Юлия Скоркина – Сенька (страница 6)

И вот однажды снится маме сон, будто она опять маленькая и стоит перед ней Марина. Руки в боки, смотрит зло на неё и говорит: «Ты зачем мои игрушки отдала?! А ну-ка быстро их назад воротила. А то задушу тебя! Мои они, слышишь! И ничьи больше!» – и тянет к сестре свои холодные руки. Проснулась Ирина в холодном поту. Поняла, что колдун тот не прогнал дух Марины, а просто утихомирил его, и всё это время она так и жила тут, в своём доме, со своими игрушками. То-то Ира замечала иногда, что на некоторых куклах пыль будто стряхнули, но и не думала, что это могут быть проделки призрака. А как поняла, что детишек своими руками к погибели обрекла, так и слегла.

На смертном одре наказала мне найти всех, кто мог кукол этих себе забрать, да и вернуть сюда, в дом. Ох уж мы их искали. Благо, четырёх из них забрали дети с нашей же деревни. Ещё двух мы забрали у людей, которые детей к маме же на лечение и везли. А вот про вас-то мы и не знали! Мама не помнила точное количество кукол. Как только мы их всех собрали, мама приказала отнести их на кладбище и прямо на могиле сестры сжечь, а пепел внутрь закопать. И ведь, знаете, детишки и впрямь на поправку с той поры пошли, а бабушке совсем плохо стало. Ей под конец сон опять про сестру приснился, только рассказать она нам его так и не смогла полностью: речь у неё отнялась, да словно в забытьё впала. Пару раз, приходя в сознание, она всё нас жестами к себе подзывала и палец один, указательный, показывала. Это теперь я понимаю, что этот жест обозначал. Видимо, мучила её сестра, куклу последнюю требовала. Вот так вот, девоньки! Хотите – верьте, хотите – нет, – заканчивала свой рассказ женщина, разводя руками. – Вы уж простите, что так получилось. Разве ж мама могла знать?

Спустя полчаса на кладбище стояли три фигуры. Они смотрели, как на одной из могил догорала большая тряпичная кукла.

– Мам Лен, – бросился Сенька навстречу входящей в дом Лене, – а Андрей обещал нас на рыбалку с собой взять. На настоящую, взрослую!

– Так уж и на настоящую? – улыбалась Лена Андрею, старшему сыну Анны, который стоял поодаль.

– Мам Лен, ну отпустишь, а? – не унимался сын.

Сзади подошла Аня и подтолкнула Лену к комнате, где спала Софья.

Девочка мирно сопела в кровати, и на её лице появился лёгкий румянец.

– Век с тобой не расплачусь, – шёпотом произнесла Анна и, заплакав, обняла Лену.

– Ну как же, – попыталась пошутить Лена, – вон, уже и плату озвучили: рыбалка по-настоящему, по-взрослому…

Глава 3

Как же так получилось, что умершая хозяйка кукол могла в прямом смысле причинять вред живым деткам, так и осталось неизвестным. Жизнь – она, как оказалось, вообще штука непредсказуемая. И если ничего мистического не случилось с тобой, это не значит, что этого вообще не существует.

С того избавления от призрака девочки прошло время. Анна и Лена очень сдружились.

Общая тайна и чудесное спасение дочери Анны, Софьи, сплотило их крепче семейных уз.

Теперь Лена уже не переживала, уезжая в город по делам, на чьё попечительство можно было оставить сыновей. А мальчики и рады, если выпадет возможность побывать у тёти Ани. Всем известно, как интересно малышне дружить со старшими ребятами, коим и был сын Анны, Андрей.

Андрей хорошо относился к мальчишкам, брал их с собой на рыбалку да в лес иногда, погулять по краешку. Учил, как какой гриб называется. В общем, нянькой был замечательной.

Лена не злоупотребляла Аниным гостеприимством. Хотя прекрасно видела, что общение с их семьёй ей было совсем не в тягость.

Вечером, гуляя по окрестностям деревни, Лена попросила вкратце рассказать о том, что за люди живут в деревне. Аня, жившая здесь с самого рождения, без проблем поведала почти о каждом жителе.

– А вот в этом и этом домах, – показывала жестом Анна, – живут самые древние жители деревни. Баба Глаша и дед Матвей. Сколько себя помню, они были всегда. Деду Матвею, конечно, повезло больше – его сыновья и внуки так и остались жить с ним в деревне. Приглядывают за стариком, уважают. А баба Глаша по большей части всё одна живёт. Дети в город перебрались уже давно. Звали её с собой, да только им, старикам, разве втемяшишь, что так проще будет и догляд, и уход. Старая ведь. А бабка Глаша знай на своём стоит – «здесь родилась, здесь и помру». Сын-то приезжает пару раз в месяц. Порядок наведёт, в бане её напарит, намоет, холодильник продуктами забьёт и обратно в город.

Внуки-то помладше были, к бабке в деревню за милую душу неслись. А сейчас повзрослели, женихаются. Вот чаще и приходится соседям присматривать за бабкой. Сын её благодарен, конечно. Одно время по деревне ходил, спрашивал, может, за деньги кто будет с бабулей помогать. А то, говорит, неудобно. Словно бросил мать, а он переживает! Да только бабу Глашу не своротить. Поэтому соседи по-людски и ходят, проведывают да в магазин, если что прикупить надо, по её просьбе ходят. А много ли бабке надо? – продолжала Анна. – Она вон, в этом году и не выходит почти! Раньше частенько на лавочке грелась, солнышку улыбалась, а сейчас, видать, силы оставляют. Хотя вчера я её видела, рукой мне махала, – закончила свой рассказ Анна.

– Да уж, – посочувствовала Лена. – Одиночество – это плохо.

Придя домой и поужинав, Лена, как обычно, расспросила, как прошёл день у мальчиков. И получив подробный отчёт о том, что дядя Игорь с середины деревни привёз для строительства огромную кучу песка, в которой милостиво разрешил им полазить, отправила ребят к себе в комнату. А сама села поработать.

– Мам Лен, – услышала она голос Семёна, – а помнишь, ты обещала нам завести кошечку? – тихо спросил мальчик.

Конечно, Лена помнила. Но надеялась, что мальчики забудут про это обещание. Пока она не хотела заводить никого.

– Конечно, помню, Сенечка, – ответила Елена, – я обещаю подумать над этим вопросом.

Ночью Лене не спалось. Несколько ночей подряд её волновали шумы на чердаке. Словно маленькое животное иногда бегало по скрипучим доскам. Мальчики никак не реагировали на шум. А главное, что Семён про этот шум не говорил ровным счётом ничего, и это успокаивало Лену.

***

С недавних пор она вообще научилась слушать сына так, как не каждая мать слушает своего ребёнка. Ни разу даже в мыслях она не поставила под сомнение дар Семёна! И доверяла его чутью безгранично.

Так, например, неделей раньше она собралась ехать в город для получения очередного задания по работе, когда Сенька, догнав её у калитки, сунул ей в руки зонт.

– Что ты, милый, посмотри, какая благодать на улице, – улыбалась Лена, – синоптики дождь не обещали.

Надо ли говорить, что домой из города Лена возвращалась под проливным дождём. И таких мелочей было много. Этим маленьким чудесам мать уже и не удивлялась.

Одного Лена боялась: что чудеса иногда случались и большие. И тогда от осознания великой тайны, скрывавшейся в недрах Сенькиной головы, у неё бегали мурашки.

– Мам Лен, – сказал ей как-то Сенька, – дядя Серёжа всё спешит и спешит, а ему нельзя туда.

– Не поняла тебя, милый? – озадаченно спросила Лена. – Куда он спешит?

– Не знаю, позвони ему и скажи, что нельзя туда, там много стекла.

Встревоженная Лена опрометью бросилась к телефону. Бывший муж долго не брал трубку.

Поднял её только со второго раза. Оказалось, что выходя из квартиры, он забыл телефон. И понял это, когда услышал, что тот начал трезвонить на полке у зеркала. Только вот дверь он уже успел захлопнуть и кинуть ключи в сумку. А телефон был нужен!

Как назло, в сумке не удавалось нащупать ключи. А потом замочная скважина решила объявить ему войну, словно ключ был вовсе не от этой двери.

В итоге, провозившись, он опаздывал на встречу, а тут ещё Лена звонит. Услышав её обеспокоенный голос, Сергей слегка смягчился, хотя уже намеревался накричать на неё, раздражённый задержкой.

Выслушав сбивчивое «зачем ты спешишь» и слегка удивившись от того, что Лена в курсе того, что он, как копуша, возился с ключами, он решил и правда не спешить. Тем более что он уже и так опаздывал.

Спустя час он приехал на место запланированной встречи с коллегами и встал, открыв рот от удивления.

Кафе, в котором они должны были встретиться, было оцеплено людьми в форме. Повсюду сновали врачи. Водитель, не справившись с управлением, на скорости влетел в стеклянную витрину кафе. Зад автомобиля торчал из-под обломков. Пять человек были доставлены в больницу с разными травмами.

Коллега Сергея, заметив его в толпе, подошёл к нему. Его лицо было порезано осколками, а руки тряслись нервной дрожью. Всё случилось очень быстро. Выскочить из-за столиков у окна не успел никто.

Сергей смотрел на коллегу, а в его голове роились совсем другие мысли.

Спустя три часа он сидел за столом у Лены в кухне и внимательно смотрел на играющих в приставку мальчишек. Вернее, он смотрел на Семёна.

– Как? – тихо спросил он, обращаясь к Лене. – Как он узнал?

– Не знаю и знать и не хочу, – коротко бросила она, давая понять, что разговор на эту тему завершён.

Ещё два дня после того случая Сергей прожил вместе с семьёй в деревне. Уезжая, он обнял сначала Мишку, пообещав приезжать почаще. А потом и Семёна, тихо шепнув ему на ухо «спасибо».

Когда машина скрылась из виду, Сенька повернулся к матери и спросил:

– Мам Лен, а за что мне дядя Серёжа спасибо сказал?