Юлия Цыпленкова – Во славу империи (страница 37)

— Отлично, — оборвал ее Саттор. — Снижение темпа позволит и нам лучше подготовиться. Поймите, Настя, мы говорим с вами не о прекращении работ на раскопках. Я предлагаю наиболее выгодный для всех вариант. Профессор продолжает свои изыскания и рвется в недра Демоса, но составляет список людей, которые наименее нужны ему. Так же указывает технику, которая не является приоритетной. Предлагаю избавиться от большинства лабораторий, потому что ни вы, ни мы больше не будем складировать ваши находки, а значит, исчезнет возможность их немедленного изучения. Всё, что вы поднимите на поверхность, должно быть доставлено в гарнизон, откуда грузовой корабль увезет всё на Землю. Так результаты ваших трудов избегут возможности быть брошенными в критический момент. И таким образом мы уменьшим количество возможных жертв. К тому же, будет составлен четкий план эвакуации, который должен быть согласован и утвержден вашим отцом, чтобы в момент нападения он сам строго ему следовал. Но главное, все производимые действия должны выглядеть его решением, чтобы не вызывать лишних подозрений. Всё это вы должны довести до сведения вашего отца — это ваше задание.

— А что будут делать военные?

— Мы будем готовиться. Запомните, Настенька, каждая потерянная жизнь — это невосполнимая потеря. Упущенное время — катастрофа, которой можно было бы избежать. И чтобы не оплакивать первое, нельзя допустить второе. Вы понимаете, что я хочу сказать? Уже через четыре дня Шакалы придут за новой информацией и узнают, что вы добрались до открытых уровней. Мы не знаем, что произойдет дальше. Я считаю, что их цель — что-то конкретное, потому они будут ждать дальше. Брать целое здание глупо, им его не удержать. Нападение на своих подданных император не простит — это объявление войны Гее, а за Геей стоят союзные силы Альянса, и в первую очередь один из мощнейших во Вселенной горианский космический флот. Потому настоящий прорыв будет один, действия решительные, а затем Шакалы покинут Демос и затеряются среди множества планет Альянса и не только. Потому время на подготовку встречи остается. Но расслабляться нельзя. Нужно использовать с толком каждую минуту.

— Я вас услышала, Рик, — ответила Настя. — И я поговорю с отцом.

— Вы прелесть, — улыбнулся Саттор. — Завтра я приду к вам, и вы мне скажите, когда профессор будет готов к беседе. После этого ему нужно будет покинуть объект и приехать в гарнизон по какой-нибудь необходимости, чтобы поговорить с Чоу.

— Папа не выносит полковника.

— Я тоже там буду. И вы с ним приезжайте, так переговоры пройдут спокойней, и результат будет достигнут в кратчайшие сроки.

— И лучше без Чоу, — проворчала Настя. — Я его тоже не выношу.

— Без него нельзя, — усмехнулся Рик. — Вообще он женщинам нравится.

— Значит, я неправильная женщина, — девушка передернула плечами. — Мне он совершенно не нравится. Кроме физиономии еще и мозги иметь надо. Без них картинка остается картинкой, без сути и смысла.

Майор снова усмехнулся. Он Чоу в наличие ума не отказывал, только считал, что полковник пользовался им не в полной мере. Однако спорить с Настей не стал.

— Я буду рядом, — повторил Рик.

Девушка кивнула, принимая слова Саттора. После подавила зевок, но Рик заметил. Теперь задерживать Настю смысла не было, он сказал всё, что хотел.

— Вы устали, — сказал майор. — А я вынудил вас потратить время на меня. Идите отдыхать, у вас был долгий день.

— Обычный, — пожала плечами Настя. — Но я и вправду валюсь с ног. Спокойной ночи, Рик.

— Я провожу вас.

— Я помню дорогу, — усмехнулась девушка. — Но если вам так хочется…

— Хочется, — ответил Саттор и не удержался: — Прогулка под звездами — это даже романтичней ужина из пайков.

Настя сузила глаза, собираясь ответить, но вдруг махнула рукой и ворчливо ответила:

— Это вы вытащили меня, я всего лишь покорилась грубой силе.

— Еще бы, я же успел подкрепиться, — деловито произнес майор.

— Накормила на свою голову, — сказала девушка и неожиданно улыбнулась.

Глава 12

Наступила очередная душная ночь. Давно уже был сыгран отбой, и только патруль обходил территорию, следя за порядком и безопасностью гарнизона. Затих и Штаб. Опустели кабинеты и коридоры, которые и без того не жили на этой планете активной жизнью. Окна глядели на ночную улицу пустыми черными глазницами. И лишь два из них были наполнены светом. Полковник Чоу всё еще не покинул своего кабинета.

— Долго они тут будут торчать? — негромко спросил часовой, стоявший у входа в здание Штаба.

— Черт знает, — ответил второй, смачно сплюнув на землю. — Достали. Шли бы уже по койкам. У Чоу наверняка там тело какое-нибудь стынет в ожидании.

— Да это всё Саттор, — усмехнулся первый. — Пригнал же черт его на Демос. Служили себе нормально. Теперь и полковник заведенный ходит. Вот что, спрашивается, засели там?

— Может, пьют, — хмыкнул второй. — А что еще в час ночи мужикам в кабинете делать? Не оргию же там устраивают. Все вроде по бабам.

— Ну, с Чоу-то всё понятно. Этот еще ни одной юбки не пропустил. Ему с его рожей каждая даст, — с легкой завистью сказал первый.

— Угу, — промычал второй и вдруг хохотнул: — Я слышал, какая-то дамочка с «Шустрого» полковника по матери приложила, когда он к ней под юбку полез.

— С «Шустрого»? — переспросил первый. — Это же Саттора корвет, да? — его товарищ кивнул, и часовой усмехнулся: — Сынок генерала, что тут скажешь.

Наверное, за спиной папочка со связями стоит, раз полковник какому-то майору в рот смотрит.

— Да вроде генерал — мужик принципиальный, и сын такой же, — усомнился второй. — Хотя черт их знает. Мутный он какой-то. Особо ни с кем не общается, мотается между гарнизоном и объектом, что-то там в своем котелке варит. А потом, вон, сидят полночи. — Он снова сплюнул: — Свалили б побыстрей.

— Точно, — согласился первый, и оба подняли взгляды на единственные светящиеся окна кабинета полковника.

Но часовые не угадали. Ни оргий, ни пьянки в кабинете коменданта не было. Здесь царила тревожная тишина. Сам полковник сидел за своим столом. Он откинулся на спинку кресла, сжал пальцами подлокотники и прикрыл глаза, слушая равномерный звук шагов капитана Калоша. Тот ходил из угла в угол уже минут десять, будя монотонностью тихое раздражение Бернарда Чоу. Наконец не выдержав, комендант рявкнул, приоткрыв один глаз:

— Калош, угомонись!

Макс бросил на командира взгляд исподлобья, буркнул себе под нос нечто невнятное и вернулся на свой стул. Но уже через минуту начал раскачиваться. Капитан качался, стул поскрипывал, полковник стоически терпел. А через пару минут Калош присоединил к скрипу стула еще и постукивание носком ботинка по полу. Скрип — топ — скрип — топ — скрип — топ-топ — скрип… Полковник терпел. А затем Макс протяжно вздохнул…

— Калош, свали на хрен отсюда! — взорвался Чоу.

— Спокойно, — произнес Рик.

Он всё это время сидел на подоконнике, глядел в темноту ночи и ждал. Ждали все, и нервничали тоже все: полковник Чоу, его заместитель — майор Вачовски, майор Ничипорук, майор Саттор и капитан Калош.

— А если не придут? — ни к кому не обращаясь, спросил Ничипорук.

— Придут, — не столько уверенно, сколько упрямо ответил Рик.

— А если есть какой-то подтверждающий сигнал? — теперь заговорил Вачовски, не сводивший взгляда с экрана, развернутого за спиной полковника. Экран был разделен на множество сот, на которых отображался объект с разных позиций и сторон. На центральной соте был виден вход в «улей», но оттуда пока никто не вышел. И датчики движения в джунглях пока не зарегистрировали передвижения двуногих нарушителей ночной тишины.

— Словно все вымерли, — проворчал Калош, переставший качаться на стуле. Теперь он тоже смотрел на экран.

— Так что если есть подтверждающий сигнал? — повторил вопрос Вачовски. — А теперь он заметил суету и не дал подтверждения, потому никого нет.

Все взоры обратились к Саттору. Рик некоторое время задумчиво смотрел на соты, затем пожал плечами и ответил:

— Посмотрим.

— Посмотрим, — эхом отозвался Чоу и ударил ладонью по столу.

Калош и Вачовски дружно вздрогнули от резкого звука. Ничипорук сцедил зевок в кулак и устало потер переносицу, Саттор отвернулся к окну, раздумывая над предположением заместителя коменданта. Теория имела право на жизнь, это было бы даже логично. Но усилитель работал без сбоев все пять дней, а иных сигналов отправлено не было. Да и за пределы «улья» никто, кроме профессора с дочерью не выезжал, значит, Шакалы должны прийти. Ночь только началась. Или не прийти, если Вачовски прав. Оставалось ждать, иного выхода не было, и Саттор набрался терпения.

— Черт, а ведь и вправду, — послышался голос Ничипорука. — Если Стефан прав, то мы только время теряем. Надо вычислять «крысу», брать за жабры…

— У крысы нет жабр, — машинально поправил Калош. — Хвост есть.

— Да по хрен, за что брать эту мразь, хоть за яйца, — отмахнулся Ничипорук. — Нужно вычислить и допросить.

Полковник устремил на него хмурый взгляд, после перевел его на Саттора, не принимавшего участия в разговоре, вздохнул и снова закрыл глаза. Рик слышал, о чем говорят сослуживцы, но не считал нужным напоминать, что они ждут ответ с Земли, где будет досье на каждого человека, доставленного на Демос в указанный полковником период. Список был немаленький, на каждого нужно было собрать информацию — это занимало время, потому делать какие-то выводы было рано. Главное, СБГ взяла в разработку данные, переданные Чоу через куратора — капитана Бергера. Всё это присутствующие знали, а значит, повторять, только впустую сотрясать воздух.