Юлия Славачевская – Как я не хотела спасать мир (страница 18)

Закрыла глаза и снова сосредоточилась на своем внутреннем мире. Снова что-то екнуло и бухнуло.

- Грифон, - удовлетворенно сказал Ланселот, обходя меня уже по дальнему кругу. – Как как показатель сущности прокатит. Давай еще!

Посмотрев на свалившегося с лестницы Ромуальда и уже несколько пар ног, торчащих из котла, я вздохнула и подчинилась. Если я сейчас еще чего-нибудь отчебучу, то в котле будет весь обслуживающий персонал, а обед останется снаружи, и не факт, что съедобный.

Закрыла глаза и подумала о Грегори. Опять что-то екнуло, но на этот раз охнуло.

- Единорог! – восхищенно выдохнул рыцарь, опускаясь на колени. – Белый единорог!

- Белая мантикора или грифон вас не смущали? – зыркнул на Ромуальда дракон. Погладил подбородок и выдал: - Теперь все в курсе твоей личной жизни! Поздравляю!

- Конец нам! – безнадежно сказал Гри, плюхаясь на задницу. – Чем отбиваться будем?

- Давайте решать проблемы по мере их поступления, - оптимистично заявила я. – Пока тут никто в очередь не стоит!

Гри, Ланселот и Ромуальд уставились на меня так, как будто я им на Макинтош Винду поставила, но ничего не сказали. И правильно сделали.

В общем, через какое-то время жизнь наладилась. Все оказались при деле. Рыцарь доломал все, что мог доломать, пока чинил. Гри кричал, что он поседеет мне в масть и требовал ритуального сожжения Ромуальда на остатках коновязи. Пришлось спасать обоих и начать заниматься с рыцарем основами боя на мечах, благо их было дофига раскидано около дома. Когда я могла только лежать после этих занятий, приходил дракон и заставлял меня искать смысл внутри себя. Все выходило наружу словесно, и я превращалась в какое-то чудище. Последней была лернейская гидра. Вот тогда я славно оторвалась. Меня хватило на всех.

В один из теплых солнечных дней прискакал взмыленный гонец и что-то очень долго и экспансивно втолковывал Ромуальду, размахивая руками и стараясь пометить пеной, брызжущей изо рта во все стороны. Они чего-то там пообсуждали, рыцарь безнадежно кивнул и пошел договариваться со мной.

- Снежная дева! - брыкнулся он на колени. У этого мужика была просто мания дышать мне в пупок. - Прошу освободить меня на время от моего служения. Возникли срочные проблемы, требующие моего немедленного вмешательства.

- Ну если надо, - вздохнула я, легонько пиная Гри, старавшегося помахать рыцарю на прощанье подолом моей юбки. – Я буду скучать.

Честно говоря, не буду, но все же не вежливо говорить в открытую наследному принцу, на землях которого ты живешь: шел бы ты лесом, рыцарь, пока не оставил нас бездомными.

- Если я не вернусь, - начал нагнетать обстановку Ромуальд, - то вы всегда будете в моем сердце. Оно навечно принадлежит вам!

- Нет-нет, - сразу испугалась я, отодвигаясь на всякий случай, - оставьте его себе. Это слишком хрупкая вещь. Боюсь, уроню или сломаю.

Мы еще чуть-чуть повыдрыгивались друг перед другом, изощряясь в изящных оборотах, и все же расстались на радость счастливому коту и задумчивому дракону.

Ромуальд оставил нам походную кухню (это волновало меня), наказал привозить продукты, как и раньше (это волновало кота) и отбыл с большим отрядом (это взволновало дракона).

Где-то через неделю после его отъезда я жевала булочку, запивая свежим молоком, и случайно задалась вопросом:

- Интересно, что сейчас делает Ромуальд?

- Он как раз со своим войском, - задумчиво сказал Ланселот, разглядывая небо, - подошел к границе и сейчас будет молиться, чтобы эльфы их порвали не сразу.

- Зачем? – я даже есть прекратила от удивления.

- А им ушастые объявили войну за спорные земли, - пожал плечами дракон.

- Ну, если все так плохо, - отставила я крынку с молоком, - и мы не можем победить, то почему бы не отдать им эти спорные земли и сохранить жизни?

- Потому что спорные земли, - любезно пояснил Ланселот, - это все земли королевства. И в живых Ромуальд в любом случае не останется…

- Его могу убить только я! – вскочила я на ноги, потому что мне сильно не понравилось, что какое-то ушастое чмо может распоряжаться жизнью моего рыцаря только потому, что у них уши уравновешивают мозг снаружи. – Как ему помочь?

- Ну мы, конечно, можем уравновесить расстановку сил… - педантично занудел дракон, но я уже бежала к опушке.

- Куда?!! – завопил Гри, бросаясь вдогонку.

- На своих двоих далеко не убежишь, - в один взмах крыльев догнал меня обернувшийся Ланселот. Я с ним молча согласилась, перекинувшись в… да кто знает, во что! - главное, что у этого было два копыта и две когтистых лапы.

- Не пущу! – блажил в отдалении кошак.

- С крыльями быстрее, - расчетливо натолкнул меня на умную мысль ящер. Я послушалась, и вскоре рядом с черным драконом в воздух поднялся снежно-белый.

- Зоя! – завывал внизу Гри. - Куда ты побежала… поскакала… полетела, зараза?!! Вернись домой немедленно! Я за тобой не успеваю!

- Я его быстро спасу и вернусь! – пообещала я нервному коту. – Не волнуйся, я буду очень осторожна!

- Врать нехорошо, - заметил Ланселот, рассматривая, как меня носит из стороны в сторону, пока я пыталась приспособиться к воздушным потокам. – Ты никогда ничего не делаешь осторожно.

- А как у тебя получается говорить, не разжимая пасти? - полюбопытствовала я, чуть не проглотив при этом большую птицу. – Тьфу!

- Попробуй связаться со мной мысленно, - хмыкнул черный дракон. Он успел виртуозно подпихнуть меня снизу, пока я падала, сильно задумавшись о мысленной связи. – А лучше вообще ничего не говори. Тебя это сильно отвлекает. Видимо, ты можешь либо махать крыльями, либо языком.

Я на этот выпад обиделась, но промолчала, потому что мы как раз облетали косяк гусей, летящих клином. Птицу я, конечно, люблю, но не уверена, что люблю перья как добавку к мясу.

Под чутким руководством Ланселота мы все же долетели до границы и приземлились аккурат между двумя армиями. На этом же отрезке земли переругивались Ромуальд и какой-то ушастый самоубийца, осмелившийся шевелить своими лопухами в сторону моего рыцаря! А я жертвами не делюсь!

Представляете лица этих драчунов, когда рядом с ними появились два дракона? Причем черный сел изящно, чуть взбороздив землю лапами, а я плюхнулась кульком и еще и кашлянула нечаянно сажей. Слава богу, в сторону чужой армии. Так что эльфы в ближайшее время будут заняты.

- Нет! – поскакал ко мне Ромуальд и встал спереди, загородив от эльфа. Ну по-крайней мере, попытался загородить. Одну лапу.

- Драконы! – изумленно выдохнул прекрасный эльф, передергивая длинными ушами. – Живые!

Я осторожно переставила Ромуальда вместе с конем себе за спину и оставила его безлошадным. Конь упал в обморок. А рыцарь ничего, выжил и даже снова попытался меня загородить своей широкой грудью.

- Не мешай, - рявкнула я ему, зажимая между когтей. – Мне тут с супостатом поговорить надо!

- Вы не будете с ним сражаться! – вырывался от меня Ромуальд. – Я больше не отдам вас дракону!

- Ты сам понял, что сказал? – постучала я ему когтем по шлему. Легонько так… и вбила по колено в землю. О! А это лучше, чем держать самой. А если что, можно и еще чуть-чуть внутрь вогнать…

- Если ты подаришь мне одного дракона, - влез в нашу беседу эльф, протягивая ко мне загребущие ручки, - то, клянусь, священной рощей мы никогда не будем больше предъявлять требования к вашим-нашим территориям…

- Пиши письменно, - рыкнула я, вспоминая «без бумажки – ты букашка, а с бумажкой в сортире весело». – Ничего не будем рассматривать, если все не будет закреплено должным образом.

Эльф тряхнул роскошной шевелюрой, стриганул ушами и помчался вспоминать знакомые буквы.

- Я не могу вам позволить, - выкопался из плена Ромуальд, - взять на себя мои обязанности!

- Слушай, - положила я голову на лапу и ласково на него посмотрела (рыцарь тут же побледнел). - Я тебя всего до коленей закопала, а ты почти час вылезал. Прикинь, если тебя на пару метров вглубь зароют, и ты будешь совсем неживой. Как ты будешь в этом случае выкарабкиваться? Меня уже пугали зайцем-зомби, рыцаря-зомби я просто не переживу!

- Кто такой зомби? – вычленил самое главное Ромуальд.

Я показала.

Обе армии отошли на приличное расстояние и внимательно поглядывали издали, видимо, раздумывая – страдаю я падучей или это просто судороги, потому что мышцы затекли.

- Вот! – притащил нам исписанный лист эльф и сунул под нос. – Это моя клятва.

Я покосилась один глазом, потом другим, потом свела оба к носу и еще раз поглядела. И наконец не выдержала:

- На каком языке ты это накропал, отрок?

- На староэльфийском, - поднял на меня восторженные темно-лиловые очи парнишка. – А что?

- Не пойдет, - аккуратно подпалила я листик. – Нам нужно на нормальном. Мы ваши красивые завитушки не понимаем и никому показать не можем. Вдруг вы нас эдак изящно-матерно обложили в свое удовольствие?

Эльф почесал в затылке и убежал.

- Я не смогу жить, если с вами что-то случится! – начал снова надрываться Ромуальд.

- «Закопай его показательно, - посоветовал мне Ланселот. – И мы подождем договора в тишине».

- Ромуальд, - попыталась решить я дело миром, - в первый раз ты жертвовал мной и это было для меня плохо, но для тебя хорошо. Так?

- Так, - не стал отрицать рыцарь.

- Теперь я жертвую собой сама, - вела я дальше логическую цепочку, - и это для меня плохо, а для тебя хорошо. Так?