Юлия Шкутова – Моя любимая заноза (СИ) (страница 40)

Извещая, что Дияр кому-то понадобился, тренькнул амулет вызова. Открыв глаза, боевик активировал его.

– В лазарет, быстро! – раздался немного искаженный голос декана Сторкса.

Ничего не уточняя, Дияр выскочил из квартиры, устремляясь к ближайшему портальному кругу. Мимолетом бросив взгляд на хронометр, с облегчением отметил, что смена Аниты закончилась полчаса назад. И тем ужаснее было узнать, что заложницей оказалась именно она.

Когда Вирейский вышел из портала, в приемной его встретили Нирайн Сторкс и декан Мерсих. А еще пятеро испуганных целителей, жавшихся к стене.

– Что вы здесь делаете? – с недоумением спросил Дияр, увидев Ботрика и Натину.

– Я сказал – нет! – раздался немного приглушенный возглас, и Вирейский перевел взгляд на одну из дверей.

– Что здесь происходит? – спросил, ни к кому конкретно не обращаясь.

– У нас захват заложников. – Нирайн положил руку ему на плечо, то ли удерживая, то ли поддерживая.

Дияр бросил внимательный взгляд на Натину, а когда та опустила голову, шумно вздохнул. Анита не успела уйти домой…

– Сколько их там? – уточнил боевик.

– В заложниках Ставс и студентка-второкурсница, – ответила леди Нэйра. – А удерживает их третьекурсник с факультета искусств.

– Откуда? – опешил Дияр, недоверчиво взглянув на Нирайна.

– Сам удивлен. – Декан пожал плечами. – Кажется, у него наркотическая ломка.

Боевик не успел сказать и слова, как к ним подошел Ботрик. Нервно потерев перебинтованную левую руку и немного заикаясь, сказал:

– Этот студент… Он пришел час назад. Жаловался на боль в плече. Я отвел его в кабинет для обследования, но повреждений не было!

– Тише, Ботрик, тише. – Натина успокаивающе погладила его по плечу. – Тебя никто ни в чем не обвиняет.

«Пока», – мысленно добавил Дияр, сдерживая рвущееся из груди раздражение.

– Я сообщил, что ничего не обнаружил, но… он настаивал на обезболивающем. Причем очень сильном, которое применяется в полевых условиях. Заклинание заморозки довольно энергозатратное, его не всегда применишь. А обезболивающее помогает, но может вызвать привыкание из-за действующих веществ…

– Что было дальше? – перебил Вирейский.

– Не подходи ко мне! – раздался истеричный выкрик, и Дияр почувствовал, как от страха сжимается сердце.

– Как он захватил заложников? – Дияр вплотную приблизился к Ботрику и рыкнул: – Говори!

– Я вышел из кабинета, чтобы вызвать леди Нэйру, а когда вернулся, все уже было так…

Прикрыв глаза, Дияр мысленно составлял план, когда его отвлекли.

– Я думаю передать ему флакон с обезболивающим, – предложил Нирайн.

– Он вряд ли подпустит вас к себе! – взволнованно воскликнула декан Мерсих.

– Простейшая иллюзия. – Дияр сразу понял Сторкса, чей план был созвучен с его мыслями. – Не думаю, что в таком взвинченном состоянии он будет способен что-то распознать. Но к нему пойду я.

Секундная заминка, и Сторкс кивнул, подтверждая его право.

– Только не калечь, – предупредил он и попросил леди Нэйру принести флакон.

Для наложения иллюзии понадобилось меньше минуты, и еще две, чтобы все спрятались. Вроде немного, но за это время Дияр весь изнервничался, потому что из-за двери, за которой находилась Анита, то и дело доносились стоны и бессвязные выкрики. Когда подготовка была закончена, боевик сделал глубокий вдох. Можно начинать!

Неподалеку от Дияра осталась только Натина, облик которой он использовал. Иллюзия действительно была самой простейшей, менявшей внешность, но не голос. Поэтому боевику понадобилась помощь рыжеволосой целительницы. Получив отмашку, Натина громко крикнула:

– Ледас, вы слышите меня?

– Чего еще? – рявкнули в ответ.

Судя по голосу, студент и правда сильно страдал. Вирейский поморщился и брезгливо скривил губы. Он не терпел наркоманов, считая их отбросами общества. Никогда не понимал тех, кто осознанно подсаживался на разную дрянь.

– Я принесла обезболивающее. Впустите!

Дияр махнул рукой, Натина скрылась за углом, и в тот же миг дверь приоткрылась и из-за нее выглянул доморощенный террорист. Вид он имел действительно плачевный. Рыже-каштановые волосы до плеч были всклокочены и немного слиплись, серые глаза запали и лихорадочно блестели. Лицо было болезненно-бледным, на лбу блестели бисеринки пота, губы искусаны чуть ли не до крови. Осмотревшись и не заметив ничего подозрительного, парень махнул Дияру, подзывая. Боевой маг только того и ждал. Вытянув руку с зажатым в ней флаконом, он медленно, старательно играя роль испуганной целительницы, двинулся к студенту. Тот нетерпеливо и жадно смотрел на обезболивающее, не обращая внимания на окружающую обстановку. Вирейский тоже сосредоточился на наркомане, запрещая себе смотреть в глубь кабинета. На это еще будет время, а сейчас оставался крошечный шажок до цели. Стоило Ледасу протянуть подрагивающую руку к вожделенной дозе, дальнейшее было делом техники. Боевику понадобилось всего несколько секунд, чтобы скрутить студента.

Уложив его на пол лицом вниз и придавив брыкающегося парня коленом, Дияр позвал Нирайна. Но тот уже и сам спешил к нему, как и все остальные. Вот только возмущение Аниты стало для Вирейского полной неожиданностью.

– Немедленно отпусти его! – потребовала целительница.

– Издеваешься?! – Дияр даже не пытался скрыть изумления.

– Нет, я вполне серьезна! – Она присела рядом со студентом, погладила его по голове и ласково сказала: – Потерпи, миленький, скоро тебе помогут. Осталось недолго.

– Анита, может, объяснишь, что происходит? – обеспокоенно спросила леди Нэйра.

Оглянувшись, целительница осмотрела собравшихся вокруг магов и распорядилась:

– Нужно срочно вызвать декана Наройскую. У Ледаса фантомные боли. Мне кажется, его прокляли.

Глава 17

Прибывшая по срочному вызову леди Киара подтвердила наличие проклятия. Да не простого, которое накладывается один раз, а управляемого. То есть кто-то со стороны, проще говоря, дергал за ниточку, и парень начинал испытывать фантомную боль. Это было довольно изощренное проклятие, не каждому магу под силу – дело даже не в магическом резерве, а в ловкости управления марионеткой: хоть немного ошибешься, и откат уложит тебя на неделю в постель, опустошив резерв.

– Кому же он так насолил? – удивилась леди Нэйра, с сочувствием глядя на спящего студента.

После того как магистр Наройская перекрыла канал, сделав первый шаг к отмене проклятия, парня напоили успокоительным и усыпили. Студентка, оказавшаяся нечаянной заложницей вместе с Анитой, принесла магическую клятву молчания и была отправлена в общежитие.

– Боюсь, мы не узнаем, – сказала леди Киара. – Как только проклинающий почувствовал мое вмешательство, оборвал нить.

– А как далеко от своей жертвы он может находиться? – поинтересовался Нирайн, присевший на соседнюю койку.

Так получилось, что обсуждать случившееся они остались прямо в палате. Новая смена дежурила в приемном покое, Натина и Ботрик стояли по другую сторону кровати, на которой спал студент. Дальше всех, у противоположной стены, расположились Анита и Дияр. Боевик обнял ее за талию и прижал спиной к своей груди, женщина и не сопротивлялась, наоборот, погладила его по руке, благодаря за поддержку.

– Территория академии, не дальше, – ответила декан Наройская. – Но сразу предупрежу, забудьте об идее найти его по остаточному следу, он будет обычным.

– Да знаю я, что проклятия не оставляют после себя никакого отпечатка на проклявшем! – Нирайн недовольно нахмурился. – Только этого нам и не хватало!

– А ведь я его помню, – неожиданно сказала Натина. – Леди Нэйра, это же тот первокурсник, которого два года назад отправили к драконам за чешуйкой, а он повредил плечо.

– Точно, у него был закрытый перелом! – встрепенулась декан Мерсих. – В тот раз мы применяли это обезболивающее. Помнится, он еще несколько раз обращался к нам, утверждая, что его мучают боли.

– Да! – подхватила Натина и как-то растерянно посмотрела на окружающих. – Он просил дать обезболивающее, а я предупредила, что оно может вызвать привыкание и брать на себя такую ответственность не буду. Еще сказала, что боли у него ненастоящие, все из-за пережитого страха… Он больше не приходил. Все эти два года… Великие Древние, где же он брал обезболивающее?

– Выясним, – пообещал Дияр. – Точно у кого-то из старшекурсников. По какой-то причине сегодня он не смог купить обезболивающее из-под полы и рванул в лазарет.

– Если вопросы закончились, я бы хотела заняться снятием проклятия, – напомнила леди Киара и недвусмысленно кивнула на дверь.

Никто не пожелал испытывать терпение ведьмы, и все, кроме леди Нэйры, покинули палату. Ботрик и Натина попрощались с Анитой и ушли домой. Нирайн тоже не стал задерживаться, сказав, что сам доложит ректору.

– Давай прогуляемся, – попросила Анита, взяв Дияра за руку, – хочу немного проветриться.

Вирейский кивнул и потянул ее к выходу. Все это время он был немногословен, молча переживая произошедшее, впервые оказавшись в ситуации, когда от него зависела жизнь любимой женщины. И это было… страшно.

Анита, наоборот, говорила без умолку. О том, как прошел ее день. О том, что она с удовольствием выпила бы чашечку чая в академическом кафе. И о том, как забавно выглядел Дияр, когда она застукала его пишущим докладную в приемной у ректора.

– Твой взгляд был таким виноватым и немного испуганным… – Не отпуская его руку, Анита обогнала мага и заглянула ему в глаза. – Мне стоило огромного труда сохранить спокойное выражение лица. Так вот…