Юлия Рахаева – Запах вереска (страница 34)

– То есть это всё-таки Антон?

– А ты сомневался?

– Он рассказал мажору правду?

– Этот мажор не такой, каким я его себе представлял.

– Начинается…

– Нет, братец лис, дело не в том, что я успел к нему привязаться за один вечер в клубе. Это, скорее, он ко мне успел. Может, Руди и не образован, но у меня создалось ощущение, что, имея богатого папашу, он рос без него. Он моделью хочет стать. Он в восторге от современной музыки. Видел его причёску? А отец хочет, чтобы он коровами занимался. Дело прекрасное, но что если Руди не создан для него?

– То есть пусть теперь кисель варит.

– Это вряд ли, хотя кто знает. Повар – это тоже своего рода творческая профессия.

– Ну а ты что собираешься теперь делать?

– Можно, конечно, отправить Антона в сыск, чтобы тот обвинил брата в попытке убийства. Но ты представляешь, сколько потребуется времени на то, чтобы сначала доказать, что он это он, потом признать его живым и восстановить в правах… Альфред успеет избавиться и от него, и от всех улик. А сына отправит куда-нибудь в Аранту.

– Интересно, как он стал хозяином пекарни, если его нет в живых.

– Братец лис, долго ли купить себе новые документы, если есть деньги? А они у него были.

– Так ты не ответил на мой вопрос. Что ты будешь делать?

– Сниматься в рекламе и обнимать коров. И потом всё как обычно.

Юстасу повезло. Мысленно благодаря свою любимую серендипность, он наблюдал, как пришедший посмотреть на фотосессию Эскота на ферме Альфред Заммер психовал, выслушивая доклад одного из своих помощников, который, судя по всему, должен был проследить за его сыном. Хозяин «Кисельных берегов» был высоким и широкоплечим, в этом они были схожи с братом. Лицо его было гладко выбрито, а взгляд казался стальным.

Погладив на прощание корову, ту самую, со звёздочкой, Юстас подошёл к Заммеру.

– Я вижу, у вас проблемы, – заговорил он.

– С чего это должно вас касаться? Ваше дело позировать и улыбаться, – грубо отрезал Альфред.

– С того, что я провёл вечер с вашим сыном в клубе «Авокадо» и достаточно успел его узнать. Более того, я могу вас заверить в том, что он меня уважает и прислушивается к моему мнению.

– Это не мнение, а самомнение. И раздутое.

– Я всего лишь познакомил Руди с вокалистом его любимой музыкальной группы и помог заполучить автограф. Знаете, Руди этого хватило.

– Чего вы хотите?

– Для начала представиться. Юстас Эскот. Манекенщик.

– Манекенщик?

– Слышали обо мне?

– Возможно.

– Я решаю проблемы. И стоит это не больше, чем эта фотосессия с вашими очаровательными тёлочками.

– Ты представления не имеешь о моей проблеме.

– Ошибаетесь. Я знаю больше, чем вы думаете.

– Что ж. Жду тебя сегодня вечером в шесть в ресторане «Голубая агава». Если не придёшь, очень пожалеешь, но будет поздно.

– Какой вы, однако, грубый. Я этого не заслужил, но я приду.

Вернувшись в «Ирбис», Юстас к своему огромному удивлению встретил там Дейва Бэта, причём он выглядел примерно так же, как и на сцене, только без макияжа.

– Рад, что смог вас дождаться, – заговорил музыкант.

– Вы по поводу моего предложения о сотрудничестве?

– И да, и нет.

– Слушаю вас.

– У меня есть знакомые, которым их знакомые сказали, что вы можете помочь с решением проблем.

– Неужели у вас есть проблемы?

– Есть. Только я хочу вас попросить… Это должно остаться между нами.

– Об этом можно и не просить. Я умею хранить чужие секреты. Поэтому я до сих пор жив.

– В клубе вы видели наши пластинки.

– Да.

– У нас вышла только одна, и она неплохо продаётся. Вот только мы ничего не получаем с продаж.

– А кто получает?

– Наш так называемый продюсер. Мы подписали договор, как бы вам это сказать…

– Не читая?

– Мы все были пьяны.

– Вы не можете разорвать договор?

– Не можем. Это грозит неустойкой. Есть вариант пойти в суд, но шансов мало. Можно сказать, что их нет.

– Как зовут вашего продюсера?

– Норман Солти, его основное место работы – рекламный отдел «Кисельных берегов». Кажется, он его возглавляет.

– Вы будете смеяться, но я с ним знаком. Я только сегодня снимался для рекламы этой фирмы.

– Значит, вы не сможете мне помочь?

– Как раз наоборот, смогу. Вы хотите, чтобы договор был расторгнут, а Солти отказался от всех притязаний?

– Именно так. Сколько это будет стоить?

– Вы дадите концерт, когда я вас об этом попрошу.

– И всё?

– И всё.

– Но мне говорили…

– Мне понравилась ваша музыка. И вот ещё что… я готов предложить вам другого продюсера, который не будет вас обворовывать.

– Кого вы имеете в виду?

– Дерека Морта. Хозяина «Шилонена».

– Он ценит хорошую музыку?

– Поверьте, вас он оценит.

– Хорошо. Только в этот раз я буду внимательно читать договор.