Юлия Стоун – Проект семья (страница 34)

С тех пор, как я работаю в его фонде в команде риск-менеджеров, два предыдущих года мне казались раем. Хорошо, что он меня уволил и дал отдохнуть от этого всего. Но я не жалуюсь, потому что если я только пикну, то, боюсь, моя работа в этом месте закончится также неожиданно, как началась.

Мы обедаем втроём в местном ресторане, Илья уже, слава всем богам, ест не только макароны с маслом, а стал расширять свои вкусовые предпочтения, мы постепенно подсовываем ему разные продукты на пробу. Тимур заказал себе рыбу на гриле и складывает Илюше в тарелку серединку своей рыбы. Я смотрю на них, и у меня дежавю, мне эта рыба воняет, жутко невкусно воняет. Вряд ли бы Тимур стал кормить сына вонючей рыбой. Ладно, я буду молчать пока сама не проверю. Аккуратно забираю телефон со стола и проверяю свой календарь. Там у меня отмечены даты, когда я делала противозачаточные инъекции. Я поняла, что таблетки пить не вариант, когда вечно забывала их пить, но с уколами всё проще, делаешь раз в три месяца, и не переживаешь. Только вот, судя по моим записям, я сделала последний четыре с половиной месяца назад, а запись проверить не могу, потому что все записи у меня в рабочем календаре и в рабочей почте. И вообще, мой помощник должен напоминать мне про все визиты к врачу.

Твою мать!

Ну Ковальский, ну гад! Вот зачем я должна работать у него, он моего помощника подкупил или пригрозил увольнением?!

— Алин, смотри, Илья рыбу ест.

Да он издевается?! Но нет, я себя не выдам.

— Молодец, Илюша, вкусно тебе?

— Да.

Но сын как-то не особо радуется рыбе, а больше смотрит на мою пасту. Ха.

— Дай маме тоже попробовать, рыба здесь офигенская, Алин.

Сволочь. Я не выдерживаю и начинаю ржать. Тимур с Ильей на меня смотрят как на сумасшедшую, если я не права, я потом извинюсь. Но скорее всего, я права, поэтому извиняться придётся Тимуру. Но я же не могу его убить на глазах у сына, подожду пока приедут родители.

— Спасибо, мальчики, я уже всё, наелась, — выдавливаю из себя уже более серьезным тоном. Жаль пасту теперь не съесть, пусть я останусь голодная, но отведу подозрения.

Весь оставшийся день до приезда родителей держусь с невозмутимым выражением лица и стараюсь вести себя как обычно. Вот если бы я ходила к своей бабке на уколы, она бы мне сама позвонила и напомнила о себе, а так, я купилась на объяснения Тимура, что у врача, которого принимала роды будет полезнее потом наблюдаться. Дура.

Хорошо, посмотрим с другой стороны. Илье уже три с половиной, а я обещала Ковальскому троих детей, и если сейчас не продолжить, то третьего я буду рожать уже в старости. Да и работать мне уже не так легко, как раньше, задерживаясь на работе после семи — постоянно чувствуешь вину перед своим ребенком, что отбираешь его законное время.

Родители сидят с Ильей второй день, они даже забрали его вчера к себе спать на ночь, а мы с Тимуром живем между пляжем, рестораном и кроватью. С каждым часом мой настрой прикопать его в песке снижается, но всё же мне нужно точно знать, это он подстроил или я ступила?

До приезда родителей мы были с Илюшей тут только вдвоем из взрослых, а так как Тимур чересчур ответственный, он даже алкоголь себе не заказывал, он мне говорил вдруг что случится и кого-то из нас придется спасать. Ну хорошо, сейчас-то с нами мои родители и, поэтому мой план на сегодняшний вечер созревает моментально.

— Тимур, может возьмем на пляж фрукты и вино и поужинаем под звёздами, только вдвоем? Не хочу в ресторан.

Первая удочка закинута.

— Алина, я голодный, хочу нормально поесть, — говорит немного взбесившись, хотя речь просто о еде.

— Ладно, тогда потом на пляж.

В ресторане я практически пропускаю ужин, заказываю салат и шампанское, на что получаю вопросительный взгляд от Тимура и комментирую, что в такой жаре есть совсем не хочется, зато выпить я не против. Его реакция странная, вроде он недоволен, но не останавливает официанта.

— Ты собираешься сегодня конкретно отметить день без Ильи, тут шампанское, на пляже вино? — он уже на взводе, ха-ха, давай милый, взорвись.

Когда мне приносят салат, я понимаю, что вот конкретно этот салат я не хочу, а мясо у Тимура выглядит симпатично, но приходится ковырять эту травку. Боже, в какие игры я играю со своим мужем!? И вот, официант приносит мой бокал с шампанским.

Раз-два-три-беру бокал-пять-кручу в руках-семь-восемь…

— Алин, давай напитки не мешать, мы же договорились на пляже посидеть с вином.

Ну-ну.

— Ну я же не коньяк с пивом мешаю, ничего страшного, Тимур.

Делаю небольшой глоток, глядя прямо в его взбешенные глаза. И добавляю:

— Закажи еще бутылочку белого с собой, возьмем на пляж, как и договаривались.

Он поднимает руку к лицу и трёт пальцами веки, делая при этом медленный вдох. Ну же, давай! Выжидающе молчу. Наконец, он издает звуки:

— Пойдем в номер, там всё возьмем.

Тимур начинает вставать, практически не начав ничего есть. Не хочет убивать меня при персонале, ахаха.

— А мясо доедать не будешь?

На этой моей фразе, он тянет меня под локоть из-за стола, а потом перехватывает за талию и толкает в сторону выхода.

— Тимур, — я сейчас взорвусь от смеха, — хватит, ты чего так взбесился? — Я замедляю шаг, когда выходим из ресторана, а он, чувствуя это, останавливается, наклоняется ко мне и закидывает к себе на плечо. — Тимур, пляж в другой стороне.

Очень быстро мы оказываемся в номере, на кровати, моё платье даже никто не думал снимать, он просто раздвинул колени руками и стянул с меня бельё. Бешенный маньяк. Резко и без прелюдий, сразу глубоко и жестко он оказывается во мне. Не собираюсь сдерживать свои стоны, но, кажется, получается слишком громко. Тимур кусает за плечо и шею, и двигается с рыком, каждый раз ударяясь о внутреннюю поверхность моих бедер. Мы делим один оргазм на двоих, он глубоко во мне, а я, крепко обнимая его ногами.

— Тимур, ты обещал мне ночной пляж, — конечно никуда идти я не хочу, но свою миссию я еще не закончила.

Он поднимается на локтях и нежно целует, говорит шепотом в губы:

— А ты ещё в состоянии до пляжа дойти?

— Конечно, ты мне обещал ещё вино и фрукты, я салат в ресторане не доела, — да, я хочу тебя взбесить, милый.

И у меня прекрасно получается это сделать, потому что он заходит на второй круг, не вытаскивая. Потом мы долго лежим в кровати, и он гладит мне спинку. Это самое лучшее время в жизни. Я не смогу сейчас встать и пойти на пляж, и сексом заниматься тоже больше нет сил, но всё равно говорю:

— Ладно, Ковальский, ты мне обещал, бери вино и тащи меня на пляж.

Его рука замирает у меня на спине, а сам он впивается взглядом в меня. Этот взгляд, типа, что у тебя ещё есть силы куда-то идти? Нет, но есть силы тебя довести.

— Алин, может тебя в душ для начала отнести? — нежно притягивает к себе и утыкается носом мне в висок. — М? — Я отрицательно мотаю головой, улыбаясь во все тридцать два. — А потом спать. Завтра нужно спасать твоих родителей и забирать Илью.

— Нет, я хочу выпить на пляже. За родителей не переживай, их карма настигла, пусть теперь с внуком сидят. Ковальский, что ты так бесишься? Вставай и пойдем.

Он скрипит зубами и матерится, а потом всё-таки выдаёт:

— Нет. Я не потащу свою беременную жену пить вино ночью на пляже.

Ахаха, мой любимый псих.

— Так значит это твоих рук дело! — сужаю глаза и ловлю его взгляд. — Ты же мне обещал, что я сама буду решать когда рожать детей! Ах ты гад!

Я начинаю бить его кулаками, наиграно и не больно, но Тимур всё равно перехватывает мои руки и переворачивает меня на спину.

— Алин, я долго продержался, давай не будем ругаться, — нежно целует в губы. — Что, рыбка всё-таки воняла?

И ржёт. Кажется, скоро у родителей прибавится работы.