Юлия Славачевская – Как я не хотела спасать мир (страница 28)
- Это поспешное решение, - возразила ему я, раздумывая, а не сменить ли мне полетное место. Мышь большая, шея должна быть крепкая… - Вы потом замучаетесь объяснительные писать по поводу - почему вы принесли меня в меньшем количестве и худшем качестве.
- Это невыносимо, - закатила красные глаза мышь.
- Теперь ты меня понимаешь? – сел на любимого конька Гри. – А я с ней уже год бок о бок живу и еще не поседел. Так что, может, отнесешь нас обратно? Пока еще седым не стал. И беззубым.
- Это мне не грозит, - высокомерно сказал похититель, поднимаясь чуть выше и подлетая к мрачному черному замку на вершине скалы. – Мы не можем седеть и терять зубы.
- Все когда-то бывает впервые, - утешила его я, рассматривая наше новое пристанище. Очень было похоже на замок из фильмов ужасов. Не хватало лишь грозы и молний в сопровождении звуков грома. А так тютелька в тютельку.
Мы влетели в одно из открытых окон, где нас сбросили на пол из драгоценного паркета, а мышь превратилась в элегантного мужчину средних лет, мгновенно блеснувшего острыми тонкими клыками. И снова красавца. Да что ж это за напасть такая, а? - куда ни плюнь, везде идеалы.
- Значит, так, - нахмурился этот великолепный мужчина, сердито поблескивая черными глазами, - сначала я думал поселить вас в роскошных покоях, но после всех дерзостей, выслушанных мной в дороге, я все же брошу вас в тюрьму!
- Это понятно, - переступила я с ноги на ногу. – А чего вы хотели-то? У вас в тюрьмах недобор?
- Вы будете моим подарком Вампирской Матери, - не стал скрывать своих намерений мужчина. – На вековом балу!
- Какой-какой матери? – вытаращилась на него я. Ошарашенно посмотрела на кота: - А зачем нам к его матери?
- Это их прародительница, - пояснил кот, так же сердито зыркая в ответ на похитителя. – Они ей угождают, веселят, дарят подарки, чтобы поддерживать интерес к жизни. Этот решил сэкономить.
- А что мне мешает сейчас отсюда уйти? – наморщила я лоб.
- Мои подданные все еще стерегут ваших людей, - напомнил мне вампир. – И их жизни зависят только от вас.
Звучало неубедительно и было притянуто за уши.
- А как же утром? – проявила я законное любопытство. – Вам же вроде противопоказан солнечный свет, нет? Как в этом случае они будут стеречь моих друзей?
- Мы не боимся солнечного света, - высокомерно вздернул аристократический нос мужчина. – Мы просто быстро загораем!
- До головешки, - закивал кот. – Такие черненькие, красивенькие и уже совсем мертвые.
- Это выдумки, - раздраженно махнул рукой мужчина. Кстати, одет он был, как настоящий вампир – классически безвкусно. Черные штаны, белая рубашка с кружевными жабо и манжетами и алый пояс. Никакой индивидуальности. Сплошные стереотипы. – Мы просто слегка чувствительны из-за светлой кожи. К тому же, у вас там есть прекрасная большая могила…
- Зойка, - повернулся ко мне кот, - какого черта тебе пришло в голову заказать Тристану и Изольду этот бассейн? Их там точно похоронят. А Ромуальда и Ланселота у них в ногах положат, как невинные жертвы.
- Почему? – не поняла я логики кота.
- Потому что эльфы хоть сами это копали, - охотно пояснил Гри, усаживаясь и обвивая лапы хвостом. – А эти только страдали в стороне.
- То есть, - сдвинула я брови на вампира, - вы собираетесь оккупировать мою территорию? – Дождалась согласного кивка и выдвинула ультиматум: - Тогда я оккупирую вашу! Где у вас тут тюрьма?
- И вы не будете сопротивляться? – удивился наивный вампир. И как дожил до длинных клыков? Наверное, никогда не встречался с ведьмой. В этом случае, если у них есть государственный гимн, там скоро появится новая строчка: «Храни вампиров, наша мать, от ведьм, с которых неча взять!»
- Нет, - пожала я плечами. – Вы меня убедили. Я испугалась. Теперь хочу дрожать в темнице, изнывая от холода, голода и болезней.
- Не надо давать ему руководство к действию, - прошипел Гри. – А то и вправду кормить не будет.
- Не буду, - согласился вампир, растерянно почесывая черную бровь. – Это входит в эксклюзивные услуги узников. На голодном пайке сразу откуда-то появляется хорошая фигура, бодрость духа и желание сотрудничать.
- Ведите, - протянула я ему обе руки. – Мы готовы со смирением принять нашу судьбу.
И нас проводили в камеру. Долго морочиться не стали. Вывели наружу, перевели через двор и запихали на первый этаж каталажки. Камера нам с Гри досталось достаточно сухая, в меру холодная и без крыс. Может, конечно, они и были, но с котом конкурировать не рискнули.
- Что будем делать? – поинтересовался у меня кошак, сгребая солому в одну кучу, подальше от окна. – И есть хочется…
- Тюремщик! – завопила я в зарешеченное окошко в двери. – Когда тут дают баланду?
- Не надо так шуметь! – показался в окошечке римский нос. Остальное видно не было. – Ужин вам не положен, до завтрака вы еще не дожили. Берегите силы и сидите тихо, - и ушел. В смысле, нос ушел, его носитель с собой унес.
- Эльфы тебя хотя бы кормили? – покосился на меня Гри. – Или тоже экономили?
- Да нет, - почесала я щеку, подходя к противоположной стене.
- Так «да» или «нет»? – уточнил въедливый кот.
- Да – кормили, - расшифровала я свой ответ. – Нет – я не ела, времени не было. Приходилось много думать на тему «найди счастье – убей мужа».
- Понятно, - улегся на солому кошак. – Теперь другой вопрос: если эти скопидомные вампиры не собираются нас кормить, то как мы будем добывать пропитание?
- Сами, - поджала я плечами и превратилась в слона. Вынесла наружу стену и пошла искать чего поесть, велев на прощанье ошарашенному Гри: - Всем говори, что я сейчас вернусь. Если, конечно, заметят мое отсутствие.
Заметили. Только не мое отсутствие, а дырку в стене наружу. И заметили, когда я уже вернулась обратно, нагруженная хлебом, мясом и вином из дворцовой кладовой. И мы славно поужинали. Вот я не понимаю, как можно было не заметить шлявшегося по территории белого слона? Или списали на галюны? Решили, что им сегодня некачественную кровь привезли?
- А чего это вы тут делаете, а? – сунулся к нам в камеру наряд вампирской стражи с улицы.
- Сидим, - откровенно ответил кот, поглаживая себя по сытому животу, - в тюрьме.
- А почему выход наружу? – прибалдела стража, ощупывая разлом в стене. Глазам своим что ли не верили?
- Свежего воздуха захотелось, - посмотрела я на них честными глазами и улеглась на солому, положив голову на кота.
- Вы хотели сбежать? – осторожно поинтересовались вампиры, никак не догоняя нашу логику.
- Мы же тут, - лениво ответил Гри, начиная мурлыкать. – Если бы хотели, то обязательно сбежали. А так только ночью любуемся на голодный желудок, - и рыгнул.
Стража еще чуть-чуть покрутилась вокруг и послала гонца к вышестоящему начальству. Начальство тут же распорядилось перевести нас в другую камеру. Мужики послушались, но рисковать не стали и перевели нас на второй этаж. Мы тоже рисковать не стали и спокойно проспали до утра.
Утром снова встал вопрос о хлебе насущном. Я немного подумала, превратилась в птеродактиля, вынесла стену и полетела в уже знакомую мне кладовую. Потом наведалась туда в обед и вечером. Кстати, скоро нужно будет еще что-то поискать, потому что продуктов становилось все меньше и меньше.
- Это что за безобразие?!! – орали снизу неприличным тоном. – Почему снова дыра в стене?
- Потому что, - выглянула я из разлома, дожевывая бутерброд, - у вас плохая вентиляция в камерах! Нам было жарко. И вообще, донесите до начальства нашу ноту протеста – мало того, что нас морят голодом, так нам еще и воды никто не принес… - (Мимо меня вниз полетела пустая бутылка из-под коллекционного вина.) – Извините, - высунулась я наружу, - это не было попыткой покушения на стражу, это чисто благоустройство территории.
Ну, не знаю, может страже понравилось, как мы тут все устроили, и она решила, что было бы неплохо навести похожий порядок и в других камерах, потому что нас срочно перевели на третий этаж. В камеру без окна наружу. Там вообще окна не было.
- И что мы теперь будем делать? – уселся кот, глядя на меня.
- Гри, - посмотрела я на потолок, - тебе знакомо красивое слово «пентхауз»?
- Нет, - покачал головой кошак. – А что это?
- Как проголодаемся, - пообещала ему я, заваливаясь на солому, - сразу узнаешь. Это будет реально круто.
Но не успели мы проголодаться, как к нам в камеру притащили квартиранта. Видно, что мужик явно хорошо пообщался с палачом. Белая рубашка запачкана кровью и кое-где порвана. Физиономия молодого красивого корейца из дорамы. Высокий, черноволосый, смазливый. Коса толщиной в руку. Я даже понастальгировала слегка, самую малость. Его словно утащили из какого-нибудь исторического сериала про династию Чосон.
И тело такое… в меру мускулистое, в меру сухое, накачанное единоборствами… настоящее. Для кино в самый раз – раздеть и пялиться.
На мужественной челюсти красивый синяк. Глазки в закате. Нет, не сморят на закат, просто не смотрят. Подбили, наверно. На руках кандалы такого размера, что невольно вспоминаешь ряд римских букв «икс-икс-икс-икс-икс-эль».
Как только стража удалилась, сбросив заключенного на нашу солому, мы заинтересованно подошли ближе.
- Почему они его так упаковали? В чем прикол? На мой взгляд, глупо и нерационально столько ценного металла переводить на одного чело… в общем, ты поняла, – забавно вывалив язык, встал над страдальцем кот.