Юлия Тарнавская – Волшебная сказка о бабочках (страница 5)

– Так это же всего на пару шагов!

– Это уже отклонение от курса!

– А где росли одуванчики? – робко спросила Лиана.

– В том то и дело, детка, что и к западу и к востоку от пня! – ответила Доминика и погладила окончательно расстроившуюся подругу по головке.

– Так и что же нам теперь делать? – Стелла, казалось, уже не спрашивала, а просто требовала отчета.

– Твои проблемы! – так же с вызовом парировала Доминика.

– То, что семь бабочек заблудились в непролазных дебрях травы, ты называешь «моими проблемами»?! Хороша подруга!

– «То, что семь бабочек заблудились в непролазных дебрях травы» по твоей, Стелла, тупости, по твоей, никому не нужной инициативе, я никак по -другому и назвать – то не могу!

Стелла широко распахнула глаза, внимательно посмотрела на свою собеседницу и вдруг, спрятав голову в ладошках, громко разрыдалась. Никто из бабочек не поддерживал ее и не жалел. Никто не разрыдался вслед за нею. Она чувствовала себя такой одинокой, такой несчастной, такой лишней и бесполезной в этом небольшом коллективе! А все стояли рядом и молчали. Уж лучше бы они на нее кричали, чем одарили таким ледяным, презрительным молчанием!

Наконец Мелисса сказала:

– Нужно просто идти прямо, никуда не сворачивая, и тогда мы, в конце концов, выйдем на край поляны. Там мы сможем сориентироваться, как нам выйти к реке. Идти, правда теперь придется несравнимо больше, но ничего не попишешь!

– Уже вечереет, может, стоит сегодня уже никуда не двигаться? – предложила Веста.

– А, может, стоить спросить у нашей инициативной подруги? – остро пошутила Доминика и посмотрела на все еще рыдающую Стеллу. После этих слов та заплакала еще громче.

– Не будь такой безжалостной, Доминика! – вступилась Глория.

– Да ладно, не все так страшно! Пока вы тут наблюдали слезы раскаяния, я побродила по округе и кое-что нашла. Думаю, всем нам стоит пройти буквально сто шагов, и вы увидите кое-что интересное.

Доминика подошла к Стелле, хлопнула ее по плечу и сказала:

– Хорош реветь, тебя уже простили. Пойдемте! – обернулась она к остальным и шагнула в заросли травы. Бабочки последовали за ней. Через несколько минут перед их глазами открылась удивительная картина: огромная стена из маленьких и больших букетов, в центре которой возвышался крупный цветок оранжевой календулы. Его трудно было увидеть сразу, но сейчас солнце уже садилось, не слепило глаза, и, задрав голову вверх, можно было увидеть центр этого монумента. Правда, бабочки смотрели не наверх, они не могли отвести глаз от цветочной пирамиды.

– Вот это да! И еда, и безопасный ночлег!

– Откуда здесь столько цветов?

– Что это?

Бабочки перешептывались, а Доминика смеялась:

– Неужели никто не узнает это место? – спросила она и, когда ответа не последовало, сказала – Аврора! Ты видишь, какой памятник сделали твои поклонники из твоей постели?! Признаю, ты действительно была популярна!

– Это моя постель? – удивленно прошептала бабочка.

– Да!!! Как ты могла не узнать?

Аврора подошла к цветам, погладила их и тихо сказала:

– Я предлагаю поужинать и переночевать здесь, а утром двинуться дальше. Думаю, отсюда я смогу найти пень.

С ней все согласились. После плотного ужина бабочки помылись и легли в теплых душистых цветах. Спать хотелось не сильно, все-таки днем они хорошо выспались. Поэтому кто-то тихонько разговаривал, Аврора молчала, вспоминая своих поклонников. Стелла тоже молчала, все еще переживая за свою оплошность. Лиане все же удалось заснуть, а Глория, которая лежала рядом с Вестой, постоянно зевала, но всячески боролась со сном, потому что Веста рассказывала очень интересные истории.

Ночь прошла незаметно, а утром в траве послышался слабый шорох. Бабочки насторожились и спрятались в цветах. Шорох становился все громче, и вот из-за ближайшего куста травы появился очередной небольшой букетик. С жутким сопением и кряхтением кто-то толкал его перед собой к живому памятнику. Вскоре бабочки увидели того, кто принес эти цветы – это был верный поклонник Авроры сверчок Оскар.

Позабыв все на свете, бабочки повыскакивали из своих укрытий и набросились на Оскара.

– Милый Оскар! Дорогой Оскар! – кричали обезумевшие от счастья бабочки со всех сторон.

Сверчок явно не ожидал их увидеть живыми, глаза его округлились, и он медленно упал в обморок. Вскоре он очнулся, обвел бабочек внимательным взглядом и произнес:

– Любимая моя Аврора! Даже призрак твой прекрасен! – с этими словами он снова погрузился в бессознательное состояние.

Аврора подошла к своему воздыхателю, ласково похлопала его по щекам.

– Дорогой Оскар! Я не призрак, очнись, пожалуйста!

Оскар отрыл глаза, над ним склонилась самая настоящая, живая, горячо любимая им Аврора. Сейчас ему не было видно ее прозрачных бесцветных крыльев, и она совсем не походила на привидение.

– Я вполне живая, даже неплохо себя чувствую! – продолжала Аврора. – И именно ты меня спас, за что я тебе безмерно благодарна.

– Но твои крылья, что с ними? – спросил Оскар, присаживаясь на траву.

– Окраску смыл дождь, но я же не стала от этого менее красивой?

– Ну что ты! Ты так же красива, как и прежде! А как вы здесь оказались? Мы искали вас у старого дуба, не нашли, подумали, что вы погибли!

– Садись, Оскар, я расскажу тебе, что с нами произошло. – И Аврора начала свой длинный рассказ, не уставая описывать кроме всего прочего и свои переживания, страхи и стрессы. Когда рассказ ее подошел к концу, аврора сказала – Ну вот, Оскар, теперь ты все знаешь. И ты не представляешь, как можешь нам помочь!

– Как, милая, Аврора? – словно готовый к службе верный солдат, спросил ее сверчок.

– Ты должен позвать кузнечиков, чтобы они отвезли нас к реке.

– Дай мне пять минут. – Произнес Оскар и скрылся в траве.

Возвратился он быстро с отрядом кузнечиков. Те по очереди принялись целовать бабочкам руки и выражать восторг по поводу их чудесного спасения. Путешественницы, несмотря на свое нетерпение быстрее оказаться у цели, внимательно выслушали кузнечиков.

– Чем мы можем быть вам полезны? – спросил один из них, исчерпав свой запас приятных слов.

– Вы можете доставить нас к реке намного быстрее, чем мы можем добраться туда сами. – Ответила ему Мелисса. – Нам нужно добраться к Присцилле.

– Нет проблем! Садитесь на наши спины, и мы мигом домчим вас к цели!

Аврора подошла к Оскару, обхватила руками его личико и крепко поцеловала. Сверчок снова чуть было не лишился чувств.

– Спасибо тебе, Оскар! Ты мой спаситель, мой верный рыцарь! Я надеюсь, Присцилла нам поможет, и вскоре я снова вернусь к тебе! – с этими словами Аврора забралась на спину одного из кузнечиков и помахала Оскару рукой.

– Все готовы? – спросил предводитель кузнечиков.

– Да, да! – послышалось в ответ.

– Тогда отправляемся! – и кузнечики приготовились к прыжку.

– Постойте! – вдруг крикнула Стелла. Она впервые подала голос после своего позорного предводительства. – Я бы хотела попросить вас, если, конечно мои подруги, и вы сами не будете против. Пожалуйста, когда мы будем у центрального пня, запрыгните на него – мне очень хотелось бы увидеть нашу поляну!

Никто не стал возражать и буквально через минуту бабочки смогли увидеть поляну такой, какой они ее знали. Они стояли на пне, высматривали, где чья постелька, и по их глазкам катились слезы. Все было, как прежде. Только не кружился над поляной веселый вихрь лесных красавиц. Все они остались там, в «прошлой жизни».

Но кузнечики не дали им грустить очень долго. Вскоре они снова погрузили бабочек себе на спины и через несколько минут бабочки уже оказались у речки. Проскакав вдоль берега несколько метров, кузнечики остановились, спустили с себя бабочек. Старший из них указал рукой в сторону берега:

– Видите, вон кувшинка? Там и живет Присцилла. Вам туда.

Но бабочки стояли в оцепенении. Цель, к которой они так долго шли, столько ругались и мирились, испытали столько страхов, разочарований и нервных срывов, теперь была так близко! Несмелыми, робкими шагами отряд двинулся вперед.

– Желаем вам успеха! Мы будем ждать вас! – крикнули вслед им кузнечики. Бабочки обернулись и помахали руками своим помощникам.

Подойдя совсем близко к жилищу старой Присциллы, путешественницы остановились.

Присцилла сидела в мягком кресле из цветов в самом центре кувшинки. Она была стара: ее толстый хвостик уже почти высох, это было видно даже невооруженным взглядом, а жесткие крылья, поистрепавшиеся на концах, безвольно висели за ее спиной. На носу ее были надеты очки с безумно толстыми линзами – от этих линз большие глаза стрекозы казались еще больше, можно даже сказать – устрашающе большими. Перед старушкой – стрекозой стояла на подставке большая книга. Присцилла внимательно читала ее, переворачивая страницы трясущимися от старости лапками.

Бабочки стояли в нерешительности, переминаясь с ноги на ногу и не смея подойти. Старая стрекоза, похоже, не замечала их – настолько она была увлечена чтением.

Но на самом деле, Присцилла заметила путешественниц, как только они попрощались с кузнечиками – она просто давала бабочкам время, чтобы освоиться и осмотреться. Наконец, она решила, что ожидание уже начинает томить ее гостей, сдвинула очки на самый кончик носа, и посмотрела на бабочек поверх больших толстых стекол.

– Вы, я думаю, пришли не просто посмотреть на меня? – спросила она.