Юлия Щербинина – Розы и Револьверы (страница 6)
Что я и решила сделать. Но сначала не мешало бы прихорошиться. Девушка я или нет, чёрт возьми? Хоть и вон с какими клыками.
В тумбочке обнаружилась моя сумка. Я села на кровать, скрестив перед собой ноги, вывалила всё содержимое сумки на постель и стала копаться в пожитках.
‒ О-о, ‒ сипло протянула, увидев пачку сигарет. ‒ Всё не так уж плохо на сегодняшний день.
Подкурила, подвинула к краю тумбочки свечку на блюдце, ‒ для пепельницы самое то ‒ сунула курево в зубы, взяла и раскрыла небольшое круглое зеркальце. Взглянула на себя и подавилась дымом.
Вот уж не думала, что обращение ТАК изменит мою внешность. Я себя даже не узнала, а разум яро протестовал, отрицая новый факт. Да. Это теперь я. Алые глаза, однотонно бледная, как у фарфоровой куклы, кожа, черты лица словно бы заострились, исчезли все изъяны вроде крошечных прыщиков в районе лба, небольших полукружий под глазами и пары ямочек на щеках. С удивлением ‒ не поняла ещё, приятным или не очень ‒ обнаружила, что обесцвеченные волосы с сантиметриком отросших тёмных корней стали почти серебристыми, будто после визита в дорогущую парикмахерскую с профессиональным престижным мастером. Идеальный пепельный блонд. Это что получается, последний год я, брюнетка с рождения, строила из себя блондинку и теперь останусь ей до конца дней своих? Узнать бы ещё, какой срок отведён кровопийцам в этой реальности.
Кукольную кожу даже не испортил чуть поплывший старый макияж. Нервно покуривая, я утёрла лицо влажной салфеткой и ещё раз оценила себя в зеркало. Ну просто мечта каждой девушки быть такой красоткой без капли макияжа! Хоть какая-то утешительная плюшка в комплекте с клыками и жаждой крови. Пока ещё, слава богу, дремлющей.
Потушив бычок возле свечки, решила разобраться с вещами из прошлой жизни. Ожидаемо, смартфон порадовал надписью: «Нет сигнала». Зарядка, как всегда, с собой, но розетки нигде не наблюдалось. Полный набор теперь уже ненужной косметики, пара тампонов, что тоже вряд ли пригодятся, кошелёк, заколки, пилочка, беспроводные наушники, расчёска и…
Я прошипела матерную тираду. Ключей нет. А ведь я выронила их на складе ограбленного магазина и исчезла в неизвестном направлении. Никто до меня не дозвонится, будут приходить в съёмную квартиру, разыскивать меня и, конечно же, выставят первой подозреваемой в большой краже с собственного места работы. Уповать на адекватное расследование и систему правосудия не приходится. И как, скажите мне на милость, мне оправдываться, когда я всё же вернусь домой?
«Ты ещё не поняла, да?..» ‒ шепнул голос пессимистичного реалиста. Я тяжко вздохнула и запихала пожитки обратно в сумку.
Всё я поняла. Теперь уж точно и окончательно. Домой я не вернусь. Никогда. И даже если генеральша не соврала и со временем обращённые, как я, и в правду смогут жить полноценной жизнью, почти не испытывая трудностей и не представляя опасности окружающим, моя современная реальность не место для порождений ночи. Будем реалистами. Пессимистичными, но всё же.
«Ладно, хватит попусту терзаться. Пора наконец выйти и оглядеться по сторонам, вдруг там что-то интересное», ‒ не унимался внутренний голосок, решив сегодня оторваться по полной.
‒ И так собиралась, ‒ буркнула я, сунула босые ноги в полусапожки и направилась к выходу.
Ожидаемо я вышла в тёмный мрачный коридор. Прямо как в песне. Всё-таки это подземелье — ни одного окна, сплошь серый камень. Солидные колонны под стрельчатыми сводами потолка подсвечивались тусклыми лампами на манер свечей, но несмотря на их маленький размер, каким-то чудесным образом света хватало, чтобы не бояться внезапного нападения из-за угла. Или это я начала лучше видеть в темноте? Похоже, так и есть.
Каблуки звонко стучали по каменному полу, пока я шла куда ноги несут, и приходилось передвигаться на носочках. На цыпочках. Как вор. Блин, теперь эта песня от меня не отстанет! Но ничего не поделать. Не хочется навлекать на себя внимание, ведь ничего хорошего встречи с аборигенами мне пока ещё не принесли.
«Зато пепельный блонд ну просто охренительный!»
Я невольно поперхнулась смешком. Пессимистичный реалист, видать, решил попробовать новую тактику.
По пути иногда попадались такие же двери, как моя, но проверять, что за ними, я от греха подальше не стала. Если это подземелье, наверняка не только моя комната здесь жилая, и вломиться в спальню к какому-нибудь лорду чего-то-там-тону или графу Дракуле мне не улыбалось. Так что я искала выход на поверхность, где выше шанс хотя бы понять, где я нахожусь.
И вот, мне повезло. Неподалёку из-за угла вышла девушка в невзрачном платье, с пучком мышиных волос и стопкой какого-то белья в руках. Увидела меня и замерла на месте как прибитая.
‒ Здравствуйте! ‒ как можно увереннее поздоровалась я и подошла ближе. ‒ А где здесь выход, не подскажете? А то я дорогу не запомнила.
Она прижала к груди стопку белья и стала испуганно осматривать меня.
‒ Девушка-а? По-русски понимаете? ‒ воззвала я к ней.
‒ М… что, простите? ‒ промямлила она, захлопав глазами, и чуть попятилась. Вроде понимает, но если честно, я уже сомневаюсь, что мы оба говорим на моём родном языке.
‒ Да не бойтесь вы, я не кусаюсь. Просто выход ищу.
Девчонка испуганно побелела, а я мысленно прикусила язык. Зашибись пошутила, блин. А бедняжка, походу, именно этого и боится, разговаривая с новообращённым вампиром, который ещё не завтракал.
‒ Эм… нет… то есть, да! Выход… он там! Ой мама, извините! ‒ заикаясь, выпалила она, ткнув пальцем себе за спину, круто развернулась и куда-то помчалась, то ли убегая от меня, то ли показывая дорогу.
Да уж. Мало приятного.
Искомое нашлось довольно быстро. Перепуганная девчонка привела меня в высокой лестнице в конце длинного коридора, что уходила ввысь и терялась во мраке, но я поднапрягла зрение и разглядела очередную дверь.
‒ Спасибо. Меня Женя зовут. А тебя? ‒ дружелюбно обратилась я к своей провожатой. Не нравится мне быть монстром в чужих глазах, надо наладить отношения хоть с кем-то.
Мертвенная бледность в лице девушки моментально сменилась краснотой.
‒ Ма…Мария. Я здесь горничная.
Так вот кто меня раздел и обтёр от крови! А я-то смотрю на неё и понять не могу, почему лицо такое знакомое.
‒ О, Маша? Приятно познакомиться. Можно тебя Машей называть? ‒ на всякий случай уточнила я.
‒ Как вам будет удобно, ‒ пробормотала она, пряча глаза. Я поборола желание раздражённо цокнуть.
‒ Слушай, не бойся меня, ладно? Поверь, мне куда страшнее, чем тебе. Только вчера вроде жила нормальной жизнью, работала, на свидания ходила. А теперь вот…
Неопределённо показала рукой на ошейник и лицо, намекая на длинные клыки, и тяжко вздохнула. Маша настороженно понаблюдала за мной и наконец скованно улыбнулась.
‒ Я пойду, ладно? Мне ещё восемнадцать комнат надо убрать, ‒ сказала она и, не дожидаясь ответа, торопливо ушла. А я стала подниматься по лестнице, по детской привычке зачем-то считая невысокие ступени.
Ровно шестьдесят. Однако я не устала от слова совсем. Дверь со скрипом отворилась, я осторожно вышла наружу и воровато осмотрелась.
Такой же мрачный квадратный холл со сводами и слабым освещением. Вокруг никого. Прошла через арку и оказалась в похожем помещении с развилкой прямо и налево, а справа было маленькое… даже не окно, а квадратная прорезь в стене, без стекла и без ставней. Я тут же подошла и выглянула в ночь, опёршись ладонями на каменный подоконник. И зрелище за этим недо-окном меня просто зачаровало.
Под миллиардами звёзд и яркой луной растущей фазы простилалась изумительная морская гладь. Только свесившись вниз, я поняла, что нахожусь в настоящем замке, который стоит на отвесном склоне, да таком внушительном, что просто захватило дух от неимоверной высоты и величия. Так и казалось, что вот-вот внизу пролетит птица или стая летучих мышей. Останься я человеком, у меня бы непременно закружилась голова, но я продолжала смотреть вниз не в силах оторвать взгляда от каменных выступов и пенящихся морских волн, тихо разбивающихся об скалы.
‒ Вижу, вы оценили по достоинству мои скромные владения, ‒ сказал за спиной до боли знакомый мужской голос. ‒ Чувствуйте себя как дома. Поместье Морентон всегда гостеприимно к детям мрака и луны.
Как ни странно, я не вздрогнула и даже не испугалась, хотя ещё недавно бы со страху схватилась за сердце. Медленно обернувшись, не увидела обладателя голоса. Только изящный фужер в его руке и лениво плещущееся в нём красное вино. Нет… Это была кровь. И на неё я смотрела так же долго и завороженно, как на морские волны и величественный утёс под средневековым замком.
Фужер приблизился к чьим-то бледным губам, накренился, и я схватила полный паралич, наблюдая, как вожделенный напиток просачивается в чужой приоткрытый рот. Чуть не сошла с ума, когда губы растёрли кровь и разомкнулись, показывая острые окровавленные клыки. Рука с фужером протянулась ко мне, и её обладатель со всей гостеприимностью произнёс:
‒ Не желаете ли отужинать, мисс?
Глава 4
Я наконец дотянулась до вожделенного напитка. Кончики пальцев ощутили гладкую поверхность хрусталя, почти обхватили, скользнули вниз, чтобы ухватиться покрепче, не пролить ни одной драгоценной капли. И задели чужую холодную кожу.