Юлия Цыпленкова – Солнечный луч. Дорогой интриг (страница 8)

– Где нас должен ждать его сиятельство? – устав от бессмысленного брожения по ухоженным дорожкам, спросила я.

– Если бы я знала! – воскликнула матушка, обнажив свои чувства. – Всё, что передал мне ваш отец, – это пожелание графа увидеть вас сегодня в Большом парке. Но я ума не приложу, где нам его искать и о чем вообще хочет побеседовать с вами глава рода. Я взбудоражена и не знаю, чего ожидать. С одной стороны, приглашение может стать благом для всего дома Тенерис, а с другой… – она не договорила и картинно сжала виски кончиками пальцев. – Моя бедная голова, мое бедное сердце, мое неразумное дитя…

– Я вполне разумна, – с ноткой раздражения прервала я баронессу, но тут же добавила: – Не гневайтесь, родная моя, просто я тоже заинтригована и хочу поскорей узнать причину для нашего свидания с дядюшкой.

– Ох, – вздохнула родительница, – нам остается только лишь ждать.

– Знать бы еще – где, – усмехнулась я.

– Если вы заметили, мы гуляем с вами по дорожкам вблизи ворот. И с нами лакей, одетый в ливрею наших цветов. Думаю, так мы будем более приметны.

– Вы весьма приметны, – голос графа заставил нас вздрогнуть.

Я и матушка порывисто обернулись, и из-за плеча нашего лакея выглянул граф Доло. Подняв руку, он поиграл пальцами и приветливо улыбнулся. А после вышел из своего укрытия и покачал головой:

– Я брожу за вами почти с тех пор, как вы появились. Вы совершенно невнимательны, дамы, – уже недовольно отчеканил его сиятельство. – Вы прошли мимо беседки, в которой я ждал вас, однако даже не заметили моей поднятой руки. Но мне было любопытно послушать, о чем говорят женщины, оставшись без мужского общества, и я позволил себе пристроиться за вами. Однако вы ничем меня не удивили – женщинам говорить совершенно не о чем. Пустая болтовня, да и только, – мы с матушкой одновременно зарумянились. Я ощутила приступ досады, что почувствовала родительница – мне неизвестно, но подбородок ее остался вздернутым. Настоящая благородная дама! Граф улыбнулся и приблизился.

– Элиен, я забираю с собой Шанриз. Нам нужно поговорить без свидетелей, вы же можете продолжить прогулку, или возвращайтесь в свой особняк, я сам привезу вашу дочь. В любом случае ждать ее не стоит.

– Но… – матушка широко распахнула глаза, и дядюшка добавил надменным тоном:

– Повинуйтесь. – Он подал мне руку, и когда я, бросив на матушку вопросительный взгляд, все-таки накрыла сгиб локтя его сиятельства своей ладонью, граф повел меня прочь. Однако уже через пару шагов остановился и снова обернулся. – И увольте этого лакея. Его рост и стать могут отпугнуть злодея, но не остановят, если тот решит напасть. Никакого внимания, совершенно равнодушен к исполнению своих обязанностей, а я ведь дышал ему в спину. Увольте. Я пришлю вам надежного телохранителя. Жизнь и честь женщин моего рода мне дорога. Идемте, Шанни, – сказал он мне, значительно смягчив тон.

Бросив последний взгляд на баронессу, я позволила дяде увлечь меня за собой. Взор матушки был непроницаем, но я видела, как ожесточенно она теребила платок. Родительница находилась в крайней степени волнения. Мне даже показалось на миг, что она кинется за графом и потребует отдать ей дитя, однако старшая баронесса Тенерис была отлично воспитана, и главе рода привыкла доверять. Потому за нами никто не побежал, и восклицаний тоже не было. Дядя вел меня всё дальше, а я изнывала от волнения и нетерпения с удвоенной силой. Однако я была воспитана моей матерью, и потому тоже не стала терять лица и забрасывать его сиятельство вопросами.

– Вы, наверное, хотите знать, Шанриз, куда мы идем? – полюбопытствовал граф.

– Да, узнать о конечной цели нашего путешествия было бы недурно, – ответила я.

– Здесь слишком многолюдно, дитя мое, – светски улыбнулся дядя. – Мы найдем себе местечко поуютней. – И мы свернули к ограде королевского дворца.

– Боги, – помимо воли ахнула я.

Его сиятельство едва заметно хмыкнул и изломил бровь:

– Вас что-то смущает? Разве не сюда вы стремитесь всей душой? Мне кажется, что вашу интригу на празднестве я разгадал верно.

Повернув к нему голову, я в удивлении приподняла брови и спросила с искренним любопытством:

– О чем вы, ваше сиятельство?

Граф остановился, когда до ворот оставалось всего несколько шагов. Теперь он тоже смотрел на меня. Взгляд прищуренных светло-зеленых глаз главы рода был пристальным и изучающим. Я его выдержала.

– Стало быть, Шанриз, вы утверждаете, что никакой интриги не было?

– Какой интриги, дядюшка? – переспросила я. – Мне сложно понять, о чем вы говорите.

Его сиятельство вдруг лукаво улыбнулся и беззаботно взмахнул рукой:

– Не обращайте внимания, дорогая, это всё стариковские выдумки. Не было, так не было. – Он указал кивком головы на ворота, но мы успели сделать только шаг, когда граф произнес: – Его Величество интересовался вами.

– Правда? – живо отреагировала я, и глава рода негромко рассмеялся. Он покачал головой, а когда заговорил, тон его был дружелюбен, но уже стал более серьезным. – Вы еще дитя, Шанриз, и вывести вас на чистую воду не так уж сложно. Учитесь владеть эмоциями. У вас недурно выходит, но отсутствие опыта сказывается. Слишком живая реакция, чтобы скрыть интерес. А сейчас ваши щеки порозовели. Это позволяет мне сделать вывод, что вы, дитя мое, успели хорошо подготовиться к сомнениям в случайности вашей встречи с государем, но совершенно не ожидали, что вас подловят не на лжи, а на искреннем интересе. Уверен, что вы неплохо продумали свои ответы, мимику и жесты, но стоит быть на несколько шагов впереди. Я всему этому вас научу, Шанни, если мы будем играть в открытую.

Я машинально оглянулась, опасаясь, что нас могут подслушать, и дядюшка одобрительно кивнул.

– Осторожность важна, вы совершенно правы. Однако, имея за плечами богатый опыт службы при Дворе, я давно научился отслеживать любопытных и соглядатаев. Нас никто не слышит, даже стража, не волнуйтесь.

Я некоторое время сверлила взглядом своего старшего родственника, пытаясь понять, что скрыто за его словами, но вскоре не выдержала и спросила:

– Зачем вы говорите мне всё это?

– Мы обо всем поговорим подробней и в ином месте. А до тех пор, пока я не возобновлю этой беседы, не вздумайте начинать ее сами. Сейчас нам с вами предстоит одно важное дело, и я желаю, чтобы вы были само очарование. Вам ясно, Шанриз?

– Более чем, – ответила я с достоинством. И хоть мое любопытство возросло до небес, как и ощущение подвоха, однако терпеть я умела, поэтому возражать не стала. – Но могу ли я все-таки задать вам один вопрос, пока мы не пересекли ворот?

– Спрашивайте, – милостиво кивнул граф.

И, подавшись к нему, я спросила, значительно понизив голос:

– Он и вправду спрашивал обо мне?

Дядюшка усмехнулся и покачал головой:

– А вы думаете, что я солгал вам? – глаза его сиятельства опять лукаво блеснули, и он продолжил: – И вы совершенно правы – я вам солгал. – Однако, заметив мое недоверие, а после и разочарование, добавил: – Государь не расспрашивал меня о вас, он просил передать вам его наилучшие пожелания, а также отозвался о вас, как о воплощенном очаровании. И это истинная правда. Ваш маневр возымел нужное действие, Его Величество вас заметил. Но теперь тс-с, мы уже не одни.

Вертеть головой я не стала, но услышала, как под чьими-то подошвами шуршит гравий. Дядюшка надменно кивнул тому, кто прошел за моей спиной, и, судя по этому, я сделала вывод, что случайный встречный знаком графу, но особого значения в его глазах не имеет.

– Идемте, – велел его сиятельство. После подал мне руку, и мы наконец миновали стражу, пропустившую меня без всяких возражений.

Возможно, у дядюшки было разрешение на то, чтобы я вошла на территорию дворца, но этого спрашивать не стала, памятуя о запрете. Впрочем, он вел меня слишком уверенно, чтобы переживать о запрете войти в ворота. Стражи, бросив на меня короткий взгляд, быстро потеряли интерес. А граф их, кажется, даже не заметил, как это бывает со стулом, мимо которого проходишь и вспоминаешь о нем, лишь когда случайно заденешь.

Он и дальше шел так, как я ходила по комнатам нашего особняка, ни на что не обращая внимания. Конечно же, дворец стал для дядюшки, словно родной дом, а я терзалась желанием рассмотреть всё-всё-всё! Однако, как и в парке, не позволила себе вертеть головой. Впрочем, в парке это сделать было намного проще. А сейчас, чтобы не выглядеть деревенщиной, мне приходилось призвать всё свое самообладание. Я не позволила себе даже полуобернуться.

– Вы меня радуете, – негромко произнес дядюшка, оценив мою сдержанность. – Но вскоре вы должны стать более непринужденной.

– Я могу задать вопрос?

– Задайте, но хорошо подумайте, о чем хотите меня спросить.

– Куда вы ведете меня, ваше сиятельство?

– Прогуляться же, конечно, – ответил он тоном, будто это было само собой разумеющимся.

Вздох я подавила, только растянула губы в заученной улыбке, иначе напряжение, владевшее мной, могло сыграть против меня самой. Больше всего мне хотелось остановиться и пообещать не сойти с места, пока он не посвятит меня в свои намерения. Разумеется, это осталось лишь желанием, внешне никак не отразившимся ни на лице, ни во взгляде. Я просто продолжила то, что с успехом проделывала всё это время – терпела и ждала, когда откроется тайна моего пребывания в королевском дворце и цель нашей встречи с главой рода.