторил он. – Ты в этом уверен?

Вокруг воцарилась тишина, тяжёлая, плотная. Все смотрели на него и не понимали, какой посыл нёс его вопрос. Он женат на любимой девушке, они не ссорились, не скандалили. Джулия очень старательно проявляла к нему заботу. Разве тут есть проблемы?.. Внешне, конечно, так оно и было. Но что же до внутреннего душевного состояния, то тут Ричи хорошо скрывал свои чувства и мысли.

Он сел на край дивана и отложил гитару в сторону.

– Жить рядом с девушкой и знать, что она любит другого – нелегко. Это постоянная тревога и страх. Иногда мне кажется, что она ускользает от меня. Именно в те моменты, когда Ланс начинает действовать. И если в один ужасный момент он скажет ей, что любит, вот тогда я потеряю её. – Ричи вновь встал и прошёлся по старому потрёпанному линолеуму, затем вновь заговорил, заглядывая в лица каждому. – Постоянная конкуренция, борьба за право быть единственным. Но ведь есть не только Ланс. Не забыли? Есть дорогой и сердечный друг – Дункан, ради которого она бросает ребёнка и несётся в больницу, льёт слезы и ни о ком, кроме как о Дункане, она говорить не может. И я все это терплю, хотя меня душит ревность. Эти мысли всегда со мной и этот страх. Хм… – он немного подумал и с еще большей грустью сказал: – Было бы все не так плохо, если бы не Стивен. Это их ребёнок, а в первую очередь – это ребёнок Ланса, хотя он и носит мою фамилию. Но я не удивлюсь, если Ланс однажды предъявит свои права и Джулия пойдёт у него на поводу. Я это знаю. И знаю, что наш брак не навечно. От этого становится просто невыносимо страшно. Страх. Это слово я готов повторять без конца. Но кто-нибудь из вас видит его во мне? Наоборот, я стараюсь подавлять эти мысли, и в этом мне помогает музыка. Только она заставляет меня забыть о них, поскольку я полностью отдаюсь ей, и у меня не остаётся времени думать о чем-то еще. А вы говорите – «хорошо».

Энтони, Джей Си и Шон молчали.

Джей Си опустил глаза. Ему стало обидно за Ричи и стыдно за свои слова. У всех есть проблемы. Но не все их демонстрируют.

Все боятся. Но некоторые умеют скрыть свой страх.

Джулия

На лице Джулии играла улыбка.

– Стейси, вы меня уже в который раз выручаете! – она мягко дотронулась до руки женщины. – Все никак не можем найти няню.

– Мне только в радость, – Стейси перевела взгляд на карапуза, и в глазах появился огонёк любви. – Мне очень нравится с ним возиться.

Джулии было приятно видеть в этой женщине союзницу. Стейси беспрекословно манила своей добротой, открытостью и мудростью. Джоана не стала бы помогать Джулии настолько рьяно, и в этом она была уверена на все сто. Первое, что Джулия бы услышала: «Ты мать, так занимайся ребёнком!» Не говоря уже о взаимных упрёках.

Джулия обняла свекровь, коснулась губами её щеки, затем подошла к кроватке сына и, поцеловав его, поправила одеяло, после чего вышла из детской.

Спускаясь по лестнице, она проверяла сумку. Все ли взяла, ничего не забыла? Поэтому не видела, что происходило в гостиной, и кто там находился. Так бы и прошла мимо, если бы её не окликнул Ричи.