Юлия Симбирская – Сказки на ночь (страница 7)
Однажды вечером бельчонок сидел у пруда, смотрел на своё отражение и жаловался: «Почему я такой недотёпа?! Все сильные, смелые, ловкие, а у меня ничего не получается!» Отражение состроило грустную мордочку, тут и правда заплачешь.
Мимо на листе кувшинки проплывал лягушонок.
– Эй, белохвостый, ты что ревёшь?
– Я не реву.
– Ну я же вижу, – сказал лягушонок. – Хочешь помогу?
– Как ты мне поможешь? – отвернулся бельчонок.
– Запросто помогу. Моя бабушка – колдунья. Она варит зелье из комаров. Съешь три ложки и станешь могучим, как великан.
Лягушонок пошлёпал лапами по жёлтому пузу.
– Я не хочу зелье из комаров, – замотал головой бельчонок. – Оно горькое, наверное.
– Ну, как хочешь. Некогда мне тут с тобой болтать. Пока!
Бельчонок снова уставился на своё отражение. А может быть, стоило попросить у лягушачьей бабушки ложечку зелья? Зажмуриться и проглотить, а там видно будет, что получится. Зря он сразу отказался, неженка какой.
Тут в камышах послышался шорох. Бельчонок раздвинул стебли и увидел лягушачью бабушку. Она сачком собирала с воды зелёную тину и напевала:
– Здравствуйте, – поздоровался вежливый бельчонок.
– Добрый день, беличий ребёнок.
– А вы колдунья?
– Кто? – переспросила лягушка и поправила соломенную шляпку с незабудками, которая съехала с макушки.
– Ваш внук сказал, что вы варите зелье из комаров, а если я его съем, стану ловким и сильным и всех обгоню.
– А зачем тебе всех обгонять?
– Не знаю.
Бельчонок и правда точно не знал зачем, но раз все так хотят быть первыми, значит, это и правда важно.
– Для бельчат моё зелье не годится. У тебя может вырасти волчий нос! То есть хвост. Ой, я запуталась. В общем, будешь на волка похож.
Бабушка-лягушка собрала всю тину у берега и довольная пошлёпала в заросли камыша.
– Постойте? Что же мне делать? – закричал ей вслед бельчонок с белым кончиком хвоста.
– В первую очередь иди домой и поговори с мамой. У неё наверняка найдётся решение получше комариного зелья. Куак.
Бельчонок вздохнул и поплёлся домой. По пути он, как обычно, всё посчитал: сколько попалось сосен, сколько колокольчиков на обочине, сколько облаков в небе. Потом остановился и нарисовал палочкой на песке картину «Необитаемый остров». У самого дома посидел на тёплом камне и сочинил стихотворение:
Мама хлопотала на кухне, а братья играли в футбол во дворе.
– Мама, мне очень нужно с тобой поговорить! Как быть, если я везде последний? Вот у лягушонка есть бабушка, которая в таких случаях варит комариное зелье. Съел ложку – и сразу скорость прибавилась. Но оно годится только для лягушат. У бельчат может вырасти волчий нос или хвост. А то я бы съел.
– Хм, очень хорошо, что ты не ешь всё подряд в гостях у чужих бабушек-колдуний! – сказала мама и потянулась к жестяной банке, которая стояла на самой верхней полке. – У меня тут, кстати, тоже кое-что волшебное припасено.
Бельчонок сунул нос в приоткрытую крышку и чихнул:
– Пчхи! Да это ведь обыкновенное какао!
– Не такое уж оно обыкновенное! – улыбнулась мама. – Сейчас я приготовлю тебе волшебный горячий шоколад. Ничуть не хуже лягушачьего зелья из комаров. А пока вот листок бумаги и карандаш. Чтобы зелье подействовало, ты должен вспомнить и написать, что ты умеешь лучше всего.
– Я умею писать только печатными буквами! – заволновался бельчонок.
– Годится, – согласилась мама. – Пиши печатными. Но нужно обязательно успеть до того, как я налью шоколад в чашку, а то волшебство не подействует.
– Ой-ой-ой! – заёрзал на стуле бельчонок.
Мама вскипятила молоко, всыпала туда полную ложку какао, помахала лапами над кастрюлькой, как делают все заправские колдуньи. Скоро пошли пузыри. Вот и готово зелье, то есть густой горячий шоколад. Бельчонок отложил карандаш.
– Знаешь, мамочка, я ничего не вспомнил. Написал только то, что я люблю делать: считать, рисовать и сочинять короткие стихи.
– Ура! – захлопала в ладоши мама. – Теперь отхлёбывай зелье скорее.
Тут на кухню забежали братья.
– Мы играли в футбол и сбились со счёта, кто сколько голов забил! – пожаловался старший брат.
– А мне задали в школе нарисовать дерево, а получился подъёмный кран, – шмыгнул носом средний брат.
– Мне в хозяйстве очень не хватает весёлых стихов, – сказала мама. – Кто бы мне помог?
В чашке оставался ровно один глоток горячего шоколада. Оп – и пусто.
– Сейчас мы всё исправим, – улыбнулся бельчонок с белым кончиком хвоста.
Волшебство булькало у него в животе. А когда он вырос, стал лучшим в мире парапланеристом. Вот!
Сказка восьмая, в которой бродячее дерево хочет завести свою птицу
Дожди в Клеверовой долине шли, когда им вздумается. Так считали почти все жители. А некоторые знали, что у дождей есть расписание. В определённый день или ночь дождь отправляется в командировку и проливается строго там, где надо.
– Эй, белки! Выходите гулять! – звал Лапин, подпрыгивая в большой луже. Его новые жёлтые сапоги ныряли в самую глубину и были похожи на утят.
Белки смотрели из окна, приплюснув к стеклу носы. Потом открылась форточка и старшая белка крикнула, что гулять в такую погоду глупо, потому что хвост сразу намокает и становится похож на верёвку.
– А разве это так важно, на что у тебя похож хвост? – спросил Лапин.
Белки за окном переглянулись. Пушистость хвоста – это не пустяк.
Лапин побежал на ручей к бобрёнку, который очень любил играть под дождём и совершенно не волновался, пушистый ли у него хвост.
– Какая разница, – махнул бобрёнок лапой. – Главное, мой хвост широкий и плоский, как лопатка, чтобы как следует шлёпать по воде.
Лапин радовался, что его круглый хвостик такой, какой есть, и что можно затеять игру, даже если у тебя капает с ушей и носа.
Вечером дождь уютно стучал по крыше. Мама Лапин забралась с книжкой в кресло, а папа пёк булочки с корицей и сливочным кремом.
– Ну и гроза разыгралась, – ёжилась под пледом мама.
– Это не гроза, мамочка, это папа на кухне уронил противень.
Лапину нравилось, что за окном наконец закончился уют и разбушевалась стихия. Прямо как в путешествиях Простодедушки. А их семья в домике посреди непогоды как команда корабля, попавшего в шторм. Он несётся сквозь ливень в неведомые дали и, может быть, следующим утром пристанет к таинственному необитаемому острову.