Юлия Шевченко – Мой мир начинается и заканчивается тобой (страница 35)
Возвращаться домой совершенно не хочется. Бродить по ночному городу в одиночестве тем более. Хоть мы и находимся в безопасном районе Парижа, все же всякое может случиться. Лучше переждать мое плохое настроение где-нибудь в доме. Ребята смогут меня легко найти, так как телефон я не отключила. Даже на вибрацию не поставила. Так что вполне смогу услышать звонок.
Именно поэтому я наугад начинаю искать дверь в туалет на первом этаже. Который нахожу спустя четыре неудавшиеся попытки. Да только вот войти одной мне туда никак не удается. Кто-то подталкивает меня внутрь. От чего я едва удерживаюсь на ногах. А когда слышу звук поворачивающегося ключа в замочной скважине, резко поворачиваюсь к такому наглому человеку. Ожидая увидеть кого угодно, но только не его. Не кошмар из моего прошлого.
Сэм Вейл собственной персоной. С ухмыляющейся улыбкой на лице и дьявольским блеском в глазах. От которого мне сейчас точно не сбежать. Даже если я закричу, то меня вряд ли кто услышит. Музыка на заднем дворе стала еще громче. Но даже сквозь весь этот шум я слышу бешеный стук своего сердца, что в любую минуту может остановиться. Но бутылка, зажатая в руке, придает мне немного смелости. Вейл словно чувствует, что я собираюсь сделать. Так как в одно мгновение оказывается рядом со мной, толкая меня к раковине. Об которую я ударяюсь правым бедром и выпускаю из рук бутылку видимо с виски. Звона стекла не слышно, так как она упала на мягкий пушистый коврик. А через секунду была отброшена его ногой куда-то рядом со шкафчиком.
— Я же говорил, что мы с тобой скоро увидимся, Рина. — проводит своей рукой по моей щеке. Дергаюсь, но меня тут же хватают за подбородок двумя пальцами. Больно и очень грубо. Синяки точно останутся. — Не смей отворачиваться от меня, девочка.
— Сэм. — сглатываю застрявший в горле ком. — Это не очень весело. — пытаюсь перевести все в шутку. — Денис немного был груб с тобой. Просто решив защитить меня. Свою девушку. — делаю на последнем слове акцент. Только вряд ли мне все это поможет. — Выпусти меня отсюда. — упираюсь руками в его голую грудь, пытаясь оттолкнуть от себя. — Сэм, прекрати! — теперь мне становится очень страшно. Ведь я прекрасно знаю, каков на самом деле этот человек. И что он может сделать, если захочет чего-то. Или кого-то.
— Я не выпушу тебя отсюда, пока мы не закончим. — резко поднимает меня вверх, после чего грубо кидает на ковер, который хоть немного, но все же смягчает мое падение. Поднимаюсь на четвереньки, слыша за спиной его злобный хохот. — Всегда мечтал увидеть тебя перед собой именно в таком виде. На коленях. Где тебе самое место. — пытаюсь подняться на ноги и добраться о двери. — Стоять! — хватает меня за волосы, из-за чего кожу на затылке буквально жжет. А голова резко дергается назад. — Куда это ты собралась, сука? — чувствую у горла что-то холодное. Нож. Маленькое лезвие, которое прекращает мои попытки к бегству. — Дернешься хоть раз, я перережу твою очаровательную шейку. — отпускает мои волосы, из-за чего я сама подставляюсь под нож. Приближаю его к себе, к горлу.
— Сэм, не надо. Ты не понимаешь тех последствий, что тебя ждут. Мои друзья скоро придут за мной. — холодок пробегает по позвоночнику. Тело сковывает не то что страх, а самых настоящий ужас. В глазах застывают слезы, которые скатываются на щеки. Мозг же уже приготовился к самому худшему, что может случиться с девушкой. Быть изнасилованной чертовым мерзавцем прямо на полу туалета. В доме, где полным-полно народа. Где веселятся твои друзья, ничего не подозревающие о том, что сейчас может произойти.
— Не переживай, Рина. Твои друзья не услышат криков наслаждения, что будет издавать твой прелестный ротик. — проводит большим пальцем по моей нижней губе. Чего не стоило делать. Надеюсь, укус был для него очень болезненным. — Блядь! — от неожиданности выпускает нож из руки, что дает мне возможность на свободу. — Чертова дрянь! — я успеваю лишь на ноги встать, как Сэм грубо хватает меня за талию, разворачивает к себе лицом и снова кидает на пол. Все это происходит за несколько секунд, что даже не успеваю ничего сообразить. — Не хочешь по-хорошему. — держит одной рукой две моих над головой. — Тогда получай грубый трах. — звук разорванного платья разносится по всей ванной комнате.
— Нет! Не надо! Стой! — пытаюсь сбросить его с себя. Брыкаюсь, дергаю ногами в тщетной попытке высвободиться. — Помогите! На помощь!
— Кричи сколько хочешь, Рина. — смеется при виде моего заплаканного лица. — Я люблю, когда девки сопротивляются. — наклоняется ко мне ближе. — Это вносит в трахание некоторую изюминку. — левой рукой тянется к своим шортам, которые чуть приспускает. Давая свободу своему возбужденному члену. Я же не оставляю попыток выбраться из его хватки. Что начинает его злить. — Заткнись! — резкий удар тыльной стороны ладони по моей правой щеке практически лишает меня сил. Голова откидывается на пол. Глаза сами по себе начинают закрываться. Сейчас я потеряю сознание, а он будет пользоваться моим бездыханным телом, сколько ему захочется. — Так-то лучше. Хорошая дев…
На задворках сознания слышу какие-то странные звуки. Будто трескается дерево. Чьи-то голоса, в основном мужские. Просьба остановиться, а не то кто-то кого-то убьет. Тишина пару секунд. И вот меня несут куда-то на руках, словно тряпичную куклу. Перед тем, как отключиться, я ощущаю тот самый запах, что свел меня с ума очень давно. Сандаловое дерево.
— Не хочешь последовать следом за ней? — рядом со мной материализуется словно по волшебству Вида, держа в руке два стакана с янтарной жидкостью. Один из которых протягивает мне. Я его принимаю и тут же осушаю. Чувствуя восхитительный вкус дорогого виски. Что приятно разливается по всему моему телу. Ставлю стакан на поднос проходившего мимо официанта.
— И зачем мне это нужно сделать? — непонимающе смотрю на нее, в голове прокручивая все способы, как бы отделаться от нее поскорее. Так как одна симпатичная француженка только недавно пофлиртовала со мной, прошептав мне на ухо, где будет ждать меня спустя десять минут. В одной из комнат наверху. Абсолютно голая. Так что тратить время на Зотову мне никак не хочется.
Хоть мы немного и сдружились, если так можно сказать. Все же ей не стоит указывать мне, что сделать в данный момент. Не такой уж она и авторитет для меня. Является просто лучшей подругой моей фиктивной девушки. Не более. Слушаться я ее совершенно не собирался.
— Может потому, что она является твоей как бы. — делает в воздухе кавычки пальцами. — девушкой. О которой ты. — тычет в меня своей маленькой сумочкой. — должен позаботиться надлежащим образом.
— Ты ее лучшая подруга. — мило улыбаюсь, надеясь, что это ее обезоружит. И она от меня, наконец, отъебется. — вот и разговаривай с ней сама. — пытаюсь свалить от ее общества. Но Вида ставит вперед свою худенькую ножку в открытой обуви и скрещивает руки на груди.
— Денис, хоть раз побудь нормальным парнем. — тяжело вздыхает. — а не мудаком, которому на всех наплевать. Найди Рину и поезжайте вместе домой. Здесь. — озирается по сторонам. — не слишком приятная обстановка. К тому же этот Вейл вызывает у меня плохое предчувствие. А Рина так вообще дрожала при виде него.
Сэм Вейл и правда был тем еще подонком. В узких кругах его знали, как любителя применять силу к девушкам. При их явном сопротивлении мог и ударить пару раз. Если и ни избить до полусмерти. А уж какую наркоту он привозил от своих друзей из-за рубежа. Никогда не пробовал эту его дрянь, но то, что она пользовалась огромным спросом, было известно всем. Любой любитель вечеринок, на которой оказывался этот парень знал, сколько стоит его порошок или таблетка. У них у всех всегда наготове были деньги, которые бы помогли словить кайф. Выйти за пределы реальности. Забыть на время обо всем на свете и погрузиться в блаженство, как многие говорили после принятия очередной дозы. Молодой парень был профессиональным наркодилером. Полная противоположность своему старшему брату. С которым мы были знакомы чуть больше трех лет и начинали один очень прибыльный бизнес, когда я еще жил в России и даже не помышлял об Англии. С ним связь поддерживаю до сих пор. Ведь иногда же бывает нужна его помощь при решении некоторых важных вопросов. Младшего же Вейла видел лишь однажды, но наслышан о нем всякого. И как вот, интересно, Рина с ним связалась? Неужели увлеклась наркотиками, подобно своей французской подруге, Моник Видаль? Или их связывает что-то глубоко интимное? От чего непроизвольно сжимаются руки в кулаки, стоит лишь только подумать о них вместе. В одной постели. Или на любой другой поверхности. Идиотские фантазии до такой степени играются со мной, что я как будто слышу крик Рапунцель где-то поблизости. А после и голос самого Сэма.
— Какого, блядь, черта? — спрашиваю сам у себя, когда подхожу к двери светлого цвета, откуда четко раздается мольба о помощи от Догелевой. — Рина! — дергаю за ручку, но она не поддается. Значит закрыта на замок. Хотя это меня не может остановить.
Упираюсь руками по обе стороны косяка, поднимаю правую ногу и со всей силы, на которую способен, ломаю чертову дверь. Деревяшка срывается с петель и улетает в комнату, прямо в белоснежную ванну. Когда же заглядываю внутрь, шок от увиденного резко сменяется бешеной яростью, застлившей мне глаза. На полу, в разорванном на груди платье, практически без сознания лежит моя Рапунцель. Тогда как мудак Вейл уже отодвинул в сторону ее черные трусики и намеревается засунуть в нее свой чертов член.