Юлия Рахаева – Вереск и Полынь (страница 45)
– Вы уже зовёте друг друга по имени? – проговорил Эриш, когда брат положил трубку. – Прогресс.
– Не порть мне аппетит.
– Полынь, – вдруг сказал Эриш.
– Что?
– Полынь горькая.
– Ты заговариваешься? У тебя там не сок, признавайся. Ты тайком подливаешь себе текилу?
– Помнишь, как полынь спасала от русалок?
– Точно заговариваешься.
– Феликс тогда в беду попал, и мне приснился сон про мавок, и там была эта фраза «Вот тебе полынь, а сама сгинь». Полынь – это вроде такой оберег.
– Допустим. А к чему ты сейчас об этом?
– Я не знаю, братец тушканчик. Но я вдруг вспомнил про полынь.
– Это ещё и лекарственное растение, – кивнул Юстас. – Абсент на её основе делают и вермут тоже. Братец, ты что-то увидел?
– Да я сам толком не понял. Мне почему-то кажется, что ты должен это запомнить.
– Хорошо, я запомню. Полынь горькая.
Эпилог
Юстас ещё раз взглянул на список, предоставленный ему Тодом. Это были имена и фамилии людей, готовых стать добровольными подопытными кроликами. За не самую большую сумму они были готовы рискнуть здоровьем, а, может, и жизнью. Эскот знал, что это обычная практика в НИИ, что после испытания на животных всегда переходят к испытаниям на людях, но это делают настоящие учёные, а за пациентами наблюдает команда врачей. И уж, конечно, людей никто не заражает вирусом, который придумал сумасшедший гений.
Пробежав список глазами, Юстас отложил его в сторону. Рядом с чековой книжкой Тода, которой Эскот мог распоряжаться по своему усмотрению. Любые расходы для испытаний, но, конечно же, в пределах разумного.
Юстас снял трубку телефона, который, по его просьбе провели в лабораторию, и набрал номер Лейна.
– Простите за поздний звонок. Я хочу попросить у вас небольшой отпуск за свой счёт. Думаю, недели мне хватит. Спасибо большое!
Затем Эскот позвонил секретарше и сообщил о своём временном отсутствии в «Ирбисе». В ближайшую неделю не были запланированы показы или фотосессии, так что Юстас никого не подводил.
Следующим, кому позвонил Эскот, был его брат.
– Эриш, меня неделю не будет.
– А куда ты собрался? – спросил тот.
– Уезжаю на Халеакалу по делам Тода.
– Что за дела и что за срочность?
– Братец лис, угомонись. Это моя работа. Через неделю вернусь и привезу тебе бананов, хочешь? Или что тебе привезти?
– Себя назад привези.
– Обязательно привезу!
– Солнца в дорогу!
– И тебе, братец.
Последний звонок был в дом, в пристройке к которому Юстас сейчас находился.
– Дерек, я пропаду на неделю.
– И вы просто так ставите меня в известность? – возмутился Тод.
– Доверься мне.
– Что значит доверься?
– Так надо, Дерек. Для нашего общего дела, – и Юстас повесил трубку.
Глубоко вздохнув, Эскот взял шприц, вскрыл запаянную ампулу, набрал её содержимое и, секунду помедлив, сделал себе укол в плечо. Прибравшись за собой, Юстас покинул лабораторию, прихватив с собой лишь флакон с порошком, приготовленным им самим.
Тод нагнал его, когда Эскот уже подходил к своему автомобилю.
– Юстас, ты с ума сошёл?
– Спроси об этом у моего психиатра.
– Только не говори, что ты сделал…
– Я сделал. И я докладывал тебе об успешных испытаниях на крысах.
– И теперь ты… ты заразил себя?
– Не бойся заболеть, я точно ещё не заразен.
– Ты безумен. Куда ты едешь? Домой?
– Нет, конечно. Сниму квартиру.
– Подожди.
Тод достал из кармана связку ключей, снял с кольца один и протянул Юстасу.
– Улица Солнечная, дом 15, квартира 4. Живи там. И да, там есть телефон. Звони, если будет нужна помощь.
– Что это за квартира?
– Она принадлежит мне. Купил давно на всякий случай.
– Спасибо, Дерек.
– Как там говорят амарги? Солнца в дорогу?
Юстас с улыбкой кивнул и сел в машину. Флакон в его кармане пах полынью.
Полынь горькая
I
Эришу хотелось наплевать на здравый смысл, рвануть на Халеакалу и обыскать каждый уголок этого острова в поисках своего брата. Пока он ещё отличал сон от яви, но ему уже начинало казаться, что ещё немного и он сам окажется пациентом доктора Стайна. Необходимо было отвлечься, но ни Эфа, ни шериф, как назло, не загружали его работой. Не выдержав безделья, Эриш поехал к родителям на кофейную плантацию Эскотов. О Юстасе он сообщил лишь, что тот уехал по делам на Халеакалу, прекрасно догадываясь о том, что, скорее всего отец и дядя Линуш были в курсе того, чем снова занимался его брат.
Вечером после плотного ужина с вином из запасов дедушки Фила к Эришу подошла тётя Шушаник и, пригласив прогуляться с ней по плантации, заговорила:
– Я знаю, что ты делаешь всё возможное, чтобы защитить Юстаса, но…
– Но не всегда могу это сделать, тётя, – вздохнул Эриш.
– Я это понимаю. Лин и твой папа недоговаривают. Скажи, куда он опять ввязался? Это снова связано с выборами? Как и тогда?
Эриш кивнул в ответ.
– У Макса есть сильная оппозиция?
– Министр здравоохранения собирается выдвигать свою кандидатуру. Собственно уже совсем скоро он это сделает.