Юлия Щербинина – Несущие Свет (страница 7)

Руслан немного помолчал, докуривая сигару, снова устроился поудобнее и с видом знатока своего дела перешёл к выводам:

– Ну что тут скажешь, твои принципы мне более или менее понятны, хоть и кажутся малость… глупыми, если уж говорить откровенно. Но это ты со временем поймёшь сама. А ценности и приоритеты нашего общества я расскажу тебе одним словом. Деньги. Это основа. Затем идут слава, репутация, секс. За ум и красоту там тебя любить не будут, к моему большому сожалению. Подумай тысячу раз перед тем, как идти туда. Если хочешь, чтобы тебя приняло высшее общество, тебе нужно для начала разбогатеть или найти себе спонсора. А потом пересмотреть свои взгляды на жизнь и сильно перестроиться. Ну или хотя бы обучиться искусству лицемерия, это тоже пойдёт.

– Зачем изменять себе в угоду другим? – по-детски удивилась Вера.

– Не изменять себе, а быть как все, Вера. Это не просто слова, а обязанность. Общество не простит твою индивидуальность. Гнать тебя никто не будет. Просто сожрут.

– Но я хочу быть самой собой. У каждого человека есть своё Я…

Граф вогнал её в ступор заливистым смехом.

– Забудь даже о существовании таких слов. Самой собой!.. Я тоже когда-то хотел быть самим собой, да вот… – усмехнулся он и с горькой улыбкой покачал головой.

– Да вот что? – не без интереса спросила Вера.

Руслан наполнил наполовину пустой бокал до краёв и откинулся на спинку кресла.

– Ничего, забудь.

Вера ждала откровений, но не получила их. Руслан сделал вид, как будто ничего и не говорил, и налёг на вино. Ему уже изрядно дало в голову. Тело отдалось привычной невесомости, несмотря на то, что всё больше проступающий пот и бурлящая кровь упорно пытались обратить на себя его внимание.

Очень скоро духота стала невыносимой. Руслан отставил бокал и расстегнул несколько пуговиц рубашки, ощущая, как сердце колотит по рёбрам, и не понимая, почему его разъедает такой жар. Вера была в платье с длинными рукавами и скромным декольте, распущенные густые волосы падали на спину, но ни одной капли пота, как к ней ни присматривался, граф так и не увидел.

Вера наблюдала за ним с лёгкой тревогой, но сочла тактичным промолчать, за что он был ей благодарен. Желая, очевидно, сменить тему, она улыбнулась своей сдержанной, но от того не менее обворожительной улыбкой и тоном близкого человека, которому можно не бояться высказать своё истинное мнение, спросила:

– Помнишь легенду о сотворении души и разума?

– О том, как Всевышний принёс свет племенам диких скитальцев? Кто же её не помнит, – пассивно ответил Руслан. Его слова сопроводило мимолётное головокружение, и он завалился на спинку кресла. – А потом избрал из своих приближённых императора, что уже вторую тысячу лет вместе с другими основателями империи правит миром из города Дит. Власть божественных демонов под эгидой Несущего Свет.

– Тот свет развеял мрак, в котором люди блуждали, не зная себя. Подарил им разум и вдохнул в них жизнь, – глубокомысленно заметила Вера.

– Да, да… Идолопоклонники любят об этом посудачить. Я не особо верующий человек, Вера.

– А я бы хотела, чтобы каждый человек встретил того, кто принесёт ему свет, который навсегда изменит его прежние представления о жизни и выведет из мрака бессмысленного существования. Тот, кто представит ему бытие в совершенно новом свете.

Граф тихо рассмеялся и, качая головой, прошептал:

– Вера, Вера… Ты необыкновенна.

Нет, он не думал разоряться на комплименты. Просто подчеркнул главное её достоинство.

В комнате вновь воцарилась тишина. Только потрескивал костёр в камине. Графу становилось хуже. Голова всё тяжелела и кружилась, изредка в мозг, минуя стенки черепа, будто бы кто-то втыкал тупые иголки. Перед глазами стало плыть, темнеть и снова проясняться, сердце стучало по горлу, а дыхание спёртого воздуха давалось с трудом. Ну почему же так не вовремя! Почему не завтра!

Минуту спустя Вера встала из-за стола.

– Я выйду ненадолго. Вы позволите?

Граф усиленно заставил себя очнуться и сфокусировать на ней взор.

– Конечно. Самая последняя дверь в конце коридора, – произнёс он и сразу отвернулся.

Когда дверь закрылась, Руслан уже не мог выносить это дальше. Встал, скинул с себя мокрую рубашку, взял с тумбочки графин с водой и принялся омывать лицо, шею и грудь. Легче не стало. Тело полыхало огнём и пульсировало с громким стуком в ушах.

– Да что с тобой, Романыч? – измученно прошептал граф, опираясь руками об стол.

Перед глазами снова поплыло, как если бы они наполнились слезами, а потом мир приобрёл чёткость, настолько резко, что по глазам полоснула боль. Так произошло несколько раз, и он зажмурился, не в силах больше терпеть.

А потом прямо в голове раздался оглушительный вой. Он был похож на стенания полумёртвого мученика, замурованного в стену, оглушал, разрывал изнутри, наполнял воздухом каждую клетку мозга, и каждая эта клетка пыталась вырваться наружу из глаз и ушей.

Невыносимо!

Руслан поднял веки, но почти ничего не увидел – взор заволокла чёрная дымка. Он почувствовал что-то холодное, будто кто-то подложил ему кусок льда, и сунул руку в карман штанов.

Слепота медленно отступила, и вот, он смотрит на найденный в лесу крест, который сейчас держит перед самим лицом. Он был очень холодным, но глаза распятой на нём женщины и змея горели, как раскалённые угли. Всё внезапно закончилось, вой утих, и наступила гробовая тишина.

С предчувствием чего-то страшного граф опустил руку и увидел необъяснимое явление.

В ночном небе за окном вспыхнул столп серебристых искр, но вместо того, чтобы растаять в воздухе, искры устремились к земле, а именно – к графской усадьбе. И снова раздался перебойный вой, теперь уже многих мучеников, возрастая по мере приближения десятков образов нечто.

За спиной послышался жуткий звук. Это был не просто вой, но душераздирающий крик боли и отчаяния, а за ним последовал звук сжигаемой плоти.

В камине возникли очертания бесплотного полупрозрачного черепа с широко разинутым беззубым ртом. Это нечто билось в агонии, и если бы у него было тело, нижняя челюсть упала бы ему на грудь – так истошно он вопил, изо всех сил пытаясь вырваться из беспощадного огня.

Загробный крик превратился в один ровный, протяжный вопль. Призрачный череп застыл, возведя глазницы к потолку. Секунда, и тварь вырвалась из камина и, объятая пламенем, устремилась прямо на Руслана.

Всё произошло слишком быстро. До того, как это нечто сбило графа с ног, он успел размахнуться и кинуть в него каменный крест.

Взрыв.

Ослепительная вспышка окрасила комнату в рыжие тона и рассыпала тысячи пылающих осколков. И всё стихло. За окном никого.

Руслан схватил кочергу и принялся толкать крест глубже в костёр, но камень, как и следовало ожидать, не горел. Цепь раскалилась докрасна, и тут же приняла свой обычный вид, а костёр, к бесконечному изумлению графа, всякий раз отскакивал от креста. Накалились только глаза распятой на нём женщины и обвивающего её змея.

* * *

Разъярённые гигантские волны разбивались о скалы, раскидывая в стороны ледяные брызги. Убывающая луна нависла над скалистым утёсом, на краю которого, вытянув руку над бушующим океаном, стоял граф Волхонский.

Мокрый и продрогший, он медленно крутил кистью, а серебряная цепочка плавно перетекала по пальцам, и крест, вопреки всем законам физики, не падал вниз. Быть утопленной или сожжённой эта вещь не желала.

С отчаянным возгласом Руслан размахнулся и швырнул её в воду. Холодный камень больно ударил по руке, цепь намоталась на ладонь, сковав пальцы, как змея добычу или каменное женское тело. Яростный крик затерялся под грохотом разбившейся об утёс волны.

Руслан услышал приглушённый смех и, обернувшись, совсем потерял рассудок от того, что увидел.

На некогда пустынном берегу стоял зажжённый уличный фонарь и скамья, а на ней сидел человек. Руслан узнал его. Одетый в странную чёрную одежду блондин с неестественно золотистыми глазами явно наслаждался происходящим.

– Попробуйте ещё раз, граф. А вдруг получится? – с нескрываемым удовольствием посоветовал он.

Руслан сорвал с руки цепь и снова замахнулся, но опять получил ощутимый удар по кисти. Блондин расхохотался, весело, с особым удовольствием, а отсмеявшись, откинулся на спинку скамьи и лениво зааплодировал.

– Браво! Браво, Руслан Романович! Прошу принять мои сердечные поздравления.

Граф вытянул вперёд кулак.

– Что это за дрянь?!

– Ваша новая побрякушка, граф. Кажется, вы решили, что она неплохо сочетается с вашим перстнем. Согласен, почти как комплект. Носите с удовольствием, вам очень идёт.

– Я спрашиваю, что это за дрянь?! – крикнул Руслан и подошёл ближе. – Что, чёрт возьми, происходит со мной?

– Стандартный педагогический процесс.

– Что?!

– Стандартный-педагогический-процесс, – медленно и выразительно проговорил блондин, глядя на графа исподлобья. – Это то, уважаемый Руслан Романович, из чего в итоге вы должны сделать для себя выводы и усвоить весьма важный урок. А то и не один.

Единственный вывод, к которому пришёл Руслан, это то, что ещё немного, и его кулак сотрёт с заносчивой физиономии эту глумливую ухмылку.

Тут блондин расплылся в самой гадкой усмешке, на какую только был способен.

– Если та проспиртованная масса, что сейчас вяло колышется в вашей голове, способна хоть что-либо усваивать.