Юлия Шилова – На зависть всем, или Меркантильная сволочь ищет своего олигарха (страница 2)

Один принял меня за девушку легкого поведения и, проведя со мной бурную ночь, утром сунул банкноты и похвалил за хорошую работу. Подумав минуточку, добавил, что, возможно, пригласит меня еще раз. Я забилась в истерике, швырнула ему в лицо деньги, зарыдала, что я не проститутка, и в слезах рванула к выходу.

Толстяк пожал плечами, спокойно надел махровый халат, поднял купюры с пола, сунул в карман, назвал меня чокнутой и, усмехнувшись, указал, что у меня дырявые туфли и незачем делать бесплатно то, на чем можно подзаработать. Размазывая по щекам тушь, я посмотрела на свои рваные туфли, прохудившиеся от старости, и, глотая слезы, выпалила, что быть проституткой — не моя цель. Я хочу быть содержанкой.

Негодяй обидно рассмеялся и назвал меня одноразовой шлюшкой. Сказал, что намного выгоднее и интереснее покупать новую девку, чем тратиться на одну и ту же. Да и не требуется ему секс каждый день.

В следующий раз я и в самом деле взяла у нового богатенького буратино поутру деньги, ведь мне нужна была обувь… Я поняла, что ни один мужчина не отнесется ко мне серьезно, если я буду выглядеть так, как выгляжу в данный момент.

Месяца через три своей трудовой деятельности я уяснила, что из девушки, мечтающей о богатом покровителе, превратилась в рядовую проститутку, успевшую неплохо приодеться и скопить некоторую сумму. Да, нужно было остановиться, потому что подобная жизнь засасывает, как наркотик, и из нее тяжело выбраться, так как начинается «ломка» и хочется получать денежки, особо не напрягаясь. Так как я работала без «крыши», в одиночку, то мое занятие могло привести к самым печальным последствиям.

Вы спросите: какие мужчины у меня были за это время? Да самые разные. Роднило их одно: в кошельке толстосумов никогда не бывало пусто, каждый хотел получить от меня по максимуму, а заплатить по минимуму. Да, это были совсем не те «принцы», о которых я грезила…

Мужчинам, с которыми я встречалась, требовались короткие встречи, необременительные и без ненужных последствий. Они хорошо знали цену деньгам, привыкли к вольной жизни и не хотели на себя брать ответственность. Я ВОВРЕМЯ ОСТАНОВИЛАСЬ, потому как знала: общаясь с подобными типами, буду выкинута на обочину жизни.

Я прекрасно понимала, что у меня нет никаких шансов добиться успеха в этой жизни самой. Чтобы учиться в престижном институте, надо иметь много денег. Мне платить за обучение нечем. Поступить на бесплатное отделение даже самого заурядного института невозможно. Троечный аттестат, да и знаний просто ноль.

Когда другие дети грызли гранит науки, я после уроков помогала матери мыть полы в поликлинике. Утром вставала ни свет ни заря и драила подъезды. Я была самая старшая, и мне надо было помогать матери тянуть младших сестренок, так как ей физически это было явно не под силу.

Конечно, в первый раз, когда мама подняла меня в пять утра, я зарыдала и, плача, стала упрекать ее, что из-за ненужной гордости мы теперь обречены на жалкое существование. Но моя нищая и гордая мамочка ответила, что я слишком мала, чтобы осуждать ее, а вот пол мести в самый раз, и вручила мне веник.

Я подметала загаженные подъезды, таскала тяжелые ведра с водой, терла грязные вонючие ступеньки, зевала, страдая от недосыпа, косилась на рано поседевшую, постаревшую мать. Как же я ненавидела ее за эту дурацкую гордость, отнявшую у меня детство! Я давала себе страшные клятвы, что никогда и ни за что не буду на нее похожа. Я выберу себе другой путь, и никто не сможет помешать мне осуществить мечту о сытой и спокойной жизни!

Однажды, когда я возюкала мокрой тряпкой по грязному кафелю на лестничной площадке, открылась дверь одной из квартир. Из квартиры вышел солидный мужчина, поцеловал провожающую его девушку в коротком халатике и извинился, что вынужден так рано уехать: жена позвонила — у дочери температура. Погладив ее по распущенным волосам, добавил, что сегодня же переведет на ее счет деньги, чтобы она смогла купить себе подарок — норковую шубку, в которой будет красоваться, когда они поедут на Рождество в Париж.

Девушка захлопала в ладоши, чмокнула в щеку седого мужчину и, не скрывая счастливой улыбки, закрыла дверь. Мужчина прошел мимо меня, брезгливо поморщился, посмотрев на ведро, и исчез из моего поля зрения. А я выронила половую тряпку и долго тупо стояла, пытаясь осознать увиденное и услышанное. Я тоже хочу ходить в сексуальном коротком халатике! Я тоже хочу носить норковую шубку и провести рождественские праздники во Франции!

Мать, узнав о моих мечтах, сказала, что это отвратительно — быть любовницей-содержанкой женатого мужчины, и прикрикнула на меня, чтобы я не теряла время даром, а занималась своим прямым делом — драила подъезды.

Мне было трудно спорить с ней: она с нами вынуждена была жить в лачуге, которую вряд ли когда-нибудь снесут. Мать ненавидела жизнь, проклинала свою горькую судьбу, а я же пыталась понять, как вырваться из нашей затхлой нищеты.

Я знала, что есть особый мир, в котором живут олигархи, политики, разные знаменитости, бизнесмены, высокопоставленные чиновники и просто хорошо обеспеченные люди. Конечно, чтобы заполучить богатого мужчину, хотя бы на время, не обязательно быть голубых кровей. Деньги идут к деньгам, но у богатых папиков бывают и девушки с улицы. У них нет обеспеченных родителей, зато отлично работает голова. Хитрость, ум, цепкие ручки, железная хватка и острые коготки еще никому не мешали! И я могу быть одной из них, если стану чуть умнее, хитрее, проницательнее и дальновиднее.

Я хорошо помню первую ночь, когда не пришла ночевать, оставшись у клиента. Утром мать набросилась на меня с руганью, я же протянула ей заработанные деньги и сказала, что не желаю больше мыть подъезды, вставать в пять утра и что кожа на моих руках облезает от проклятой хлорки.

Мать побледнела от злости, порвала на моих глазах доллары и кинула клочки на пол. Я затряслась от злости, собрала смятые обрывки и крикнула, что в гробу я видела мамины гордость и принципиальность, если жрать нечего! Плевать мне на принципы, ненавижу жить в нищете!

Так вот тогда я четко осознала, чего хочу в этой жизни. Зарабатывать себе на жизнь случайным сексом — не по мне. Выйти замуж по расчету за обеспеченного человека — идеальная несбыточная мечта. Такие люди чаще всего женятся на девушках своего круга, а вот стать любовницей-содержанкой вполне осуществимо, если иметь голову на плечах и всё правильно рассчитать.

Я составила четкую схему действий и перечень требований к мужчине, которого любой ценой должна заполучить. Мой идеал должен жить со своей семьей в собственном доме, желательно на Рублевке. Если не на Рублевке, то в любом элитном поселке. У него должны быть собственная фирма и шикарная иномарка, желательно «Бентли». Ну, и конечно, тайная квартира в центре Москвы, желательно пентхаус.

В этом уютном гнездышке мы бы с ним славно проводили время, он бы изливал мне свою бедную, измученную бизнесом и семейными дрязгами душу, делился проблемами и жаловался на жену и детей. Я бы понимающе кивала, сочувствовала и, осуждая жену за невнимательность и холодность, незаметно «перетягивала одеяло» на себя, повторяя: «Бедненький, как же ты устал! Никто тебя не понимает, не сочувствует. А ты ведь такой замечательный — умный, трудолюбивый, красивый, смелый… Тебе так не хватает домашнего тепла!»

Я бы тешила его самолюбие, смотрела на него влюбленными газами, слушала бесконечные бредни, открыв рот, и замирала бы от восхищения, когда он раздевался в спальне. Я четко усвоила: для богатого мужчины дело — на первом месте, а все остальное — на втором. Жены «новых русских» часто допускают ошибку, постоянно упрекая мужей, что те мало обращают на них внимание, засиживаются на работе до ночи, а иногда посвящают бизнесу все выходные. Это недопустимая борьба. Она может быть скоротечна, а может растянуться на годы, но у победительницы нет будущего. И если все же жена побеждает, то радость от победы будет кратковременной, потому что в дальнейшем она может потерять намного больше, если муж плюнет на свою работу и его дела пойдут плохо.

Одним словом, наши отношения с «папиком» должны были строиться по принципу «ты — мне, я — тебе». Я бы отдавала ему свое молодое тело, нежность, душу, любовь, верность, заботу. Я знаю, что «новые русские» любят, когда ими восхищаются, интересуются их делами, окружают заботой. А «папик» мне за это обеспечил бы красивую жизнь. В светских кругах принято иметь девушку для выхода в свет. Мне кажется, я бы чу´дно подошла на эту роль. Если меня приодеть, я не ударю в грязь лицом.

Конечно, есть и хорошо обеспеченные холостые мужчины, и я считаю, что многие ошибаются, решив, что их совсем не осталось. Но честно признаюсь, боюсь я за них браться. О таких можно зубы сломать. Они слишком избалованы женщинами и сами не знают, что хотят от этой жизни. Многих просто устраивает необременительная жизнь казановы, они привыкают к новизне ощущений и не хотят бросать якорь в тихой семейной гавани. Мне не нравится общаться с мужчинами, перед которыми я пасую… Больно и обидно смотреть, как они от меня ускользают…

Покорить женатика гораздо проще, чем холостого повесу, и тем проще взять его в оборот, если он давно женат, не молод и удачно миновал кризис среднего возраста.