Юлия Славачевская – Как я не хотела спасать мир (страница 10)
- Пить… - снова раздалось с лежанки.
- Иду, унучек! – прокаркала я, наливая в кружку воды. – Иду, касатик!
- Во-во! – напутствовал меня чем-то страшно довольный Гри. – Только не касайся его, а то нацепляешь чего-то ненужного. Детей, например!
Я присела рядом с рыцарем, приподняла его голову и осторожно напоила водой. И когда уже опускала героическую башку обратно, пациент нашего дурдома открыл глаза, оказавшиеся карими омутами, опушенными черными ресницами и достаточно резво сграбастал меня за руку:
- Ведьма, если поднимешь меня на ноги – озолочу!
- Да я это… - растерялась я от неожиданности. – Да мне не…
- Сколько? – тут же нарисовался около лежанки корыстолюбивый кот. – О какой сумме идет речь? И мы бы хотели получить аванс! А то вылечишь, а потом будешь бегать за оплатой. А у нас дел много – людей калеч… лечить нужно! И на лысины плевать!
- Лысины? – вытаращился на нас рыцарь. Запустил руку в свои густые черные волосы и вздохнул с облегчением: - У меня нет лысины!
- Скидок не даем! – не сдавался прижимистый кот. – Это для бедных, а у вас доспехи…
- А где они? – тут же вспомнил о своем имуществе рыцарь, приподнимаясь на локтях. – Где мои зачарованные доспехи?
- На помойке, - честно ответила ему я. – Они не пригодны для дальнейшего использования. Пострадали в неравной борьбе!
- Да, - согласился со мной рыцарь, откидываясь на подушку, - дракон был большим и суровым.
И я не стала его разочаровывать, что дракона-то его доспехи пережили, а вот ведьму нет. И опять же, пусть думает, что ущерб нанес какой-то мифический дракон, а не я. Тогда и возмещать ничего не придется.
- Э-э-э, - вспомнила я об одном упущении. – А как вас зовут? – Все же менять памперсы безымянному мужику это не тоже самое, что с именем. И потом я буду чувствовать себя гораздо лучше, если буду знать, что именно писать на могиле, если я его все же угроблю.
- Зови меня Ромуальд, - высокомерно сказал рыцарь. И я в нем полностью разочаровалась. Ну как можно серьезно относиться к кому-то с именем Ромуальд? В этот момент я твердо решила пленных не брать!
- А меня… - все же отошла я от шока и решила проявить легкую вежливость.
- Ведьма, - поджал пухлые губы несчастный лыцарь. Конечно, несчастный с таким-то именем! И никто меня не переубедит, - мне не по чину запоминать твое плебейское имя! Лучше накорми меня!
Мы переглянулись с котом.
- Принц? – прошептала я одними губами.
- Хуже, - в таком же стиле ответил мне Гри. – Принц-рыцарь. Это не лечится – это врожденный дефект.
- И где у нас касторник царский? – встала я с лежанки. – Пора варить новое зелье для поднятия духа рыцаря Ромуальда!
И мы так подняли ему дух! Ну так подняли, что после принятия нашего фирменного зелья на грудь, мужик вскочил, как новенький, и все сугробы перемерил, пока дорогу к сортиру искал. Зато сразу выздоровел. Оказывается, ничего не лечит голову лучше, чем прочищение мозгов. Снизу!
- Зоя, - сказал мне Гри, глядя на меня с обожанием, - ты сдала экзамен на настоящую ведьму! Так выпнуть из избы принца может только настоящая женщина! Уважаю и преклоняюсь.
- Так он вернется, - заметила я, попивая чай с медом. – Слегка остудится и снова около порога ляжет, чтобы внутрь пустили.
- А чего сам не зайдет? – не понял меня кот.
- А я дверь на засов заперла, - призналась я, подцепляя пальцами кусочек медовых сот.
Через какое-то время раздался деликатный стук в дверь.
- Принесся, - фыркнула я.
- Принесли, - не согласился со мной Гри и пошел открывать.
Мне тоже стало любопытно, и я пошла за ним. И когда мы открыли, меня согнуло в пароксизме смеха. Такого не увидишь ни в одной сказке! Это я вам гарантирую! Просто сценаристы себе измыслить не могли подобную картину.
Около нашей избушки топтались леший и мужик с лошадиным крупом и голой посиневшей от холода мускулистой грудью. А на этом самом крупе болтался наш Ромуальд в бессознанке.
- Зоя, - укоризненно проскрипел Леви, - почему у тебя по лесу неучтенные рыцари бегают?
- Здравствуйте, - поздоровалась я и поинтересовалась: - А как вы определили, что он рыцарь?
- По шлему, - нахмурился леший. – Только я не понимаю зачем натягивать на голову железяку, если бегаешь по двору в распашонке?
- У меня два варианта, - почесала я нос, обходя хвостатого мужика сбоку и любуясь на Ромуальда в шлеме. – Первый – ему стало холодно, - на этом моменте Леви, Гри и кентавр покрутили у висков межмировым жестом. – Второй – ему стало стыдно, и он скрывался.
- Он вообще-то твой? – перешел к делу леший.
- Лечу я его, - скромно сказала я, стараясь не таращиться на лошадиный круп снизу. Но глаза туда так и норовили соскользнуть. А когда еще проверишь теорию увеличение количества в ущерб качества?
- Это он к тебе бежал или от тебя сбежал? – продолжал допрос Леви. – Куда мне его? Может, себе оставить? Один рыцарь у меня уже есть, второму не скучно будет.
- Не-не, - вылез вперед Гри, - он нам денег должен за лечение! Его нельзя просто так отпускать с миром. Пусть готовится к войне!
- Мне его лень обратно тащить, - призналась я, переступая ногами в валенках. – Он и так бугай здоровый, а тут еще шлем тяжелый. Может, зайдете, чайку попьем, сплетнями поделимся? – Тут я посмотрела на кентавра. – Только вы к нам не пометитесь… Могу, правда, и сюда вынести…
- Не надо, - густым басом сказал кентавр. Стряхнул с себя Ромуальда и обернулся в человека. Причем, человека в тулупе и валенках.
У меня откровенно отвисла челюсть.
- Меня Кент зовут, - стеснительно улыбнулся оборотень, схватил рыцаря за ноги и потащил в избушку.
- А зачем? – все что могла я сказать.
- Что зачем? – не понял меня леший, разглядывая, как шлем пересчитывает ступеньки. – Судя по всему, лечить ты его будешь долго. – Погрозил мне пальцем: - Не вздумай в озере топить или в лесу закапывать, лучше сразу к людям тащи.
- А ритуальное сожжение можно? – просительно посмотрела на него я. – Представляете, он такой красивый в шлеме, я рядом с ним с факелом, Гри орет на манер плакальщиц, а?
- Иди уже домой, - подтолкнул меня Леви. – А то окончательно мозги простудишь, которых нет.
- Добрый вы, - улыбнулась я заботливому лешему, но домой пошла. Интересно же, что они с Ромуальдом там сотворили.
Оказалось, еще не успели. Шло активное обсуждение – снимать с мученика шлем или так оставить. Кот кричал, что на эту рожу он и так уже достаточно насмотрелся, а оборотень возражал, что очень трудно в шлеме определить, где у клиента рот и вливать туда лекарство.
Я прикусила язык, чтобы не поведать миру другие пути введения медикаментов. А поскольку капельницы у меня не было, то оставался один и, думалось мне, кот с удовольствием бы расширил отверстие ручкой от метлы.
Шлем они все же стащили, выкинули наружу, полюбовались на бледного лыцаря с синяками по всему лицу и уселись пить чай. И вот тут настал мой звездный час!
- А скажите мне, Кент, – пододвинула я оборотню плошку с сушеной малиной, - зачем вам оборачиваться в голого коня, если у вас есть нормальная зимняя одежда?
- Я не голый, - пробасил кентавр, с удовольствием прихлебывая душистый чай. – У меня шерсть от пояса и ниже.
- Но выше-то нет, - указала я несоответствие. – И вам, наверное, холодно. И потом, думаю, вы в любой ипостаси сильнее обычного человека, а когда вы конь, то что едите? Сено? Или зерно? А как? А…
- Цыц! – зажал мне лапами рот Гри. – Не надо об этом спрашивать. Кент неженатый, потому твой интерес может неправильно понять!
- А что женатые понимают правильно? – поразилась я такой градации нравственности.
- Это он на тебя, Зоя, хотел впечатление произвести, - проскрипел Леви, втирая в суставы деготь. – Так он обычно зимой ерундой не страдает, только в теплое время жеребится.
- Ой! – всплеснула я руками в удивлении. – А зачем вам на меня впечатление производить?
- Ведьма! – рявкнул не вовремя очнувшийся Ромуальд. - Быстро принеси мне воды!
- Сиди, - встал с места леший. Взял кружку и пошел поить грубияна и учить его новым словам, типа «пожалуйста», но тот почему-то научился «ой, мама» и «теперь чудовища приходят прямо в постель?»
- Ну как? – полюбопытствовала я, когда Леви вернулся к компании. – Напился?
- Нет, - мотнул головой хозяин леса. – Сознание потерял и спит. Ты, Зоя, не тревожь его. Пусть слегка в ум придет.
- Это если ум его найдет, - не смолчал Гри. - А то, я смотрю, плутает его ум извилистыми тропками и все в другую от хозяина сторону. Это ж надо ведьме грубить!
И все с жалостью посмотрели в сторону лежанки.
- Так что вам от меня надо? – поинтересовалась я у оборотня, переводя тему, пока эта жалостливая троица не пришла к выводу, что клиента надо добить, чтобы не мучился.