Юлия Шляпникова – Тени Казани (страница 49)

На ступенях стояла высокая, коротко стриженная блондинка. Она покрутила головой, так что Ада рассмотрела и бритый затылок, и вьющуюся по левому виску татуировку. На девушке были солнцезащитные очки, мотоциклетная куртка и узкие кожаные брюки, заправленные в берцы. А поверх куртки висел массивный серебряный крест.

Ада сглотнула и подошла к девушке.

— Извините, вы ждете посылку?

Девушка сдвинула очки к носу и окинула Аду ледяным взглядом. Если бы не светло-голубая радужка, то она бы ничем не отличалась от Юхи — необычный разрез глаз и светлые ресницы тоже наводили на мысли о змее.

— Может быть. Показывай, что принесла, — в шипящей манере произнесла она, и Аду вдруг осенило.

Передав ей пакетик и дождавшись одобрительного кивка, она спросила:

— А вы ведь как Юха, да?

Девушка вдруг зашлась в резковатом смехе и, помотав головой, ответила:

— Нашла с кем сравнить дочь змеиного падишаха!

Сама Ак ела́н?![59] Значит, точно та серебряная змейка из сказки! Ада почувствовала, что расплывается в улыбке.

— Извините, если я вас оскорбила. Не каждый день встречаешь таких, как вы.

— А ты слишком болтливая для курьера. Или Юха наконец взяла себе помощницу?

Ада кивнула.

— Тогда удачи, надеюсь, ты продержишься дольше предыдущих, — хмыкнула себе под нос девушка и, надев очки, развернулась и ушла.

Ада постояла еще минуту, переваривая, что только что услышала, а потом достала из сумки телефон и набрала Диму.

— Ты уже освободилась? — с ходу спросил он.

— Да, скоро буду у тебя. Адрес получила.

— Отлично! Значит, успеешь познакомиться с мамой — она еще не уехала. Заодно и поможешь нам с Лесей тут все приготовить! Ждем!

На заднем фоне Ада различила звонкий Лесин голос и еще один женский, а потом Дима повесил трубку.

Вздохнув, она направилась к выходу из парка и автобусной остановке.

Глава 22

Наступит ночь, и я так сильно буду ждать тебя.

Ада никогда не бывала в этом районе, так что для нее получилось сродни путешествию в другой город. Дима написал даже, на какой остановке ей выходить, так что Ада то и дело вынимала один наушник и прислушивалась к объявлениям на трех языках. Раньше, до Универсиады, приходилось просить кондуктора предупредить о нужной остановке, а теперь жизнь упростилась.

В окне проплывали чистенькие, обновленные к той же Универсиаде пятиэтажки, следом неухоженные, облезлые заводские общежития, потом более старые, сталинской эпохи дома. И наконец они въехали в частный сектор. Автобус высадил ее посреди пестрой улицы, где по обе стороны дороги красовались и деревянные избы, и трехэтажные коттеджи с колючей проволокой по периметру.

Ада огляделась по сторонам и только собралась сделать шаг с остановки, как из-за угла вынырнула знакомая фигура в полосатой футболке и драных черных джинсах. И с потускневшим синяком под глазом.

— Адель! Как я вовремя! — воскликнул Дима и тут же сгреб ее в объятия.

Сердце некстати зашлось.

— Тебе не холодно? — поинтересовалась она.

— Да тут идти всего ничего, пошли быстрее!

Ни мгновения неловкости — будто не было тех слов в пятницу. Ада едва слышно вздохнула и пошла следом за ним.

Дима жил в большом двухэтажном доме, сложенном из белого кирпича. За высокими воротами виднелась раскидистая яблоня, на которой еще оставались яблоки. Пропустив Аду вперед, Дима запер ворота на ключ.

Для дома, в котором жили только двое, территория была очень ухоженной и благоустроенной. Подстриженный газон, уже местами заваленный листьями яблони, небольшая клумба с разросшимися розами, а в дальней части двора — очертания бани и беседки в тени каких-то плодовых деревьев.

На высоком крыльце на скамейке, заставленной сумками, сидела немолодая женщина и шнуровала кроссовки. Она подняла глаза, и Ада сразу поняла, что это мама Димы — так они были похожи.

— Мам, это Адель, — представил ее Дима, когда они взобрались на крыльцо.

Его мама встала со скамейки и, улыбаясь, пожала Аде руку.

— А, та самая девушка, о которой Димка постоянно говорит! Наконец познакомились, ну, проходи в дом, не мерзни. Димка, покорми человека! А ты приходи к нам почаще, надо будет пообщаться в более спокойной обстановке!

Ада покраснела — постоянно говорит?! — и, улыбнувшись ей в ответ, сняла ботинки и зашла следом за Димой в дом.

Пахло яблоками и готовящейся едой. Когда глаза привыкли к полумраку, Ада разобрала очертания прихожей и коридор, ведущий вглубь дома. Где-то сбоку притаилась лестница, а под ногами скрипел паркет и шуршала вязаная дорожка.

На кухне, где стояли запахи маринованного мяса и тушеной картошки, колдовала у плиты Леся в коротком полосатом платье в стиль футболки Димы. Фенечка с руки никуда не делась, светлые волосы были собраны в высокий хвост с начесом, а красивые глаза — умело подчеркнуты темными тенями.

Увидев Аду, она улыбнулась и помахала ей половником.

— Привет! Голодная? — спросила Леся, уже доставая из шкафчика тарелку. Жест был такой хозяйский, что Ада тут же поняла — она постоянная гостья в этом доме.

— Да не особо, — попыталась отказаться Ада, но Дима покачал головой и отрезал:

— Ты поешь нормально и без споров. Потом приедут ребята, будут шашлыки, так что лучше сейчас, а то вдруг потом не достанется ни кусочка.

Ада вздохнула и села за стол. Спорить было себе дороже, так что она приняла из рук Леси тарелку с тушеным картофелем и мясом и принялась обедать.

— Пойду провожу маму. — Дима отлепился от стены, у которой стоял все это время, и скрылся в направлении прихожей.

— Как добралась? — поинтересовалась Леся, присаливая суп.

— Да нормально, автобус быстро приехал.

— Да уж, сюда доехать легче, чем уехать отсюда.

Она так органично смотрелась на Диминой кухне, что у Ады где-то в глубине души заворочалась привычная уже горечь.

— Ты часто тут бываешь, значит?

Леся кивнула.

— Иногда помогаю с хозяйством, когда тетя Нина опять болеет. За Димкой тоже нужен присмотр.

— Он же не ребенок, — возразила Ада.

— Согласна. Но нормально готовить так и не научился. А с его особенностями иногда нужно и проверить, что тут творится.

Ада решила, что она про способность видеть существ иного мира, так что спросила:

— А как это влияет?

Леся отложила половник и выключила газ под кастрюлей.

— Чтобы дом не сжег, знаешь ли, или сам не попал в историю. Да и настроение у него обычно меняется так часто, что нужен глаз да глаз за тем, что он делает.

Она говорила о нем так, будто Дима был каким-то неразумным существом.

— Думаешь, почему я пошла учиться на психолога? База мне точно пригодится.

— Почему? — недоумевающе спросила Ада, забыв про жаркое в тарелке.

— А ты еще не поняла? У него бывают депрессивные эпизоды, правда, не диагностированная депрессия, но симптомы такие же, как у его мамы. Даже больше похоже на БАР.[60]

Ада замерла. Про эту болезнь она тоже слышала — как ни странно, из зарубежных сериалов, где герои часто ходили к психологам и лежали на кушетке.

— Так он поэтому пропадает периодически? На пары не ходит, на звонки не отвечает, в сети не появляется…