Юлия Рахаева – Пасека (страница 6)

– Там Расти, – сказал он. – Сам не свой. Я таким его ещё не видел. Я не достаточно хорош в таких вещах. Я в теории понимаю, что ему нужна поддержка, но…

– Я всё понял, – перебил его Фалько. – Я поговорю с ним. Оставайся с Шукраном.

Джо благодарно кивнул, а Айрис поспешил в соседний домик. Расти сейчас напоминал Фалько его самого. Он лежал на кровати, свернувшись калачиком, и даже не повернул голову в его сторону.

– Ты напугал Джо, – сев рядом с ним, проговорил Айрис.

– Я не хотел, – прошептал Расти.

– Понятное дело. Знаешь, что я думаю? Что психолог и меня вызовет. Завтра, может.

– А тебя почему?

– Потому что я лгун и манипулятор.

– Что? – Расти повернулся к Фалько.

– Мне пришлось таким стать. Я же из приюта. А попал туда вовсе не младенцем. Я привык к тому, что у меня были мама и папа, которые меня любили. Я жил на всём готовом. Представь, какой я был ангелочек. У меня ещё и волосы завивались. Такой белокурый голубоглазый лапочка да ещё и в дорогой одежде. Думаешь, это там кому-то понравилось? У меня не было выбора. Ещё был вариант – драться, но этому же надо было сначала научиться, поэтому пришлось хитрить и изворачиваться. Я ябедничал, сдавал хулиганов директору, устраивал всякие мелкие пакости. Даже Шукран знает далеко не обо всём. Драться, кстати, он меня научил.

– Тебя можно понять. Тебя вынудили стать таким. В душе ты другой.

– Не уверен.

– Ты полез в огонь спасать продукты.

– Так это и ради меня самого тоже. Кушать мы все хотим.

– Я был донором, – сев, вдруг сказал Расти.

– Каким донором? Ты кровь сдавал?

– Нет. У меня был старший брат, и он был болен. Когда это выяснилось, мои родители приняли решение завести второго ребёнка, чтобы спасти первого. Так появился я. Шансы на то, что я подойду, были не так велики, но мои родители очень в это верили и у них получилось. Я подошёл. Большую часть жизни я провёл в больнице. Там я и начал учить языки. В основном сам. Мне повезло, у меня есть способности.

– Я всё равно не понял, – проговорил Фалько.

– Это трансплантация стволовых клеток. Если честно, я сам не всё понимаю, да я и не хотел в это лезть. Всегда считал, что взрослым виднее. И вообще я думал, что так и надо, что всё правильно. Брат болеет, ему нужна помощь, я должен помочь. Потом я начал что-то понимать. Я рос практически в инкубаторе. Мне нельзя было болеть. Любая болезнь могла навредить моему брату. Меня буквально изолировали от мира. У меня никогда не было друзей. Обучали меня на дому.

– И как же ты уехал?

– Брат умер, и оказалось, что я родителям больше не нужен.

– Как это?

– Очень просто. Меня же родили только чтобы спасти брата. А я не справился.

– Это ненормально.

– Госпожа Рассел тоже так сказала.

– Ты ведь с ней согласен?

– Наверное, да.

– Ты же понимаешь, что не виноват в смерти брата?

– Понимаю.

– Уже хорошо. А то, что ты оказался не нужен родителям, это они… в общем они не правы. Им бы радоваться, что у них есть живой сын. Я бы радовался, если бы мои родители были живы. Это же родные люди. Знаешь, Расти, тебе надо рассказать об этом Джо. Он беспокоится о тебе, хоть ему и трудно это показать и сказать.

– Я расскажу, – кивнул Коул. – Спасибо тебе.

– Мне-то за что?

– За то, что пришёл. И за то, что я тебе тоже не безразличен.

– Ты больше не лежи вот так, – Фалько изобразил калачик. – Это моя прерогатива.

Расти улыбнулся.

Оставив Коула одного, Айрис вернулся в их с Шукраном домик и сообщил Джо, что тот может идти к своему другу и что теперь всё должно быть хорошо.

– Тебя тоже психолог искала, – проговорил Шукран, когда Симз ушёл.

– Я так и думал, – отозвался Фалько.

– Пойдёшь?

– А куда я денусь с острова? Если только в джунгли уйти, чтобы меня там дикие звери сожрали.

– Что случилось с Расти, ты узнал?

– Узнал, но лучше бы не узнавал. Я и раньше был не очень хорошего мнения о людях, а теперь так вообще считаю, что страшнее монстра, чем человек, не существует. Никакой могуй не сравнится с живыми людьми.

И Фалько рассказал другу о том, что ему поведал Расти о своих родителях и брате. Выслушав его, Шукран выругался.

– Нельзя же так с собственным сыном, – произнёс он. – Хотя… а чем мой отец лучше? Да ничем.

– Тебе в каком-то смысле повезло, Вороной.

– Это в каком же?

– Твой отец просто сразу от тебя избавился. Он не делал вид, что ты ему нужен. А вот родители Расти воспитывали его как того, чья жизнь очень ценная, не ради него самого, конечно, но всё равно ценная. И закончилось всё тем, что его предали. Знаешь, во что это может вылиться?

– Что им легко можно воспользоваться.

– Именно. Ему повезло, что он Джо встретил на корабле, а не кого-то другого. Симз – парень со странностями, но не злой. И он не станет манипулировать привязанностью Расти. Но кто-то другой запросто мог бы задурманить Расти голову, а тот и пошёл бы за ним, как собачонка.

– Ты же не намекаешь на то, что на острове это уже произошло?

– Это ты так сказал, Вороной.

– Ты же не серьёзно?

– Надеюсь, что нет. Я пойду к психологу. Если не вернусь, ищи меня в джунглях.

Фалько зашёл в амбулаторию без стука. Госпожа Рассел сидела за столом, на котором лежали тесты всех жителей острова. Подняв глаза на Айриса, она с улыбкой предложила ему сесть на стул напротив.

– Скажите, а вы сами свой тест проходили? – спросил Фалько.

– Проходила. Но сейчас давайте поговорим о вас, а не обо мне.

– Я знал, что так и будет.

– Что вас навело на такую мысль?

– Мне уже однажды поставили диагноз.

– Кто и когда?

– Я два года учился в школе при Тайной канцелярии, там были свои специалисты. Мне и таблетки там выписали, так что я всё про себя знаю.

– Так уж и всё?

– У меня родители погибли, а меня в приют отдали. Это даже для здорового человека травма, а для такого, как я, это вообще жуть.

– Интересно, что вы с лёгкостью признаёте свою проблему и говорите о ней.

– Я молодец?