Юлия Шолох – Черный сектор. Лука (страница 3)

– Всё готово, – Ксения достала и показала документ.

– Ну, ты молодец, – Крошка Лу зевнула. – Вылет утром?

– Да.

– Ну что? Ты готова? Или передумаешь?

На миг Ксения замялась. Пришлось зажмуриться и быстро отсчитать несколько вздохов. Потом сделать их медленными – это успокаивало.

Открыла глаза.

– Я полечу.

– И замечательно! – та будто ни секунды не сомневалась. – А у меня для тебя сюрприз!

– Какой?

– Состав экспедиции. Только что получила. На, наслаждайся. Я всегда своё слово выполняю!

Крошка лёгким движением руки мазнула по лежащему рядом экрану, и у Ксении в кармане раздался звон. Она тут же достала и проверила полученный файл. Действительно, документ со списком людей. Должность, год рождения, ФИО – всё как полагается.

Ксения села на одно из кресел и открыла список. Ого. Длинный. Больше, чем она думала.

– Почему там много людей? Ты говорила, экспедиция маленькая и пробная.

– Намечалась. Потом добавили… Знаешь ведь, как это бывает. Решили отправить одну команду… а потом вторые присоединились, задач нарезали дополнительных, и людей подтянули для их решения. Так понемногу и раздули!

– Мы не так договаривались.

Ксения хмуро взглянула на Крошку Лу, та пожала плечами. Ксения продолжила просматривать список. Руководство… знакомая фамилия – Шапин. Этого дядьку она знала, как и он её. Работал когда-то на отца. Но знакомство шапочное, вряд ли он узнает её в лицо.

Так. Список научного состава… разбит по категориям задач. Но у кого какие, непонятно: у групп порядковые номера. Всего четыре. Хм.

Дальше список охраны. Надо же… столько же, сколько научного контингента.

А это что?

Должность – консультант. И всё. Ни имени, ни подробностей. Единственная пустая строчка во всей таблице.

Ксения нахмурилась. Это что такое?

– Лу! Что это значит?

Она показала экран. Лу уставилась на пустую строчку и молча хлопала своими чрезмерно накрашенными глазами.

– Почему нет имени?

– Откуда я знаю? Думаю, потому, что пока не решили, кто будет этим самым консультантом. Знаешь же, так бывает: выбирают и договариваются в последнюю минуту.

– Точно поэтому?

Руки дрожали. Ксения почему-то испугалась этой пустой строчки, пустого места, человека без имени.

– Точно. И чем тебе помешает один консультант?

– Вдруг это кто-то знакомый? Кто-то из нас?

Крошка снова пожала плечами.

– Вдруг да кабы! Придумаешь что-нибудь на месте. Никого другого подготовить для этого дела мы всё равно уже не успеем.

Сердце испуганно колотилось. В ушах растворялись звуки. Крошка Лу была совершенно спокойной и даже немного равнодушной. Конечно, не ей же рисковать своим рассудком.

– Примешь что-нибудь? – сквозь пустоту донёсся голос Крошки. – Давай, не тяни. У меня тут целая аптека, на любой вкус и кошелёк.

Нет. Ксения сглотнула и помотала головой. Она обещала себе. Обещала. Ничего больше не примет, будет держаться. Она может держаться. Да она столько сделала! Она, можно сказать, спасла много жизней. Если она тогда рискнула… вошла в эту пену…

Нет, вспоминать невозможно. Ксения снова помотала головой.

– Хватит! – сказала неизвестно кому. Только бы не думать. – Я полечу.

– Ну и хорошо, – сухо ответила Крошка.

Вещи были собраны. Всего одна сумка. Ксения как раз заталкивала последние футболки, когда раздалось звуковое оповещение о том, что к ней пришли. Она еле успела спрятать сумку под кровать.

Брат вошёл с опаской – некоторые привычки родом из детства никогда не меняются. Конечно, выглядел он иначе: взрослый, весь такой солидный да стильный, костюмчик с иголочки, причёска прилизанная, кожа как персик. Но помнит, паршивец, как в детстве лез к ней в комнату и получал поджопники. И бежал с криками: «Мама! Мама! Она опять дерётся»!

– Входи, дорогой брат, – Ксения чинно уселась на кровать, сложила руки и улыбнулась. Она будет по нему скучать. Любила она его, чего там, ещё как любила! А он её. В детстве-то они, конечно, по большей части дрались и жаловались друг на друга, а выросли – и стали друзьями. Когда Ксения вернулась домой, именно Тишка рыдал дольше всех. Вцепился в неё и не отпускал, наверное, час. А то и два. И ночью потом два раза приходил, проверял, что Ксения дома.

– Ты что-то задумала? – он нервно поправил галстук. Отец почему-то настаивал на полном офисном облачении в рабочее время. Ксения помнила, как приходила к нему в офис. По всем правилам. Белый закрытый верх, тёмный низ, скромные туфли, неброский макияж. Впрочем, ей нравилось. Она действительно хотела быть частью этого роскошного мира… пока не пережила падение и не изменила приоритеты. Вернее, пока приоритеты не изменили её.

– Задумала в обход тебя завладеть компанией и пустить тебя по миру, – ухмыльнулась Ксения.

– Ну, попробуй, – самонадеянно хмыкнул Тишка. Приосанился, но тут же растерял настрой. – Слушай, а я сегодня на переговорах был. Знаешь, с кем?

– Ну, давай, удиви же меня!

– С киборгом.

И правда, удивил. Вон как залоснился, когда увидел вытаращенные глаза Ксении.

– Да, да, с Димитром. Ну, который вас всех спас. Ох, и здоровый же чёрт! Правда, ничё такого я в нём не увидел, – слегка остыл Тишка и разочарованно вздохнул. – Ну, от киборга.

– А ты ожидал, что у него черепушка титановая будет, что ли? Насквозь просвечивать? – фыркнула Ксения. И сцепила руки, которые дрожали.

– Ну… нет.

Врёт. Судя по голосу, именно этого он и ждал.

– Так вот, – продолжил Тишка, не получив ответа. – И Зои, подружка твоя, там тоже была. Они с отцом, знаешь, как Луковицких покусали? Чуть не выжрали половину госконтракта, как пираньи просто вцепились! Веришь, у меня чуть поджилки не затряслись, как только я представил, что они так с нами дело ведут.

– Верю, верю! А Димитр там что делал? Он, вроде, не участвует в управлении, – озадачилась Ксения.

– Да он там, чтобы остальных пугать! Точно тебе говорю! Чтобы авторитетом давить! Чуть что, папаша Зоин к нему. Правда, Димитр? Ты же согласен? Именно это мы хотим предложить? А тот только кивает и зубами скрежещет.

Ксения усмехнулась.

– Короче, сдал Зоин папаша, – Тишка махнул рукой. – Сам уже ничего решить не может.

– Он просто стар, – Ксения перестала улыбаться. – А Димитр спас его дочь. Её отец далеко не глуп и понимает, что Димитра им само небо послало. Людьми, которым можно доверять, не разбрасываются. Выучи этот урок, великий будущий управленец корпорации.

– Всё равно не понимаю, – Тишка поджал губы. – Он же не наш… простой военный. Ещё и не полностью человек.

И эта пренебрежительная ухмылка… которую Ксения когда-то видела в зеркале. И это едва заметное движение, будто он отряхнул с себя грязь.

Ксения вдруг подскочила и схватила брата за грудки, прямо за дорогущий костюм. Безжалостно смяла, встряхнула так, что у Тишки зубы клацнули. Хотя он был выше, но Ксения умудрилась смотреть на него таким взглядом, будто он ещё ей до пояса не дорос.

– Тишка. Не смей больше такого говорить, понял? Никогда! Ты, глупый ребёнок, понятия не имеешь, что такое настоящий мужчина! Все эти финтифлюшки… – она ткнула в Тишкин костюм, в его дорогущие часы, в тонкий провод экрана. – Эта пурга… – дёрнула его за волосы. Отвернулась. – Ничего не стоят.

Тишка молчал. Ксения оглядела комнату. Она жила здесь много лет, но сейчас чувствовала себя так, будто впервые сюда попала. Как будто это всё не её.

– Ты думаешь, что лучше Димитра, потому что ты богат. Но это обман, фантом, пережиток цивилизации. У тебя в голове ветер, Тишка… ветер и пустота.

– Ну, спасибо, – обиделся тот.

– Ты не виноват. Тебя таким вырастили. И меня.

– А ты предлагаешь бросать детей в одиночестве где-нибудь на выживание, чтобы они реальной жизни отведали? – фыркнул брат.