Юлия Шевченко – Не нарывайся, блондиночка! (страница 29)
Секунда. Удар кулаком по лицу. Женский визг. Отборный мат. Непонятное мычание. Открываю глаза. Сама не заметила, как от страха зажмурилась.
Мирон держит этого странного мужика за кулак и уворачивается от удара в живот. Тот мычит и прожигает его ненавистным взглядом. Как будто хочет лужу крови из него сделать.
- Ты обесчестил мою дочь, сука! - теперь понятно, кто он. Отец ненормальной доярки. - Теперь обязан на ней жениться!
- Еще чего, - фыркаю, пребывая в огромном шоке.
Не средневековье же на дворе, чтобы после первого секса свадьбу то играть. Тем более интима как такового и не было.
- А эта кто такая? - с презрением и неким отвращением.
Ну знаете ли, мистер, вы охренели.
- Аврора, уйди, прошу тебя. Не мешайся.
Мирон меня прогоняет. Грубо, словно я для него нет никто. Доярка вон аж ехидно посмеивается в ладошку.
- Урод! - кричу ему в сердцах и скрываюсь в доме.
Поднимаюсь на второй этаж и плюхаюсь на импровизированную кровать. Слезы душат. Внутри огромная черная дыра, которая вряд ли когда-то исчезнет.
Гадский Мирон. Придурок. Пусть и правда женится на этой… прости… утке. Они так друг другу подходят. Мерзавец и падла. Отличная вышла бы пара… уродов.
Поджимаю к себе ноги и медленно раскачиваюсь.
Впервые ощущаю себя такой… опустошенной и преданной мужчиной, который мне сильно понравился. На явную измену Игоря давно пофиг стало, а тут сердце на части рвется, как будто в него кто-то вонзил сотни мелких иголок.
- Аврора, - поднимаю голову на звук своего имени.
Мирон. Стоит на втором этаже, практически задевая потолок своей сраной башкой.
А меня прорывает за секунды. Срываюсь как гонщик на трассе. Бью его по тем местам, докуда дотягиваюсь. Вымещаю на нем всю злость, боль, разочарование.
- Ублюдок! - ору ему прямо в лицо. Не помню, как на ноги то поднялась. - Иди к свадьбе готовься с дояркой. Лишай ее девственности по-настоящему. В первую брачную ночь, - даже не дергается, все мои выпады стойко встречает. - А я домой уеду. Сегодня же… Хотя нет, - громко смеюсь. - Лучше перед отъездом пойду потрахаюсь с Матвеем. Всю ночь. Раз пять. Будет что…
- Дура! - хватает за шиворот, к себе прижимает.
Целуемся лихорадочно, как одичавшие, изголодавшиеся друг по другу. Одежда трещит. Пуговицы разлетаются в разные стороны. Сердца бьются так сильно, что их стук наверняка слышен на соседней улице.
А нам пофиг. Мы сейчас окончательно и бесповоротно перейдем на новый уровень в… непростых отношениях.
Глава 29
Мирон
Невероятное чувство эйфории накатывает огромной волной, когда Аврора отзывается на каждую мою ласку. Она сама ко мне льнет, сама инициативу проявляет. Я готов взорваться сию же минуту.
Она меня с ума сводит. Заводит так сильно, что здравых мыслей нет. Только пошлости.
- Сексуальная девочка. Красивая, - подхожу к кровати, где лежит Аврора в одном нижнем белье и призывно смотрит на меня. - Может устроишь для меня небольшое представление? - скрещиваю руки на груди, уже пребывая на грани.
Член рвется наружу. Он хочет трахаться. Хочет заклеймить этот лакомый кусочек, что коварно улыбается. В ней загорается дьявольский огонь, делающий ее более соблазнительной.
Чертовка встает ко мне спиной на колени. Двигается словно под музыку, заставляя мой рот наполнится слюной. Так жажду вновь ее попробовать.
Заводит руки за спину, расстегивая лифчик. Снимает его с себя и кидает прямо мне в лицо. Ловко его ловлю, рассматривая как диковинный предмет. Одни пошлые мысли в голову лезут.
- Нравится то, что ты видишь? - облизывает губы языком, повернувшись ко мне.
Прикрывает шикарных девочек ладошками, а у меня башню окончательно сносит. За считанные секунды избавляюсь от брюк и боксеров, майка валяется где-то порванная. Наблюдаю, как Аврора проводит языком по нижней губе, засовывает руку в трусики и медленно себя поглаживает.
При этом глаза ее неотрывно на меня смотрят. Спускаются вниз, разглядывают стоящий член. Губы еще раз облизывает. Срываюсь. Рычу как изголодавшийся зверь. Кидаюсь к ней.
Ее сердце сильно бьется. Тело дрожит от страсти, бешенного желания. Она как самый термоядерный наркотик, который попробуешь раз и не оторваться. Хочется новую дозу постоянно. Отчаянно.
Облизываю ее пальчик от вязкого возбуждения. Громкий стон заполняет комнату. Блондинка прогибается как кошка, царапая мне плечи. Поддеваю резинку ее чертовых трусиков. Треск, лишний предмет нижнего белья остался лишь воспоминанием.
- Какая же ты развратная девчонка, Аврора, - провожу языком по пульсирующей жилке на ее шеи. - Так и просишься тебя наказать.
Провожу костяшками по ее груди, обвожу торчащий сосок. Опускаясь ниже. По плоскому немного подрагивающему животу. Добираюсь до влажной, горячей плоти. Ласкаю клитор, немного проникая внутрь.
Она такая мокрая.
Она хочет меня.
Она станет моей.
Сегодня. Сейчас же. Навсегда, твою мать!
Мирон, ты сбрендил.
- Я не боюсь никаких наказаний, - задыхается, глядит с огромной страстью в глазах. - Тем более, - проводит подушечкой пальца по моей скуле. - я с радостью подразню тебя еще раз. Чтобы ты сорвался и… - хватает за член, медленно начинает мне надрачивать. - трахнул меня как сумасшедший, бешеный, дикий. Словно у нас это в последний раз.
- Рррррр, - рычу, стоит Авроре ноготки в ход пустить. Такого я просто не выдерживаю. - Ты нарвалась, милая.
Убираю ее руки со своего пениса. Укладываюсь поудобнее на Авроре и, помогая себе рукой, начинаю медленно проникать в ее истекающую соком киску.
- Мирон! Ах, Мирон! - сгребает в руках простыни, когда я сразу же срываюсь на бешеную скорость.
Сама хотела безумия и дикости. Ну так пусть получает сполна. Закидывает ноги мне на бедра, к себе ближе прижимает, встречая каждый мой отчаянный, немного грубый толчок.
Бл*дь! Она как рай. Манящий и совершенный. Так легко потеряться в страсти и пошлости.
- Боже! Как же хорошооооо, - протяжно стонет, поднимая попку еще выше, давая мне проникнуть глубже, под другим углом.
Это не секс. Это безумная, адреналиновая гонка, где на финише окажется два победителя.
В ней так тесно, горячо. Мышцы влагалища приятно сжимают член, от чего он еще больше увеличивается в размерах. Сильнее пронзает нежную плоть.
- Аврора, ты на таблетках? - толчки резкие, быстрые. Ее ногти царапают больнее, оставляя кровавые борозды на спине. - Ответь мне, твою мать!
Да уж, поздно ты, Савин, спохватился с предохранением. Во дурак!
- Д… дааааа, - шепчет еле слышно, позволяя насаживать ее активнее на член.
Протягиваю между нами руку и потираю клитор. Мечется по простыне, тяжело дышит, принимает все, что я могу ей дать. Аврору бьет мелкая дрожь, мышцы пульсируют. У самого по позвоночнику пот ручьем струится. Бедра сводит судорогой. Еще чуть-чуть и мы улетим.
Несколько диких толчков, блонди сжимается вокруг меня, стискивая мой член и кончая с громким криком, ломая мне что-то у спинки кровати. Вот это страсть.
Как умалишенный продолжаю трахать мокрую киску. Смотрю вниз. Туда, где мы соединяемся. Вижу ее розовую, гладкую плоть. Как ее соки покрывают весь мой ствол. Отправив Аврору в страну экстаза, теряю контроль. Делаю последний, мучительный толчок и присоединяюсь к девушке.
Отдаю ей все… до последней капли спермы. Дрожу. Дышу через раз. Как будто пробежал сотню километров. Дергаю принцессу на себя, чтобы убедиться, что заполнил ее до краев. Что заклеймил навсегда.
- Мирон, - охрипшим голосом.
Вся такая расслабленная, отраханная, удовлетворенная девочка.
- Что, детка? - ложусь рядом с ней. Боком. Напротив ее лица, который покрывается очаровательным румянцем.
Все-таки она очень милая, когда дерзкий язык в ход не пускает. Выглядит сейчас словно чистый ангелок, а не наглая девчонка.
- Как у нас теперь все…
Накрываю ее ротик своими губами. Целую, сплетая наши языки. Вызывая новую волну возбуждения. Трогаю щеки, волосы, шею. До груди дотрагиваюсь. Аврора глаза прикрывает, вновь отдаваясь в мою власть.
Не стоит ей думать о таких вещах. Да и мне не нужно. Будь, что будет. Мы обязательно все решим. Что-то придумаем, а пока я хочу второй раз насладиться аппетитной сладостью.