Юлия Шахрай – Артефакт (не) на любовь (страница 16)
- Рад помочь, - улыбается Харт.
Впервые за много лет выхожу из родительского дома в хорошем настроении. Безусловно, мне придется расхлебывать результаты сегодняшнего похода - матушка наверняка попытается навязать Харта мне в мужья, но это будет потом. И не он, так был бы еще кто-нибудь. Интересно, есть ли шанс, что больше не придется ходить на свидания? Было бы здорово!
Через десяток минут спохватываюсь:
- Эта дорога не ведет в Управление!
- Знаю, - улыбается Харт. – Я уже написал отчет и отдал его начальнику. Нам велено три дня отдыхать и набираться сил.
- Правда? Чудесно! Только мне все равно нужно туда зайти, чтобы забрать вязание.
- Возьмем экипаж или прогуляемся? – предлагает напарник.
- А ты как хочешь?
- У меня на сегодня дел нет, так что можем прогуляться. Может быть, после Управления посидим в харчевне?
- Конечно! – радостно улыбаюсь я.
Возле кабинета сталкиваемся с Мари. Она довольно произносит:
- Как удачно, что я вас встретила! Мы нашли украденный товар! Это было сложно, потребовались дипломатические переговоры и… в общем, неважно! Главное, что завтра мы будем обмывать это дело всем отделом – шеф дал добро, так что приходите после полудня. Отказ не принимается! К тому же, вы сможете еще раз поблагодарить всех, кто участвовал в ваших поисках.
- Но…
- Никаких но! Вы обязательно должны быть. И, кстати, с вас по три серебрушки – мы решили скинуться и закупиться централизованно.
Подруга забирает монеты, еще раз напоминает, чтобы мы не опаздывали, и в радостном настроении уходит.
- И часто у вас такое? – интересуется Харт, пока я собираю нужные мне нитки и крючки.
Вздыхаю:
- Гораздо чаще, чем хотелось бы. Насколько я помню, это не первый склад, обчищенный подобным образом, но обычно мы прибывали на место слишком поздно. Именно поэтому все так рады. Придется пойти, иначе потом жизни не дадут. Начальник считает, что подобные мероприятия крайне важны для поднятия морального духа и сплочения коллектива. Хорошо хоть снова скидываемся на еду, а то в прошлый раз нужно было приготовить что-нибудь собственноручно, и это было ужасно – подавляющее большинство коллег, и я в их числе, принесли бутерброды. Пойдем?
- Пойдем.
Съедаем в уютной таверне по порции густого супа с копченостями и соленьями, а потом неспешным шагом отправляемся в сторону дома. Болтаем без остановки. Все начинается с моего вопроса о том, каким образом в Харте уживаются такие разные стороны – от обычного сотрудника Управления Стражи до путешественника и щеголя - на что он рассказывает мне о своей учебе в Воинской Академии, где его научили этикету и тому, как правильно подбирать одежду. Потом разговор переходит на учебу в Академии Магии: мы вспоминаем, как учились там и перемываем косточки преподавателям, которые вели пары у обоих. Наши мнения иногда совпадают, а иногда нет, поэтому получаю огромное удовольствие от беседы – всегда интересно посмотреть на что-то знакомое под новым углом.
У двери моего дома прощаемся. Очень не хочется расставаться, но не получается придумать предлог, чтобы Харт остался. Да и опасаюсь показаться слишком уж навязчивой. Радует только одно – завтра мы обязательно встретимся снова.
Сегодня в нашей столовой шумно и в воздухе витают аппетитные запахи, что для нее в последнее время не характерно. А все дело в том, что Управлению Стражи катастрофически не везет с поварами. Есть два варианта: если готовит не вкусно, спустя пару месяцев, по истечении испытательного срока, его заменят; если попадается повар, который балует вкуснятиной, наверняка в скором времени что-то с ним произойдет. Мы даже начали вести список, в котором уже есть следующие причины увольнения: поменял место жительства; забеременела; вышла замуж за состоятельного мужчину; заболела мать, и пришлось переехать, чтобы за ней ухаживать; смена профессии (на сапожника, потому что отец жены обещал обучить ремеслу). Мы даже приглашали хорошего проклятийника, чтобы убедиться, что это всего лишь совпадения. Маг облазил все, но ничего не нашел. Священник провел очистительную службу, но это тоже не помогло, так что у нас снова период, когда на еду из столовой можно позариться только в случае, если умираешь от голода.
Мы с Хартом останавливаемся на пороге зала, и пока я растерянно осматриваюсь, выискивая свободное место, к нам стремительным шагом подходит Мари и радостно произносит:
- Наконец-то! Пойдемте! – и подводит нас к одному из крайних столиков, где уже расположились двое коллег и портальщик, которые занимались нашими поисками.
Лавки не особенно широкие – втроем можно поместиться, только потеснившись. Мари садится с краю, меня усаживает в середину, и Харту ничего не остается, как занять место рядом, тесно прижавшись к моему боку и бедру. Приходится приложить усилия, чтобы перестать об этом думать.
Коллеги шумно обсуждают последнее дело, а я молчу – всегда чувствую себя неуютно в больших компаниях. Пользуясь тем, что Мари почему-то в этот раз не спешит подливать наливку в мой бокал, сосредотачиваюсь на еде.
- Хло, я собираюсь в дамскую комнату. Составишь мне компанию? - спрашивает Мари.
- Конечно! – отвечаю я, и мы покидаем мужское общество.
По пути подруга болтает без передышки, и это меня настораживает – мы знакомы уже очень давно, и я хорошо знаю, что она так себя ведет, только если что-то задумала. Но так же знаю и то, что расспрашивать ее совершенно бесполезно – хотела бы рассказать в чем дело, уже бы это сделала.
Вернувшись, вижу, что Харта за столом нет. Может, отошел с кем-то поболтать?
Мари пытается найти выпивку, но все бутылки на столе оказываются пустыми.
- Хло, - просит она. – Сходи, пожалуйста, в кладовку за наливкой. Ты все равно уже поела, а я как раз вспомнила, что мне нужно кое-что обговорить с парнями по работе. Я хочу вишневую.
Чувствую подвох, но пожимаю плечами и отправляюсь в кладовку. Стоит зайти внутрь нее, как тяжелая деревянная дверь за моей спиной захлопывается, а осветительные шары гаснут. Слышу звонкий смех подруги:
- Пока не поцелуетесь, мы вас отсюда не выпустим.
- Мари!
- Ничего не знаю!
Слышу звук удаляющихся шагов, вздыхаю и, накастовав светляк, огибаю шкаф, чтобы выяснить, с кем это я, по мнению подруги, должна поцеловаться.
В комнате, заставленной стеллажами и коробками обнаруживаю Харта, подсвеченного светляком. И если мой веселенького оранжевого цвета, его бледно-зеленый добавляет мрачности и ассоциаций с болотным огоньком. Улыбаюсь:
- А ты что здесь делаешь?
Он усмехается:
- Ищу вишневую наливку. Безуспешно.
- А! Сейчас!
Подхожу к ближайшему стеллажу и поднимаюсь на цыпочки – в прошлый раз у нас оставалось несколько бутылок и вероятнее всего, их отнесли сюда - так всегда поступают с остатками.
Снимаю с нужной полки крайнюю коробку, ставлю ее вниз и тянусь за наливкой. Получается плохо – моего роста для этого явно недостаточно.
Внезапно Харт становится позади меня настолько близко, что чувствую тепло его тела, и легко достает нужную бутыль. Мое сердце начинает биться быстрее, а щеки вспыхивают – слишком неожиданно, слишком близко, слишком интимный полумрак.
Жду, пока мужчина отступит и разворачиваюсь. Он вопросительно смотрит:
- Пойдем?
Вздыхаю:
- Ты разве не слышал? Нас заперли.
Он пожимает плечами:
- Я могу выбить дверь. Или можем поцеловаться.
Смущаюсь:
- На двери стоит защита, так что не выйдет. Но мы можем просто подождать здесь – уверена, долго нас не продержат.
- Значит, вариант поцелуя ты не рассматриваешь?
Нервно кусаю губы:
- Только если ты согласен.
- А ты?
- Что я?
- Ты согласна?
Сглатываю и, собрав всю свою решимость, киваю.
Он, словно только этого и ждал, неуловимо быстрым движением приближается ко мне вплотную. Избавляется от бутылки, поставив ее на полку, и заправляет мою выбившуюся прядку за ухо. Проводит по лицу кончиками пальцев, а затем укладывает руку мне на затылок и внимательно смотрит в глаза, словно спрашивая, действительно ли я не против. Невольно облизываю вмиг пересохшие губы. Он воспринимает это как сигнал к действию – наклоняется, притягивает меня ближе и целует. Нежно, осторожно, словно давая шанс в любой момент передумать. Мне это не нравится. Обнимаю его за талию и сокращаю расстояние между нашими телами. Вкладываю в свой поцелуй волнение от нашей близости; то, что его запах пьянит меня без вина; а еще совсем не платонические желания, которые будит во мне этот красивый и сильный мужчина. Так долго старалась не обращать внимания на свои чувства, что сама оказалась не готова к буре эмоций, возникшей, когда перестала их подавлять.
Харт отвечает с не меньшей страстью, и это еще больше подливает масла в огонь.
Громкий стук в дверь раздается совсем не вовремя. А то, что после этого в комнату вваливается подруга, и того хуже.
Харт моментально разворачивается и прячет меня за своей широкой спиной, попутно застегивая пуговицы рубашки.
- Извините, что помешала, - весело произносит Мари. – Я как-то не ожидала, что вы воспримите все настолько буквально. Уже ухожу!