Юлия Цыпленкова – Провидица (страница 28)

Сайер резко обернулся и вгляделся в светлое пятно, каким чудилось в темноте тело любовницы. Он отошел от окна и приблизился к ложу. Подцепив пальцами подбородок женщины, Корвель склонился к ее лицу.

– Кто ты? – спросил он. – Кто ты и куда делась моя возлюбленная, которая всегда ставила превыше всего мои интересы, спешила удовлетворить любое мое желание раньше, чем я подумаю о нем? Где моя Рагна, умевшая все понять и не перечить, видя, что я против? Где та фея, которую я полюбил? Откуда взялась капризная ведьма, помыслы которой только о себе? Откуда это коварство?

– Гален…

– Заткнись! – зло выплюнул мужчина. – Ты вынудила меня дать клятву, зная, что я не хочу видеть маленькую лаиссу в роли той, кто выносит мне ребенка и исчезнет, как только младенец огласит своим криком стены моего замка. Я отправлялся за провидицей, а не за женой. Теперь провидица со мной, жену я найду после.

– Ты поклялся, – прошептала Рагна.

– Плевать, это не клятва чести. Всего лишь обещание, вырванное у меня в момент страсти. Страсть прошла, я забираю свое согласие, – усмехнулся Корвель.

Он вновь оттолкнул женщину и отошел, но через мгновение вернулся и опять навис над ней.

– Я хочу знать, почему ты, то показываешь ревность и обиду, желая, чтобы я не приближался к Катиль, то вдруг просишь жениться на ней? Говори!

– Возлюбленный! – испуганно воскликнула наложница, отползая от него.

– Говори! – закричал на нее сайер.

Он был взбешен выходкой той, кому доверял больше всех в своей жизни… до этой ночи. Рагна всхлипнула, но Корвель ухватил ее за ногу и дернул на себя. Никогда он еще не был груб с ней, и даже представить не мог, что захочет ударить ту, кого беззаветно любил последние годы.

– Говори, – с угрозой повторил он.

– Да, я злюсь, когда вижу, как ты воркуешь с этой дворяночкой! – вскрикнула наложница, в ее голосе явственно прозвучали слезы. – Ты ведь мой, Гален! Ты столько раз говорил, что я для тебя все в твоей жизни, а потом не сводишь с нее глаз. Но ты прав, твои интересы для меня превыше всего, и женитьба даст тебе то, о чем мы столько с тобой мечтали. Если ее дар даже исчезнет, то что в этом страшного, мы же жили без нее раньше…

– Ты хочешь, чтобы я унизил ее насилием, – сайер прервал любовницу. – Лаисса мне этого не простит. Между ней и мной исчезнет хрупкое доверие. А угроза твоему благополучию пропадет. Я же, начав, доведу дело до конца, потому что твой ребенок может унаследовать твои черты, и я уже не смогу выдать его за своего законного наследника. Лаисса исчезнет, а ты останешься хозяйкой моего замка. Так? – Рагна промолчала, и сайер, схватив ее за плечи, встряхнул: – Так, я тебя спрашиваю?!

– Не так! Я люблю тебя, и ты это знаешь…

– Заткнись, Рагна, лучше молчи, если не имеешь смелости признаться в своей корысти и подлости, – зашипел на нее Корвель.

– Я люблю тебя! – истерично выкрикнула женщина. – Пусть будет так, как ты скажешь, я больше ни словом не заикнусь о том, что тихая лаисса лучше всего подходит…

Ласс замахнулся, и наложница замолчала. Он отшвырнул ее в сторону, лег и повернулся спиной, стараясь смирить гнев. Рагна всхлипнула, попробовала позвать, но одного свирепого взгляда хватило для того, чтобы она затихла и больше не трогала господина. Уснуть сайеру удалось ближе к рассвету, и встал он все такой же злой и угрюмый.

Последующие дни их небольшого, но ставшего опасным путешествия прошли спокойно. По землям, принадлежавшим королю, отряд продвигался быстро и без приключений. Ласс Корвель, оскорбленный своей наложницей по-настоящему, держал ее на расстоянии. Ночевала Рагна в отдельной комнате, на стоянках ее попытки заговорить прерывались гневным взглядом сайера, на слезы он не обращал внимания, к признаниям оставался глух.

Такие перемены заметили все, даже Катиль с удивлением наблюдала за тем, как между двумя, казалось, беззаветно любящими друг друга людьми, все шире разрасталась пропасть. Уже недалеко от столицы, когда боль в теле не так сильно тревожила ее, и синяк на лице пожелтел, перестав бросаться в глаза, Корвель позволил провидице пересесть на лошадь. Девушка решилась заговорить с ним.

– Сайер, позволено ли мне будет задать вам вопрос?

– Спрашивайте, Катиль, – с легкой улыбкой ответил ласс. Близость маленькой лаиссы, как обычно, принесла мужчине душевное успокоение.

– Гален, я незамужняя девица, и Святые не послали мне возлюбленного. Поэтому мне сложно понять, что должно случиться, чтобы мужчина, готовый ради своей любви на многое, даже сворачивать шеи воробьям, – насмешливый взгляд Катиль смутил ласса, – вдруг начинает избегать своей возлюбленной. И вместо прежнего тепла в его взоре появляется холод, словно перед ним чужой человек или враг, а не та, кого он превознес до высот госпожи, назвав перед всем светом избранницей.

Сайер подарил лаиссе Альвран недовольный взгляд, но это не смутило ее. Девушка продолжала смотреть на него с любопытством. Похоже, ей действительно было интересно узнать, отчего мужчина и женщина могут вдруг стать далеки друг от друга. В любом случае, издевки ласс Корвель не заметил, не смотря на то, что Катиль припомнила ему угрозы, брошенные в начале их пути.

Корвель тоже вспомнил тот день и повод, который заставил его выйти из себя, посчитав заносчивостью высокородной девицы ее нежелание уважать заранее женщину, которую никогда не видела. Невеселая усмешка коснулась губ ласса. Что ж, Катиль была права. Пока Рагна никак не показала того, что достойна уважения благородной лаиссы. И если бы Катиль знала, чего требовала дочь егеря, девушка наградила бы ее презрением.

Сейчас же она не испытывала к наложнице сайера ничего, кроме безразличия. Не раздражалась от ее присутствия, и не вела оживленных бесед. Ни одна, ни вторая не жаловались, что им приходится делить повозку. Они сохраняли видимый нейтралитет. И если равнодушие Катиль вполне устраивало ласса Корвеля, то тайные помыслы Рагны на этом фоне казались и вовсе омерзительными. Много ли она видела такого спокойного отношения к себе от других дворян? Шлюха сайера, как сказала сама Рагна, вот что было написано в их глазах. Но вместо того, чтобы оценить и порадоваться, что за ней признают право на место, на котором она находится, наложница пытается унизить мнимую соперницу руками своего возлюбленного, готового убить каждого, кто посмеет оспорить их чувства.

– Вам, правда, интересно капаться в чужом грязном белье, Катиль? – прищурившись, спросил Корвель.

Кати вспыхнула и отвернулась. Сайер усмехнулся, глядя на смятение девушки.

– Простите мою непозволительную наглость, сайер, – наконец ответила лаисса Альвран. – Мой нос больше не лезет к вам под одеяло.

– Святые, Катиль, что я слышу?! – притворно ужаснулся ласс. – Вы сказали – одеяло?

Лицо лаиссы приобрело пунцовый цвет. Она открыла рот, желая что-то ответить, но тут же закрыла его и отъехала в сторону, больше не глядя на Корвеля. Тот рассмеялся, впервые за эти дни и бросил на девушку взгляд, в котором плескалось веселье. Кати ответила мрачным взором и, проворчав:

– Чтоб вас Нечистый забрал, сайер, – перестала обращать на ласса внимание.

Когда до Фасгерда – столицы Валимара остался час пути, Катиль вернулась в повозку. Она села на свое место и тут же встретилась со злым и подозрительным взглядом Рагны. Приподняв брови, лаисса насмешливо взглянула на наложницу сайера. Женщина отвернулась от Катиль и больше не смотрела в ее сторону. Но когда отряд достиг ворот Фасгерда, женщина порывисто обернулась, немного помешкала и пересела к лаиссе.

– Лаисса Альвран, – начала наложница, – вы такая добрая, сильная. Вы хороши собой и достойны большего, чем прозябание в замке моего господина. Мне так жаль, что я надоумила Галена забрать вас из отчего дома, и сейчас мне хочется исправить эту несправедливость.

– Что вы имеете в виду, Рагна? – недоуменно спросила девушка.

– Вы достойны стать женой и матерью, а не слепым орудием судьбы в руках мужчины, – продолжала наложница. – Вам ведь не противен Гален, почему бы не стать ему верной супругой? Ласс Корвель имеет к вам склонность, я вижу это.

– Не понимаю, Рагна…

– Не перебивайте меня, благородная лаисса, мне было тяжело решиться на этот разговор, – в глазах наложницы отразилась мука. – Галену нужен законный наследник, а вы женщина и должны желать того, чего хотят все женщины. И раз уж теперь вы будете жить в замке господина, почему бы не стать его хозяйкой?

Катиль нахмурилась и отодвинулась от Рагны, взгляд ее стал холоден и подозрителен.

– Зачем вам это нужно? – девушка сделала ударение на «вам», подчеркивая свое непонимание мотивов наложницы.

– Единственное, что тревожит меня, это благополучие моего возлюбленного господина, – ответила Рагна. – Гален уязвим, пока нет того, кто наследует удел после него. К тому же вы сможете закрепить свое положение, став лаиссой Корвель. Только нужно стать его супругой раньше, чем господин предстанет перед королем, закрепив ваш брак на ложе…

– Вы покидаете замок Корвель? – полюбопытствовала лаисса Альвран. – Наложницы у моего супруга быть не может, Рагна. Если я стану хозяйкой замка, вам придется убраться. Но мы обе знаем, что ласс Корвель не отпустит вас, пусть вы сейчас и в ссоре. А стало быть, мне придется существовать рядом с его любовницей, которой он к тому же будет выказывать явное предпочтение. Мой ответ – нет.