Юлия Цыпленкова – Во славу империи (страница 41)
— Естественно, зачем им тратить деньги на нормальных специалистов, когда у них есть полный гарнизон дармоедов? Ну и пусть поработают, им полезно.
Так что лишних вопросов не возникло, зато в Штабе довольно потерли руки. Это и вправду был неплохой выход. Военные техники стали внутренней охраной «улья». Не сказать, что они встретили с энтузиазмом свое назначение, но, в отличие от гражданских, приказ выполнили и начали свое внедрение в незнакомое сообщество, к которому до недавнего времени относились с предубеждением. В общем, смешение народов произошло успешно, и добрые отношения, которые никак не складывались раньше, наконец, перестали быть чем-то недостижимом.
— При эвакуации, если мы все-таки будем вынуждены принимать меры, люди пойдут за теми, кому доверяют. Будет проще вывести их за короткое количество времени. Всё сложилось, как нельзя лучше, — сказал Чоу в разговоре с Саттором и Вачовски.
— Да, пастухи лучше соберут стадо, — усмехнулся Вачовски.
Аналогия была грубоватой, но верной, потому Рик согласно кивнул. Теперь он особо не лез вперед. Свое дело майор сделал — заставил полковника шевелить извилинами. Переть впереди истребителя майор не собирался. Выскочкой он никогда не был, да и выслуживаться ни перед кем не намеревался. Чоу это тоже оценил, потому время от времени напоминал о своем предложение, но неизменно получал отказ. Впрочем, обижаться на Саттора полковник не спешил. Пока, по крайней мере.
И вот объект заметно опустел. Исчезли не только люди, но и часть палаток. А с появлением военных, хаос еще и упорядочился. Те, кого полковник отправил в помощь Прыгунову, вели себя достаточно сдержано. Их и было-то не так много, но свою работу выполняли, что требовал профессор, делали. А большего от них пока и не требовалось. С гражданскими передружиться не успели, потому держались особнячком, но и не сторонились. Техники постепенно знакомились с миром раскопок и новыми коллегами. И это было то, чего от них ждало командование.
— Морды не воротить, — велел Чоу перед отправкой. — Там тоже люди работают. Никого не задирать и не насмехаться. Как поняли?
— Вас поняли, — отчеканили техники.
— С вами Вселенная, дети мои, — усмехнулся полковник и скомандовал: — По машинам!
В отличие от людей, отправленных в первую очередь, техника еще ждала своей очереди. Ее постепенно свозили в гарнизон, как и находки, которые больше не складировали и не изучали в «улье». «Сокращение финансирования», а что вы думали? Это дело такое. Профессор избавлялся от всего, что «сжирало выделенный бюджет», чтобы продолжать исследование подземного объекта. Коллеги его прекрасно понимали. И хоть теперь ход работ значительно снизился, но исследования все-таки продолжалась. Что не могло не радовать.
И сегодня была отправка очередных образцов, поднятых на поверхность. Прыгунов передал, что образцы имеют особую важность, и что они требуют особенных условий хранения.
— Вы обязаны выполнить мои требования, — чеканил он в переговорник. — Вы лишили меня лабораторий и холодильных установок, так будьте любезны сделать то, что я настоятельно прошу.
— Хорошо, — раздраженно ответил полковник. — Приезжайте и делайте, что вам нужно.
— Вы считаете, что у меня есть время мотаться в гарнизон? — возмутился Прыгунов. — Я отправляю к вам дочь, и очень прошу исполнить всё, что скажет Анастасия.
После этого был вызван Саттор. Чоу потратил несколько минут на фырканье и негодование, а после перешел к сути дела:
— Собирайся, парламентер. Поедешь в «улей». Нужно сопроводить дочь Прыгунова до гарнизона. Профессор меня через переговорник слюной забрызгал, значит, и вправду что-то важное. Выслушай, что они от нас хотят, и помоги это сделать. У тебя с мелкой скорпионшей контакт отлажен, меня она ядом нашпигует. Так что ступай и послужи империи. Тем более я уже сказал, что отправляю тебя.
— Есть, — ответил майор и отправился на объект, снедаемый любопытством.
И вот он стоял рядом с вездеходом, ожидая, пока туда погрузят ящик, мигавший индикаторами, и уложат коробки, о содержимом которых он не имел ни малейшего представления. Сама Настя стояла у входа под купол и слушала наставления отца. Время шло, профессор продолжал поучать дочь. Та поглядывала на Саттора, но продолжала кивать. Наконец, лицо ее приобрело мученическое выражение, и Рик пришел на помощь:
— Настенька! — крикнул он. — Время. Нас ждут.
Девушка заверила отца, что всё помнит, поцеловала его в щеку и поспешила к майору.
— Уф, — выдохнула она, забравшись в машину. После поправила волосы и произнесла: — Я готова, Рик.
Потом повернула голову к Саттору, уже занявшему водительское место, и вопросительно приподняла брови, отвечая на пристальный взгляд.
— Вы хорошо выглядите, — с улыбкой сказал Рик.
Девушка независимо повела плечами, но все-таки улыбнулась:
— Спасибо, — сказала она, так и не выпустив колючки.
Анастасия Прыгунова и вправду выглядела хорошо. Благодаря изменению графика работ с ее лица исчезли следы усталости, зато на щеках появился здоровый румянец. Глаза девушки сияли. Она явно поработала над своим внешним видом, впервые со дня знакомства с майором воспользовавшись косметикой. И волосы были тщательно собраны, незамеченным не остался ни один волосок.
Рик спрятал улыбку, вдруг подумав, что прихорашивалась Настя для него, потому что в тот памятный приезд в Штаб для мирных переговоров военных и ученых, она выглядела так же, как и на раскопках. А вот сегодня, когда Саттора отправили к ней в сопровождение, профессорская дочь над собой поработала.
Впрочем, Рику она нравилась и без всех этих ухищрений, в своем естестве и даже некоторой растрепанности. Но старания девушки оказались приятны, даже польстили самолюбию майора. Если он, конечно, не ошибся. Но чуть сильней заалевшие после комплимента щеки и заметное удовлетворение во взгляде говорили, что майор сделал верный вывод.
Однако ничего о своих наблюдениях Саттор не сказал. Он бросил взгляд на коробки и ящик, после махнул, и защитный барьер исчез. Вездеход выехал с территории объекта. В салоне царила тишина, пока никем не нарушенная. Девушка смотрела в боковое окошко, Рик — на дорогу.
— Вы давно не появлялись у нас, господин военный, — вдруг произнесла Настя, и Саттор по этому обращению понял, что она злится. — Вы охладели к древним тайнам? Мне казалось, что вы не похожи на ваших коллег… сослуживцев, простите. Что способны оценить наше открытие по достоинству. Что прониклись им и хотите открыть тайну подземной лаборатории. Я думала, вы более глубокий и чуткий человек. А вы попросту сунули свой любопытный нос, пообещали… — она замолчала также внезапно, как начала говорить. После бросила на Рика взгляд и буркнула: — Простите.
Саттор, смотревший на девушку, округлив глаза, пока она выдавала свою тираду, открыл рот, чтобы ответить, но вновь закрыл и неопределенно хмыкнул. Он не знал, как отреагировать на слова Насти. Вроде бы и нахамила, но в этом хамстве явно угадывалась обида. Рик едва заметно улыбнулся. Ждала, выходит. Не дождалась, теперь злится. И прихорашивалась перед поездкой в гарнизон. Приятно…
— Я на службе, Настенька, — наконец мягко произнес майор, не затронув тему личных мотивов отповеди профессорской дочери. — Вы же понимаете, что себе я не принадлежу. Полковник Чоу на данный момент является моим командиром, и он решает, где я принесу наибольшую пользу. Из-за известных вам событий, мое пребывание в гарнизоне целесообразней, чем на объекте. Я не могу выбирать между тем, что мне хочется, и приказом вышестоящего чина.
Девушка покосилась на майора. В салоне опять повисла недолгая тишина. Рик поглядывал на Настю, время от времени ловя ее взгляды, брошенные украдкой. В такие моменты девушка тут же отворачивалась и делала вид, что до майора ей нет никакого дела. Он сдерживал улыбку и искал тему для разговора. Можно было бы поговорить о раскопках, но после отповеди, не знал, к чему приведет его интерес. Быть может, Анастасия ухватится за возможность пообщаться, а может, выдаст очередное обвинение. Слушать о себе какую-нибудь новую гадость и доказывать, что это не так, Рику не хотелось.
— Почему вы не спрашиваете, как далеко мы продвинулись? — вдруг спросила девушка. — Вам это больше неинтересно?
— Интересно, — ответил Саттор, ощутив облегчение. Ни спорить, ни ссориться, кажется, не придется. — Но я не знаю, как к вам теперь подступиться.
Он все-таки улыбнулся, а Настя отмахнулась:
— Да что вы, я — открытый и простой человек. Если вам любопытно, спрашивайте. Я же обещала, что расскажу вам о наших находках. Я свои обещания держу. — Последняя фраза вышла ядовитой.
— Я свои тоже, — серьезно произнес Саттор. — Но обстоятельства не всегда способствуют быстрому исполнению обещанного.
— Да-да, знаю — служба, — фыркнула девушка. После вздохнула и задала новый вопрос уже слегка ворчливым тоном:
— Хотите посмотреть, что мы нашли?
— Это возможно? — с готовностью отозвался Саттор.
— Если вам действительно интересно, то я покажу, — ответила Настя. — Только вам придется остановить машину.
Вездеход остановился. Рик развернулся к девушке, ожидая ее дальнейших действий. Анастасия Прыгунова вдруг смутилась, но, поджав губы, решительно обернулась назад и взяла контейнер. После снова посмотрела на майора, и глаза девушки лихорадочно блеснули.