Юлия Стешенко – И в болезни, и в здравии, и на подоконнике (страница 74)

Делла не знала, сможет ли она. Захочет ли.

Что делать, если они будут мешать друг другу? А если начнут ссориться? Устанут друг от друга? Разочаруются? Как со всем этим справляться? Делла не знала. Она плохо понимала людей, не умела искать компромиссы и усугубляла любой конфликт, с которым сталкивалась. Из всех людей на гребаной планете Земля она хуже всех подходила на роль постоянного партнера. Стэн совершенно не заслуживает такого сюрприза.

А он его получит.

И будет очень разочарован.

- Не нравится? – логично, но неправильно истолковал затянувшееся молчание Стэн.

- Не особенно, - виновато втянула голову в плечи Делла. Ответ был честным по форме – и абсолютно фальшивым по содержанию. Потому что Делле действительно не нравилось, но вовсе не потенциальное жилье. – А тебе как?

- Мне тоже не очень, - под изумленным взглядом риелтора Стэн засунул в карман чересчур широкий блокнот, даже не изображая попыток его согнуть. – Поехали дальше.

В длинном пустом коридоре пахло жареной рыбой. Гул чужих разговоров, музыка, голоса из телевизоров сливались в сложную какофонию звука, навязчивую и мучительную, как китайская пытка водой. В мире, не знающем звукоизолирующих и фильтрующих заклинаний, частная жизнь выпирала наружу, словно дикое мясо.

- Стой! - не выдержала Делла. Шагнувший на лестницу Стэн обернулся и поднял глаза.

- Что?

- Тебе как это все, нормально?

- Квартиры? Говно, конечно, но те, что получше, в два раза дороже стоят…

- Нет, я не про это, - смешалась Делла. - Я вообще. Ну вот мы собираемся вместе жить. А вдруг нихрена не получится? Ты не боишься?

- Честно? – вздернул подбородок Стэн. – Дохера как. Вообще не представляю, как мы будем вместе жить. А ты?

Накручивающаяся внутри пружина невидимого механизма тренькнула и распрямилась.

- Колени от страха дрожат, - призналась Делла. – Я на выпускных экзаменах меньше психовала.

- Та же херня, - шагнул на ступеньку вверх Стэн. – Все время думаю, что выбешу тебя своими заскоками с ПТСР.

Делла погладила его по щеке кончиками пальцев.

- А я ненавижу, когда меня от работы отвлекают. Представляешь: я что-нибудь, пишу, а ты: «Делла, хочешь кофе?». И я такая: «АРРРР!!!». Пиздец, правда?

- Правда, - положил ей руки на талию Стэн. - А я молчу все время. Вот захочешь ты поговорить, а я только «Ага» и «Угу». Зачем жить с человеком, если с ним даже не пообщаешься?

- Вообще незачем, - отступила на шаг Делла, упершись спиной в шершавую стену. – Я кошмарно настырная. Если начнем ссориться, я тебе часами буду собственную правоту доказывать. И заткнуть меня невозможно.

- А я психую из-за ерунды, - Стэн качнулся вперед, отгораживая ее от провонявшего жареной рыбой коридора. – Реально херня какая-нибудь, но я сутками загоняться могу: злюсь, обижаюсь, в голове все время диалоги прокручиваю, как на репите.

- Ненавижу уборку. Пыль, мусор, вещи раскладывать – это нахуй. Просто нахуй, сразу. Или магия, или никак, - обняла его за шею Делла.

- Терпеть не могу готовить. Лучше неделями пиццу жрать, чем над печкой стоять. И насрать на гастрит, - прикрыв глаза, Стэн наклонился. Губы у него были нежные, горячие и пахли кофе. Хрипло выдохнув, Делла вцепилась в твердые плечи, приподнялась на цыпочки – и Стэн принял на себя вес, подхватил ее под ягодицы, прижимая к бедрам.

Процокали каблучки, замедлившись перед лестницей, и кто-то невидимый укоризненно прокашлялся. Не отрываясь от поцелуя, Делла вскинула правую руку с отставленным средним пальцем. Незримый поборник морали охнул голосом риелтора и ссыпался по лестнице вниз.

- Ну вот, - укоризненно вздохнул Стэн. – А мы могли бы рассчитывать на скидку.

- Там ночевка бомжей из окна видна.

- На двойную скидку.

Глава 35

Глава 35

- Вот он, - возбужденно подпрыгнула на кресле Делла.

- Ага. Под описание подходит, - Стэн сдвинулся так, чтобы расставленное на витрине барахло не заслоняло происходящее.

Тощий брюнет неловкой прыгающей походкой пересек магазин и навалился на прилавок. Продавщица обернулась к нему, растянув губы в чудовищно фальшивой безумной улыбке Шляпника. От протянутого брюнетом розовенького контейнера для завтраков она шарахнулась, как от гранаты с выдернутой чекой.

- Мда. Зря я насчет сибирки. Надо было про наркоту соврать, - почесал затылок Стэн.

Брюнет что-то сказал – Стэн видел, как движутся яркие полные губы, - и настороженно оглянулся. Продавщица яростно замотала головой, швырнула в него сложенными купюрами и отпрыгнула на полшага. Брюнет скривился, ответил коротко и зло, но деньги взял и направился к выходу.

- Пошли! – щелкнула ручкой двери Делла. – Я с той стороны зайду. Выскочив из машины, она замерла на секунду – ветер подхватил рыжие волосы, превратив их в полыхающую огненную корону – и, пригибаясь, отбежала к витрине кондитерского магазина.

Стэн поправил в кобуре беретту и тоже шагнул на асфальт. Брюнет двигался прямо на них – худой до прозрачности, изжелта-бледный, заросший синевато-черной щетиной. Он походил то ли на больного, то ли на вампира – ну или на торчка, и это была самая вероятная версия.

Стэн догнал его в несколько быстрых шагов. Вампир-торчок тащился нога за ногу, ссутулившись и засунув руки в карманы. Слишком тонкая для нью-йоркской зимы куртка топорщилась на острых лопатках.

- Простите, сэр, - окликнул его Стэн, взял за плечо – и едва уклонился от летящего в висок локтя. Полшага назад , всего лишь полшага… Под ногой вместо бетона оказался крохотный пятачок льда.

- Твою мать! – взвыл Стэн, с размаху врезаясь задницей в тротуар. Спину пронзила острая боль, зубы лязгнули и рот наполнился горячим и соленым. Глядя в прозрачное голубое небо, Стэн понял две вещи. Во-первых, торговец амулетами вовсю использовал собственную продукцию. А во-вторых, Стэн только что выбил копчик.

– Тьфу, блядь! – сплюнул на бетон кровавую слюну Стэн, перевернулся на бок и неловко поднялся, упираясь руками в колени. – Стой, сука!

Брюнет несся по тротуару, пригнувшись и втянув голову в плечи, как будто спасался от обстрела – и совершенно не обращал внимания на случайных прохожих. Например, на девицу в расстегнутом пуховике, из-под которого невиннейшим розовым отсвечивала футболка с котятами, наряженными в балетные пачки. Раз! – нога в заляпанном грязью кроссовке врезалась в тощее колено. Два! – брюнет, запнувшись, кувыркнулся мордой вниз. Три! – Делла навалилась на него, заламывая руку за спину.

Четыре, - брюнет выскользнул из куртки, отбросив ее, как перепуганная ящерица хвост, и рванул прочь. А потерявшая равновесие Делла свалилась на тротуар, сжимая ветровку с жизнерадостной надписью «Я люблю Нью-Йорк».

Стэн промчался мимо нее, не останавливаясь, догнал недовампира на повороте и от души врезал ему локтем между лопаток. Брюнет запнулся и опрокинулся на асфальт, и Стэн метнулся к нему, но врубился с разгона в пожарный гидрант. Нога онемела, колено подогнулось, и Стэн, взвыв, снова упал на задницу.

- Да ебаный ты в рот!

- Не вставай! – заорала сзади Делла. – Халаклак!

Что-то невидимое, но ощутимое, как воздушный удар, промчалось мимо Стэна, вздымая над тротуаром снежную крошку. Бетон на мгновение свергнул глянцевой коркой льда, и беглец, взмахнув непропорционально длинными, как лапы у богомола, руками, на полном ходу въебался мордой в землю. А вместе и ним и парочка случайных прохожих, которым не посчастливилось выйти из дома.

Пока Стэн медленно вставал на колени, а потом и на ноги, Делла решительно пересекла тротуар с размаху залепила брюнету кроссовком в морду.

- Я кому сказала: лежать!

Уже поднимающийся на четвереньки продавец амулетов булькнул и сполз на землю. Стэн наклонился, сдернул с тощей шеи гри-гри, обрывая противоестественную цепочку везения, и защелкнул наручники на мосластых запястьях.

- Все, сука. Отбегался. Ох, мать твою, - с трудом разогнувшись, Стэн потер кулаком многострадальный копчик.

- Что, больно?

- Как будто лом в жопу засадили. Причем острым концом, - Стэн потянул задержанного вверх, с облегчением ощущая, что тело само поднимается в воздух. - Спасибо. Подержи его, а то я вообще на ногах не стою.

Бессовестно цепляясь за брюнета, которого левитировала Делла, Стэн дохромал до машины и медленно опустился в кресло. Спину прострелило огненной вспышкой боли.

- Блядь! Кажется, мне нерв защемило, - пожаловался Стэн и мрачно оглянулся на скорчившегося на заднем сиденье брюнета.

- А вы мне зубы выбили! – неожиданно писклявым голосом отозвался тот и облизал начинающие распухать губы. - Я жалобу подам! Это произвол! Вы не можете просто взять и…

- Шаанти. Акара, - взмахнула палочкой Делла, и брюнет, запнувшись на середине фразы, с деревянным стуком опрокинулся на передние сиденья. – Да чтоб тебе! Не в эту сторону! – упершись в грудину, Делла оттолкнула оцепеневшего, словно по команде «замри», задержанного, и тот, утратив равновесие, сполз на пол.

Делла проводила его тоскливым взглядом.

- Да еб же твою мать... Ну что, борец за конституционные права, будем этого мудака поднимать?

Стэн попытался сдвинуться вперед, охнул и застыл, прикусив нижнюю губу.

- Нахуй. Пусть так лежит, сука. Можешь мне спину вправить?

- Обезболить могу.

- Давай хоть так, - уныло согласился Стэн. – Ебучие амулеты. Приедем – лично эту дрянь ему в жопу засуну.