Юлия Цыпленкова – Курсант Его Величества (страница 45)

До увольнительной парни дотянули без происшествий. С Риком отпустили и Егора Брато, благодаря личному ходатайству полковника Саттора, его Георг посчитал в числе «своих». По его же просьбе Ларису отпустили, как и Рика на четыре дня, для Брато генерал расщедрился всего на два, но Ястреб был доволен и этим. И если бы Романов знал, что четыре дня огорчили бы курсанта гораздо больше, чем вообще отказ в увольнительной, он бы, наверное, выпроводил Егора из академии на целую неделю.

– Поздравлю дядю Гошу и назад к моей девчонке, – жизнерадостно возвестил Брато, собирая вещи для дальней, но недолгой поездки.

– У нее отпросился? – хмыкнул Рик.

– Велела без загара не возвращаться, – усмехнулся Егор.

– За два дня загореть не успеешь, – уведомил приятеля Саттор.

– Ничего, Ильса меня и таким примет, – подмигнул тот в ответ.

Чувство предвкушение испытывали все приглашенные на свадьбу коммандера, потому что отметить ее Георг с Региной решили на острове Бора-Бора. Сменить хотя бы ненадолго холодную зиму на белый песок, голубой океан и жаркое солнце было неимоверно приятно. Так что праздник и вправду ощущался праздником. Будущие супруги улетели на остров еще за два дня до гостей. А сегодня туда отправлялись Стивенсы, с ними летели и курсанты, выпущенные на свободу строгим ректором.

На острове их уже ждал Андреас Ли с семьей, прилетевший еще днем. Он отозвал в сторону Рика, когда Георг отвлекся на остальных гостей и тихо спросил:

– Тайны хранить умеешь?

– Я – могила, – заверил младший Саттор. – Что случилось?

– Давай отойдем.

Озадаченный парень направился за Андреасом. Посчитав, что теперь их никто не услышит, Ли воровато огляделся и вдруг широко улыбнулся:

– У меня язык чешется. Я не могу хранить эту тайну один, будешь мучиться вместе со мной до завтра.

– Да что…

– Рик, ты сейчас охренеешь к чертям, – пообещал подполковник Ли.

– Дядя Ли!

– Ему дают генерала. Наконец-то! – шипящим шепотом возликовал Андреас.

Глаза младшего Саттора округлились. Он несколько томительных мгновений втягивал в грудь побольше воздуха, открыл рот, и… его тут же накрыла ладонь Ли. Подполковник состроил жуткую мину и зашипел:

– Ти-иш-ше, он этого не знает. Мне приказано запустить визуал завтра, как поздравление от командования. Трухин расстарался. Ты дал слово, Рик.

– Даже Егору?

– Никому.

– Ладно, – проворчал Рик. – Но вы садист, дядя Ли.

– Сам страдаю, – удрученно вздохнул Андреас, но по глазам было видно, что раскаяния в нем нет ни капли.

Рик отвернулся от подполковника, сжал кулак и шепотом закричал:

– Да-а-а!.

– Так точно, – просиял Ли.

А на следующий день, после того как приглашенный имперский чиновник зарегистрировал брак между полковником Георгом Саттором и капитаном Региной Анненковой, Андреас запустил визуал.

– … По сроку службы и за заслуги перед империей Гея полковнику Георгу Саттору присвоено очередное воинское звание – генерал Космического Флота империи Гея. – Вещал спроецированный генерал Трухин, сменивший приемника Янсона три года назад. – Командование поздравляет вас, генерал Саттор с присвоением долгожданного и заслуженного звания. А также желаем счастья вам и вашей очаровательной супруге. Слава императору!

– Слава! Слава! Слава! – дружно гаркнули военные и курсанты, за ними нестройным хором клич подхватили гражданские.

– Слава генералу Саттору! – заорал Андреас Ли.

– Слава!

Георг неожиданно смутился и ворчливо ответил:

– Ну, хватит уже, хватит. Продолжаем жениться.

После обнял жену, удивительно нежную в своем легком белом сарафане и с цветком в ярко-рыжих волосах, и провел ее между гостями. Однако остановился, обернулся и, усмехнувшись, произнес:

– Слава мне.

Глава 9

И вновь близилось лето. Май 2531-ого года выдался прохладным, но это был май, и потому ему легко простили часто хмурое небо и дождевые дорожки на оконных стеклах. Очередной учебный год подходил к концу. Курсанты уже давно спланировали, как проведут свои каникулы, и от этих планов отделяли только экзамены, но они должны были состояться в июне, а сейчас царил май – лучший месяц в учебном году. И на душе царил маленький праздник, полный предвкушения подступающего лета.

– Я расстался с Ильсой.

Рик дежурил на аэродроме с «соколами». К этим самолетам третьекурсников уже допускали. По скорости они уступали машинам, предназначенным для пилотирования в космосе, но по маневренности были близки. Курсанты отрабатывали на «Соколах» навыки, которые им пригодятся при освоении безвоздушного пространства.

– Чего? – Саттор, прибывавший до этой минуты в сладостной полудреме, пока отсутствовал дежурный офицер, порывисто обернулся на голос друга. – Мне послышалось…

– Не послышалось. Мы расстались.

Брато перешагнул порог КПП, остановился напротив друга и привалился спиной к стене. После протяжно вздохнул и сполз вниз. Он уселся на пол, подтянул к груди одно колено и, умостив на него локоть, запустил пятерню себе в волосы.

– Черт… – Рик едва расслышал, что говорил Егор. – Так лучше. Так будет лучше. Для нее.

Саттор присел на корточки напротив приятеля и некоторое время рассматривал его, не зная, что сказать. Причины расставания он понимал, но…

– И что теперь?

– Теперь сдохну, наверное, – невесело усмехнулся Ястреб.

– Да это-то понятно, все там будем, – отмахнулся Рик. – Как собираешься действовать? Ударим по Хмурому?

– Да, надо, – Егор безразлично пожал плечами. – Он меня достал. Каждое задание последнее. Козел начал закручивать гайки, так что всё верно. Пусть Ильса останется в стороне, не хочу, чтобы ее зацепило. Твою мать, – он откинула назад голову и уперся затылком в стену. – До сих пор не верю, что я смог уйти.

– Избавим тебя от пресса Хмурого, вернешь…

– А если нет? – Брато посмотрел на друга полыхающим багрянцем взглядом. – Если не простит?

– Вы Романова победили, – едва заметно улыбнулся Саттор. – К тому же она знает, что происходит в твоей жизни, простит, когда поймет, что всё это ради нее.

– Нужно всё продумать. К этой твари легко не подберешься, – по-прежнему тускло произнес Егор, возвращаясь к разговору о Хмуром. – Рик согласно кивнул, и они немного помолчали. Брато вновь тяжело вздохнул. – Я посижу с тобой, можно? Один сейчас не смогу, тошно.

– Конечно. МакКиннон нормальный мужик, рычать не будет, – ответил Саттор.

Он распрямился и отошел к противоположной стене, привалился к ней плечом и устремил задумчивый взгляд в раскрытую дверь на территорию аэродрома. Хмурый не отпускал Ястреба, давил неустойкой по контракту. У Брато таких денег не было, и он согласился на некоторую работу, которая должна была окупить штраф. И вроде бы ничего сложного, всего лишь курьерская доставка, только если бы его взяли с тем, что поручал передать Хмурый, Ястребу грозил немалый срок. Но другого выхода он не видел. Продолжал гонять на аэрокарте и мотался в самоволку, чтобы отвезти очередной груз по указанному адресу. Рик прикрывал друга, однако ожесточенные споры между ними участились. Парень всё настойчивей предлагал обратиться к его отцу, твердолобый Егор стоял на своем и отказывался привлекать генерала Саттора. Чем глубже увязал Ястреб, тем сильней он не хотел, чтобы кто-то знал о том, чем он занимается.

И на фоне этого началось потепление в отношениях между курсантом Брато и генералом Романовом. Похоже, оценив упорство Егора он, наконец, снизил накал давления. Теперь он не мешал их встречам с Ильсой, правда, полной свободы всё равно не давал. Начал скупо хвалить приятеля дочери, даже, как поощрение, направил к кадетам для занятий с ними. Увольнительных у Егора заметно прибавилось, количество наказаний и нотаций от ректора снизилось, а когда в последний раз был в карцере, Брато вообще забыл. Кажется, более дисциплинированного курсанта в Третьей Космической найти было сложно. К тому же его успехи в пилотировании не оставляли сомнений – в академии обучается будущий ас. Отчаянно-смелый, способный на нестандартные решения, Ястреб всё больше оправдывал свое прозвище. Он и вправду будто был рожден с крыльями. Казалось, жизнь налаживается. Если бы…

Это «если» отравляло всё: будущую карьеру, отношения с любимой девушкой, доверие ее отца, достигнутое с таким трудом, даже дружбу с единственным товарищем, готовым прикрыть спину в любую минуту. Егор до дрожи боялся потерять всё это. Он бы отказался и от Рика на время, пока решает свои проблемы, чтобы того не зацепило отдачей от Хмурого. Однако Саттор отходить в сторону не желал с тем же упорством, с каким Брато отказывался от помощи Георга Саттора. И все-таки пока Ястреб готов был прыгать по указке своего босса, лишь бы удержать друга на расстоянии от криминального мира Геи. Но вот, кажется, созрел.

Деваться ему и вправду уже было некуда. Груз, который поручал Хмурый, для доставки курсанта становился всё менее безобиден, и когда Егор попытался отказаться, то услышал в ответ:

– Ты можешь просто выплатить мне неустойку вместе с процентами, и не надо ничего никому возить.

– Какие проценты?

– Обычные, – пожал плечами Хмурый. – С того дня, как ты объявил о расторжении контракта, начали капать штрафные проценты. Пока ты оплачиваешь их на гонках, но если собираешься всё бросить прямо сейчас, я выставлю тебе счет, включая и проценты. Ты приносишь неплохую прибыль, Ястреб, и потеря хорошего гонщика ударит меня по карману. Я всего лишь хочу, чтобы ты возместил мне убыток.