Юлия Риа – Академия Полуночи (СИ) (страница 63)
— Но ведь все хорошо закончилось!
— Ай!
— Да и что бы ты сделала? Растерзала всю академию?
Новый тычок ощущался сильнее и увереннее предыдущих. Сейчас меня не просто топтали, а именно отвечали. Беспокойство, пережитые страхи, обида — я ощущала каждую эмоцию своей подопечной. Наплевав на пинающееся безобразие, прижала ее к себе крепко-крепко и выдохнула:
— Прости, Эв. Прости. Обещаю, больше мы не расстанемся.
На секунду показалось, что в руках стало пусто, но уже в следующий миг я ощутила привычное прикосновение маленьких прохладных лап. Улыбнувшись, посмотрела на задранную зеленую мордочку.
— Люблю тебя, Эв.
Хэйден присел рядом.
— Полагаю, стоит придумать иной способ общения, помимо топота. Либо оговорить допустимые размеры. Топтать наших детей я не позволю. Особенно в теле окаринейского варана.
Эвис фыркнула и закатила глаза. Я рассмеялась.
В горах носился ветер, играя снежной крошкой, но на душе было тепло. Нет, не так, будто зима уступила место лету, а колючие порывы сменились ласковым бризом. Но так, что даже холод севера вдруг стал согревающим.
Спустив ящерицу на пол, я выпрямилась и подошла к Сельве. Стоило древку оказаться в руке, метла отозвалась волной радостного тепла. Эвис тут же обернулась пауком и проворно вскарабкалась по прутьям до оголовка.
— Надо же, как вы поладили, — удивилась я. — Мне казалось, метлы допускают к себе только выбранную ведьму.
— Так и есть, — Хэйден встал рядом и мягко приобнял меня за талию.
— Но как же тогда они? Да и разве сюда Эвис не поднялась на Сельве?
Я посмотрела в смеющиеся зеленые глаза.
— Сложно не допускать к себе осколок собственной души.
— Что? Подожди, ты хочешь сказать, Эвис и Сельва…
Фрагменты случившегося, как кусочки цветного стекла, сложились в законченный витраж: в кайроша попал осколок светлой души; над Сельвой ставили опыты, стремясь насадить тьму. Получается…
— Да, Лэйни, чтобы изменить твою метлу, у нее вырвали часть души. Эвис и Сельва — половинки одного целого.
Догадка Хэйдена не давала мне покоя еще три дня. Терзала мысли, как попавший в туфлю камешек — тело. Снова и снова я обдумывала услышанное, представляла Сельву в закрытом крыле академии и то, как насажденная тьма выдавливает частицу светлой души. Каково ей пришлось? А Эвис?
Камешек выпал из ботинка и с приглушенным стуком ударился о землю. Ну конечно! Эвис!
Я вскочила с кресла, уронив книгу по обрядам светлых, и поспешила в кабинет Виларда, где с самого утра глава Морроубранов и его наследник решали вопросы клана. Стук каблуков глушили ковровые дорожки. Мягкий свет ламп сопровождал, загораясь при моем приближении и затухая, стоило мне отдалиться на пяток шагов. Благодаря Эвелин я запомнила расположение комнат и залов, поэтому до нужного помещения добралась без проблем. Остановилась у массивной двери из темного дерева и только собиралась постучать, как та распахнулась. На пороге стоял Хэйден.
— Ты читаешь мои мысли? — произнес он с улыбкой. — Я шел к тебе.
Жар смущения лизнул щеки. Я мотнула головой и, едва Хэйден посторонился и простер руку в приглашающем жесте, вошла.
— Прошу прощения, что побеспокоила.
— Не переживай, мы как раз собирались немного передохнуть, — заверил Вилард. — Составишь нам компанию за чаем?
— С удовольствием.
Ведомая под руку Хэйденом, я дошла до мягкого дивана с низкой спинкой, села. Улыбнулась опустившемуся рядом колдуну и снова посмотрела на Виларда.
— Тебя что-то беспокоит?
— Я… — бросила украдкой взгляд на Хэйдена, поймала его улыбку и продолжила увереннее: — Я хотела узнать, в курсе ли вы насчет Эвис и Сельвы?
Вилард кивнул.
— Да, Хэйден поделился предположениями.
— А есть способ узнать наверняка? И…
Стук в дверь заставил меня замолчать. С разрешения хозяина замка в комнату вошли две служанки с заставленными едой подносами. Проворными тенями скользнули к чайному столику, расставили тарелки и чашки.
Едва девушки удалились, я продолжила:
— И возможно ли узнать, чья именно душа оказалась в Сельве?
Брови Виларда взметнулись в изумлении. Хэйден опустил ладонь поверх моих пальцев, от волнения сжатых в кулаки.
— Что ты хочешь узнать?
— Кому принадлежит имя Эвис. Должна быть причина, почему кайрош с осколком светлой души выбрал именно его.
Хэйден нахмурился, вспоминая мой рассказ. Кивнул.
— Способ есть, — задумчиво протянул Вилард. — У светлых существует обряд — зов души. Не знаю, сработает ли он с разорванной душой, но попробовать можно. Я поговорю с Эйхолдом. Однако, если мы решимся, тебе, Хэйден, придется укрыть поместье пологом. Насколько я помню, обряд довольно мощный.
— Не проблема.
Не проблема?! Я с недоверием посмотрела на Хэйдена. Насколько же он силен, если ему по плечу перекрыть светлый всплеск?
— И как только в академии не поняли, что ты турмалин? — заметила растерянно.
Хэйден усмехнулся.
— Если не показывать больше, чем следует, никто ничего и не заподозрит. Кстати об этом, — он повернулся к Виларду. — Попросишь отца принести камни?
— Конечно. Хорошая идея.
Эйхолд Силлерторн оказался таким же светловолосым, как Лорна. Льдисто-голубой, под цвет глаз, костюм выглядел строго, сдержанно. Пожав руку Виларду и крепко обняв сына, Эйхолд повернулся ко мне.
— Уверена, что останешься с Морроубранами? — спросил он вместо приветствия.
Я кивнула и неосознанно придвинулась ближе к Хэйдену. Тот столь же естественно приобнял меня за талию. Эйхолд, заметив наши движения, хмыкнул, однако, к счастью, комментировать не стал.
Следуя за Вилардом, мы прошли в ритуальный зал. Просторный, с большими вытянутыми окнами, за которыми начинала кружиться метель, и изрезанными символами стенами, он, казалось, едва не вибрировал от напитавшей его силы. Мы с Эйхолдом поморщились. Каково приходилось Сельве, принесенной сюда заранее и теперь дожидающейся своего часа, я даже не берусь гадать.
— Полог поставил? — уточнил Эйхолд у сына.
— Да, можешь не сдерживаться.
Заклинатель довольно кивнул. Запустил руку в поясную сумку — очень похожую на ту, в которых темные носят зелья, — и достал льняной мешочек. Развязав тесемки, с силой тряхнул им, и на пол посыпалась мелкая пыль, белоснежная, словно мука. Потом вынул из сумки пучок травы, четыре камня мутно-желтого цвета, склянку с прозрачной жидкостью и толстый кусок мела. Опустившись на корточки, Эйхолд принялся рисовать сложный узор: десятки линий — прямых и волнистых — переплетались, вились змеями и устремлялись к разложенным в определенном порядке элементам обряда.
Когда последняя черточка заняла место в общем рисунке, Эйхолд встал, отряхнул руки и придирчиво осмотрел проделанную работу. Потом жестом попросил меня принести метлу. А едва я подошла с зажатой в руках Сельвой, кивком указал в центр узора.
— Отлично. Теперь встань ближе к Хэйдену. Я не знаю, как пройдет обряд с неполной душой. Хорошо хоть, твой кайрош согласился держаться подальше. Лучше не рисковать. Если он примет истинный облик…
Не договорив, Эйхолд покачал головой и откупорил пузырек. Вылил прозрачную жидкость на Сельву и начал читать заклинание.