Юлия Шевченко – Крылья красных птиц 2. Пробуждение пламени (страница 10)
Лилас не объяснила, куда идти, но Лика уже научилась чуять наставницу. И сейчас, едва успев приблизиться к покоям эльфийского семейства, уверенно направилась к комнате Арина. Неужели он, наконец, проснулся?
Её догадка подтвердилась сразу же, как девушка толкнула плетёную дверь. Арин-демон повернул ей навстречу лобастую голову. Элиор счастливо улыбнулся. Кроме них в маленькой комнате находились Лилас с Велерином и ещё один незнакомый эльф. И они, в отличие от Элиора, счастьем не лучились.
Лилас заговорила первой, прежде чем Лика сообразила хотя бы поздороваться.
– Подойди сюда, девочка. Извини, что разбудила, но нам нужно кое-что тебе показать.
Лика послушно приблизилась, по знаку эльфийки присела на изогнутую змеёй лавку у стены, закрыла глаза. Лилас коснулась её лба раскрытой ладонью, передавая воспоминание, ранее полученное от Арина.
Темнота, еле разгоняемая чадящим факелом в ржавой подставке. Сырой затхлый воздух подземелья. Решетка, вделанная в камень. И грязные пальцы, сжимающие эту решётку. Человек за ней – молодой парень с диким взглядом и спутанными чёрными волосами (кажется – чёрными, в темноте разве поймёшь, но то, что к ним прилипла паутина – это точно), в одежде, раньше наверняка бывшей богатой, а сейчас превратившейся в не пойми что.
– Знаешь его? – Лилас убрала руку, и виденье растаяло.
– Нет. Откуда? – Лика растерянно покачала головой. – Какой-то пленный аристократ.
– Это Амран Хайдар, наш император, – раздался в её голове незнакомый мальчишеский голос.
Арин! Так эльфам всё-таки удалось снять барьер, мешающий ему нормально общаться. Говорить зубастой пастью невозможно, но обмениваться мыслями эльфов учат с младенчества, а он ещё и у человеческого мага учился.
Так, стоп. Опять её понесло не туда. Сам факт того, что Арин заговорил, затмил собой смысл его слов.
Император! Амран Второй! Грязный и оборванный! В какой-то вонючей яме, которая и на тюрьму (как Лика её себе представляет) не очень похожа. Как такое возможно? Конечно, столичные новости доходят до Первых Холмов с большим опозданием, если вообще доходят. Но весть о перевороте не могла так просто «потеряться». Ведь два года назад, когда трое старших принцев дрались за власть после смерти императора Гайсана Сиятельного, кумушки у колодца чуть ли не тухлыми яйцами кидались, споря кто из них победит. И никто и предположить не мог, что в этой борьбе погибнут все трое, а на престол взойдёт младший, четвёртый принц, который к власти никогда не стремился и никакими особыми заслугами известен не был. Да и вообще в Первых Холмах не все знали о его существовании. Правда, имя у него было знаменитое, и кумушки тотчас сочинили, что его давно покойная матушка, вторая жена Гайсана Сиятельного, опальная императрица Милена, была провидицей, и не зря назвала сына в честь первого императора.
С тех пор особых новостей из столицы не приходило. Ну, жил себе где-то далеко молодой император. Правил как-то. Хорошо ли, плохо ли – в таком захолустье, как её деревня, это ни кого не волновало. Тем более что на жизни деревенских это никак не отражалось.
Лика молчала долго, переваривая новость. Наконец, смогла произнести:
– А это точно он?
– Он, он. Я его два раза совсем рядом видел, – жизнерадостно подтвердил Арин.
– А я играл для него во дворце, – добавил Элиор.
– То есть император Амран где-то в заточении, и об этом никто не знает? – подвела итог Лика. – Теперь, понятно, почему Арина так хотели убить. А кто всё это устроил? И нашествие низших на Первые Холмы – тоже его рук дело?
– Правильно мыслишь, девочка, – словно про себя пробормотал сидящий в высоком кресле у стены незнакомый беловолосый эльф и вновь замолчал, откинувшись на вычурно изогнутую спинку. (А ведь ещё вчера, когда она заходила сюда с Элиором, никакого кресла в комнате не было).
Продолжать он не собирался, и заговорил Велирин.
– Мы не знаем, кто за всем этим стоит. Но, возможно, ты сможешь помочь нам разобраться.
– Я?! Но как? Я никогда не видела императора и не была в столице. Я только на ярмарку в соседний городок несколько раз выбиралась. Больше нигде не была. Ну, не считая, что тут у вас появилась. И то случайно.
– Случайностей не бывает, – задумчиво изрёк беловолосый и вновь замолчал, словно уйдя в себя. А затем внезапно «проснулся»:
– Арин, расскажи нам, пожалуйста, всё, что сочтёшь нужным о том, как ты оказался в этом теле, и что произошло потом до твоей встречи с братом.
– Ну… – замялся Арин, – я же открывал память.
– Расскажи, сынок, – поддержал беловолосого Велерин, – это может быть важно, да и Лика должна это узнать.
– Ладно, – жёлтый демон потоптался на месте, взглянул на своё спящее человеческое тело, отвёл глаза и прижался к коленям брата. Элиор зарылся рукой в густую шерсть на его загривке, успокаивая.
– Я тогда правда ничего не понял. Всё было, как обычно. Учитель принимал очередного посетителя. Им вечно какая-то ерунда нужна – то приворотное зелье, то эликсир красоты, то защитный амулет против козней соседа. Фигня всякая, но денег они больше платят, чем придворные маги со своими странными заказами. Повар во дворе орал на помощника за то, что тот что-то там разбил. Мешал мне заниматься. А я был в своей комнате, учил заклинания, но вслух ничего не читал. Я только почувствовал возмущение всех сил в особняке, попытался поставить защиту, но ничего не успел. Наверное, это был портал. Но вр
Я очнулся в темноте, в какой-то пещере, меня здоровым куском двери привалило – а дверь-то дубовая, еле вылез. Наверное, мне тогда повезло. Я оказался в коридоре. А учителя и слуг я нашёл в камере за решёткой. И охраняли их штук десять низших. Я недоделанную защиту в туманный полог преобразовал, и они меня не заметили. Но я не настолько хорошо умею скрываться, чтоб пройти через стаю демонов. И я испугался! Да, я знаю что струсил. Если бы учитель был на свободе, он бы непременно помог остальным. А я не знал, что мне делать. Я просто сбежал. Но я бы привёл потом помощь. Честно. Если бы смог выбраться, – Арин замолчал и виновато оглянулся, но убедившись, что его никто и не думает осуждать, вздохнул и продолжил.
– А потом я нашёл ещё одну камеру. Её охранял человек. Я заметил его первым и усыпил. А в камере был он – император. Он позвал меня. Я не сразу его узнал, но когда понял – обалдел просто. А он спросил, какой сегодня день. Если он этого не знает, сколько же он тут сидит? А во дворце-то всё спокойно, вроде ничего не случилось. Он спросил, умею ли я создавать порталы. Я сказал, что знаю, как это делается, но сам никогда не создавал, да и сил у меня не хватит. А он сказал, что силами поделится. Я сказал, что это опасно, а он – что плевать.
Он держал меня за руки и вливал силу, а между нами была решётка, и я нацелился на дом учителя, но не знал что выйдет. Но портал получился, я видел, как исчез император. А меня что-то сильно дёрнуло, и стало совсем темно.
Очнулся я в этом теле, тоже в пещере, но какой-то другой. Кругом было много разных низших. Я чувствовал, что они раньше тоже были людьми, но, похоже, никто этого не помнил, и знакомых я найти не мог. Некоторые дрались между собой, победители становились вожаками. Их все слушались. Нас держали взаперти, кормили какой-то гадостью. Несколько раз приходил человек. Посмотреть на нас. Я не видел его лица. Но он был сильный. Его все боялись – и демоны, и люди-охранники.
А потом пришёл приказ – убить мальчишку-полукровку и молодого эльфа. И нам показали их лица – моё и брата. И выпустили нас. Не всех сразу. Сначала пару десятков, а потом и остальных.
А перед этим Эли звал меня, и я понял, что он меня ищет. Но я не смог ответить, зато во сне поговорил с Тошем. А потом встретил его и Осори в горах, и мы догнали Элиора.
Вот вроде и всё, – закончил длинный рассказ мальчик в теле демона.
– Спасибо, малыш. Хорошо было бы, чтоб ты рассказал то же самое через два дня в Совете, – нарушил затянувшееся молчание Велерин.
Арин зачем-то оглянулся на Лику, по собачьи виновато прижал уши и ещё крепче притиснулся к ногам Элиора.
– Не трогай ребёнка! – неожиданно на защиту Арина встала Лилас, – Ты и сам им прекрасно всё расскажешь. Можешь даже воспоминания передать. Дела империи его волнуют! Подумал бы лучше, как помочь сыну. Которого ты, между прочим, один раз уже бросил!
– Я никого не бросал! – возмутился комель ветви Светлой Ивы, но тут же сообразил, что спорит с женой при посторонних и вновь принял величественный вид.
Лилас обожгла его взглядом и обратилась к Арину.
– Извини, что спрашиваю, малыш. Но где теперь Карэна?
Арин ещё ниже наклонил голову.
– Она вышла замуж. Я её уже года два не видел.
– Бедный мальчик. Зачем же она тогда забрала тебя от нас?
Арин ни на кого не глядя, попытался пожать плечами. В теле демона это не очень получилось.
Лилас снова взглянула на мужа, кинула мысль адресованную только ему: «А я ведь говорила, что так будет».
Велерин от смущения стал ещё величественнее. Элиор потерянно молчал, беловолосый сосредоточенно созерцал потолок, Арин – пол под своими лапами. Лика мечтала испариться.