Юлия Стешенко – И в болезни, и в здравии, и на подоконнике (страница 17)
- Да. Направо и прямо.
Стэн нырнул в короткий просвет, проскользнул под носом у здоровенного грузовика, и переместил машину поближе к тротуару. На повороте он выкрутил руль, и нос тойоты, описав плавный полукруг, сменил вектор.
- Оу.
- Что?
- Мне нравится, как ты поворачиваешь. Такое приятное ощущение.
Судя по округлившимся глазам Стэна, фраза имела скрытый смысл. Или не имела смысла вовсе.
- Я что-то не то сказала?
- Не знаю. Ты любишь, когда автомобили поворачивают? Я тебя правильно понял?
- Ну да. Прикольно. Я сижу в кресле, которое не двигается – но при этом несется в двух футах над шоссе на скорости тридцать миль в час. Да еще и поворачивает.
- Никогда не думал об этом в таком ключе, - озадаченно нахмурился Стэн. – Но теперь, когда ты так говоришь – да, наверное, прикольно. Эй, там впереди забор.
Он начал притормаживать, и Делла, опомнившись, протестующе замахала руками.
- Нет, не останавливайся, езжай вперед! Прямо в забор, давай!
- Что, протаранить?! – Стэн рывком выкрутил руль и остановил машину так резко, что Делла ударилась ладонями в приборную панель. – Ты с ума сошла?
- Да нет там ничего! Это иллюзия! – Делла раздраженно потерла ушибленную руку.
Стэн внимательно посмотрел на забор – высокие, футов семь, гофрированные металлические листы.
- Уверена?
- Абсолютно. Реальности в этом заборе столько же, сколько в морском пейзаже на глубине пятьдесят футов под землей.
- И как оно работает?
- Что именно? - растерялась Делла. – Иллюзия? Ну… просто обманывает. Показывает несуществующие вещи.
- Хорошо. Показывает. А если кто-то палкой по забору палкой постучит? Или, кажем, обопрется?
- Этого не будет. Вдоль забора топологический изолирующий контур проходит. Обычному человеку даже в голове не придет на эту улочку повернуть. Он ее просто не заметит.
- А если все-таки?
- Не будет никаких все-таки.
- Но допустим.
- Хорошо. Допустим. Если какой-то альтернативно одаренный все-таки постучит по забору, он услышит лязг и почувствует отдачу от удара. Иллюзия многофакторная – работает со всеми органами чувств и корректирует реальность для вовлеченного объекта. Поэтому просто езжай вперед. Считай, что забор – это мираж.
- … Ладно...
Тойота медленно тронулась с места. С напряженным лицом Стэн направил машину прямо по центру дороги. Бампер приблизился к металлическому листу… коснулся его… и прошел насквозь. Тойота проехала через забор, как через полосу тумана, и вырулила на широкую улицу, вымощенную круглой брусчаткой.
- Блядь, - тихо выругался Стэн и снова остановил машину. – Тайм-аут. Мне нужен тайм-аут.
Стэн сидел ровно, будто лом проглотил, и неподвижно таращился перед собой широко раскрытыми глазами. Рот у него нервно подергивался
- Конечно, - растерялась Делла. – Как скажешь.
Весь опыт общения с выходцами из Большого города говорил Делле, что Стэн должен быть счастлив. Поражен. Увлечен и очарован. Об этом рассказывали все маги, выросшие за пределами Скрытого города. Они вступали в мир чародейства, преисполненные восторга и счастливого трепета. Делла помнила, как впервые увидела ребенка, выросшего в Большом городе. Мальчик завороженно таращился на ворота школы. Змейка на кованном гербе тонко пыхала дымом, между чешуйками у нее проскакивали язычки пламени – и у ребенка было такое лицо, словно ему подарили миллион долларов и собственного дракона в придачу. А Стэн выглядел так, будто сел задницей на гвоздь.
И это было нихуя не правильно.
- Если хочешь, подожди меня здесь. Или с той стороны. Выезжай отсюда, припаркуйся и передохни, пока я все осмотрю, - попыталась исправить ситуацию Делла.
Стэн медленно покачал головой.
- Нет, все нормально. Мне просто надо привыкнуть.
- Ладно.
Делла молча откинулась на спинку кресла. Рядовой Паттерсон пережил четыре года войны в Афгане – и это как-нибудь переживет.
И вообще, дистресс или эустресс – вот в чем вопрос. Делла мысленно поставила на второй вариант и скрестила пальцы на удачу.
Минут через пять двигатель тойоты ожил.
- Куда едем? И как? Правила здесь такие же?
Делла обернулась. Стэн больше не выглядел как человек, который удерживает сознание от коллапса исключительно усилием воли. Счастья на лице, правда, тоже не было – но когда оно было? В конкурсе на хмурую рожу Стэн был бы членом жюри.
- Все то же самое, один в один. Сейчас позжай вперед, на третьем перекрестке повернешь налево и остановишься возле дома с горгульями. Это такие крылатые…
- Я знаю, что такое горгульи.
Стэн тронулся с места. Он ехал медленно, настороженно оглядываясь по сторонам, словно каждую секунду ожидал атаки. Делла молчала. Машина медленно катилась по брусчатке вдоль трехэтажных кирпичных домов, украшенных колоннами, барельефами и статуями. С фантазийных балкончиков стекали гирлянды цветов, защищенные от ноябрьского мороза стабилизированным Таапа. На крылечках мерцали радужным огнями фонари, а на крышах медленно поворачивались петушки-флюгеры.
Среди идиллической гармонии Цветочной улицы дом Дирка Цибулоффски был оскорблением для глаз. Стены из черного гранита, увенчанные острейшими пиками решетки на окнах и горгульи, с громовым грохотом расправляющие крылья, – каждой своей деталью дом вопил о том, что внутри вершится самая темная магия.
- Вот сюда, правильно? – уточнил Стэн, уже подгоняя тойоту к тротуару.
- Именно. Я же говорила: ты сразу поймешь.
Стэн, наклонившись, еще раз обозрел дом через боковое стекло.
- Охренеть. Как в кино! У вас часто так строят?
- Нет. Цибулоффски был мелким эгоистичным мудаком, выпендрежником и позером. А еще он был лучшим некромантом в западном полушарии, поэтому мог себе позволить некоторые чудачества. Например, отгрохать вместо дома креативный склеп.
Делла вылезла из машины и решительно направилась к двери. Сидящая на карнизе горгулья встрепенулась, отслеживая перемещение вероятного противника. Повела клювастой головой, угрожающе расправила крылья. И заорала. Широко распахнув орлиный клюв, горгулья верещала дурным голосом, перемежая рев, пронзительный вой и что-то вроде тирольского йодля.
- Да заткнись ты, Азатот тебя забери! – донесся откуда-то сверху пронзительный женский вопль. В доме напротив распахнулось окно, из него вылетела банка майонеза и со звоном врезалась в горгулью, заляпав стену жирными пятнами. Статуя, икнув от неожиданности, заткнулась и начала облизываться каменным языком. Душераздирающие вопли сменились не менее душераздирающим скрежетом.
Стэн медленно, с видимым усилием убрал руку от кобуры. Глаза у него были дикие.
- Может, в дом зайдем? – неуверенно предложила Делла. – Пока она опять не заорала.
Надежды на преобладающий эустресс таяли, как масло на горячем тосте.
В огромном холле было сумрачно и пусто. Расставленные в нишах чучела застыли в напряженных позах, словно изготовились к броску. В тусклых глазах поблескивали искры отраженного света. Среди причудливого паноптикума Делла уверенно опознала стандартные транс-образцы: кентавр, гарпия, русалка, и маленький, размером с кошку дракон. Цибулоффски работал с биотрансформациями, последовательно воссоздавая классические формулы модификаций: соединял тела людей и животных, изменял размеры и пропорции. Но потом Цибулоффски стало скучно повторять чужие наработки – и он начал конструировать собственные транс-схемы. На туловище быка красовалась голова крокодила, лев распахнул огромные графитово-серые крылья, а классическая русалка, утратив рыбий хвост, обзавелась изумрудно-зеленым змеиным. Даже на расстоянии пары футов Делла не могла обнаружить следы заклинаний, скрепляющих чужеродные части тел.
До чего же талантливый мужик. И до чего же ебнутый.
- Ничего тут не трогай, - вспомнила о технике безопасности Делла. – Даже пальцем не тыкай.
Стэн отрешенно кивнул, не отрывая взгляда от стеклянного куба. Там, в прозрачном консервирующем растворе, плавала голова шимпанзе без туловища, зато окруженная десятком мускулистых рук, как паук - лапами. Коричневая шерсть мерно колыхалась, создавая неприятную иллюзию движения.
- Эй! – щелкнула Делла пальцами. – Я тут! Прием! Ты меня слышишь?
- Да. Ничего не трогать, - не оборачиваясь, отозвался Стэн. – Боже, какой пиздец.
За коллекцией чучел последовала такая же впечатляющая коллекция ножей и кинжалов, потом – таинственно поблескивающие бутылочки, в которых бурлили, непрестанно смешиваясь, неопределенного назначения жидкости. Перед самым выходом из холла Делла наткнулась на небольшой фонтан. Вода в нем была черная и глянцевая, как нефть. Струи поднимались верх и обрушивались в чашу совершенно бесшумно, не оставляя даже кругов на поверхности.
- Что это? – спросил из-за спины Стэн.
- Без понятия. Поэтому лучше держаться подальше.