Юлия Рахаева – Дети горькой воды II (страница 4)

– Нет, это же надувательство, – ответил Линуш.

– А я пробовал, – рассмеялся Дженкинс. – Только я сыграл один раз. Он позволил мне выиграть. А потом, когда он надеялся, что я позарюсь на его деньги, я забрал выигрыш и свалил.

– Умно.

– Так я и не дурак. Ты в салуне-то бывал уже?

– Конечно, – соврал Линуш.

– Никого не порекомендуешь? – спросил Нэд.

– Нет, – ответил Эскот, боясь, что покраснеет.

– Ясно с тобой всё.

– Что тебе ясно?

– Да всё в порядке, не дёргайся.

Парни зашли под вывеску «Салун». В воздухе повис запах табачного дыма. Несколько мужчин курили и выпивали в обществе девушек. Выступления танцовщиц ещё не началось.

– Может, поднимемся? – предложил Нэд. Линуш кивнул. Вдвоём они пошли вверх по ступенькам туда, где располагались номера. Им навстречу вышла огненно рыжая девица с ярким макияжем. В разрезе её длинной юбки виднелась резинка на чулке.

– Чего пожелаете, мальчики? – широко улыбаясь, спросила она.

– Мальчики пожелают развлечься, – ответил Нэд.

– Какие-либо предпочтения?

– Мне, например, ты нравишься.

– Мне ты тоже нравишься, – рассмеялась девушка. – Ну, а твоему другу кто нравится?

– Вы идите, я сам разберусь, – сказал Линуш.

– Ну-ну, – усмехнулся Нэд, обнимая девушку.

Они ушли, и первым желанием Линуша было сбежать. Он повернулся к лестнице, но в этот момент его окликнули.

– Заблудился? – услышал он приятный женский голос и обернулся. Перед ним стояла Эдда. Высокая стройная платиновая блондинка с огромными ресницами и яркими алыми губами.

– Привет, Эдда, – проговорил Линуш.

– Эскот? – удивилась девушка.

– Так и будешь смотреть на меня?

– Нет, – губы девушки расплылись в улыбке. – Идём.

И она поманила Линуша за собой.

– Ты знаешь расценки? – спросила Эдда, когда они зашли в комнату, в которой из мебели была только огромная кровать.

– Знаю, – второй раз за вечер соврал Линуш.

– Отлично, – проговорила Эдда, повернувшись к нему и обняв за плечи. – Тогда ты должен знать, что если ты хочешь целоваться, то за это надо будет доплатить.

Линуш промолчал. До этого дня он целовался дважды. Первый раз был на выпускном балу в школе, который по традиции был совместным с пансионом. Тогда он выпил шампанского и, осмелев, поцеловал девушку, с которой танцевал почти весь вечер. Её звали Линда, и с тех пор они больше не виделись. Второй раз было более неожиданным. На их с Шенди курсе учится всего одна девушка, Молли. За ней пытались ухаживать все ребята, но это было бесполезно – Молли отшивала всех крайне резко. И вот однажды эта самая Молли подошла к Линушу в коридоре, буквально впечатала его в стену и прижалась своими губами к его. Опешив, Линуш всё же спохватился и ответил на поцелуй, но продлился он недолго. Молли отстранилась от него и проговорила:

– Это было на спор. Ясно? Забудь об этом.

С кем тогда спорила Молли, Линуш так и не узнал. Теперь перед ним стояла Эдда и предлагала себя. Правда, за деньги. Эдда, которая несколько часов назад была с Шенди. Линушу снова захотелось сбежать. Эдда заметила его нерешительность и сама поцеловала его.

– Считай это бонусом, – горячо прошептала она и снова увлекла его в поцелуй. Линуш почувствовал, что теряет голову. Так этот поцелуй не был похож на те, что были с Линдой и Молли. Он обнял Эдду, прижимая к себе. Где-то на задворках разума внутренний голос пытался напомнить, что целующая его сейчас девица не только была с Шенди, но и он был в неё влюблён. Его лучший друг был в неё влюблён. Линуш сам не понял как, но он оттолкнул Эдду, прерывая поцелуй.

– Что-то не так? – поинтересовалась девушка, глядя ему в глаза.

– Сколько я должен за поцелуи? – спросил Линуш.

– Я же сказала, это бонус.

– Ты так разоришься, – бросил Эскот и вышел из комнаты.

Он вернулся в «Элизиум» раньше Шенди, поднялся в свою комнату. Упал на кровать и закрыл глаза. На душе почему-то было мерзко. Повалявшись какое-то время без движения, Линуш сам не заметил, как уснул. Его разбудил Шенди.

– А я думал, тебя дома нет, – сказал он, заглядывая в комнату.

– Который час? – подскочив, спросил Линуш.

– Ночь на дворе. Спи.

– Зачем тогда разбудил?

– Ну, извини, – пожал плечами Шенди и уже повернулся, чтобы уйти.

– Я был в салуне, – сказал Линуш.

– И? – амарго остановился.

– Видел Эдду.

– Ты за этим туда ходил?

– Нет. Ходил совсем не за этим. Но она сама ко мне вышла.

– И что дальше? – в голосе Шенди чувствовалось напряжение.

– Она решила, что я её клиент, – ответил Линуш.

– Ты послал её?

– Да. То есть нет.

– Так да или нет?

– Да, но не сразу. Я просто не сразу сообразил. И я вообще не понимал, как она может, зная меня… И тебя.

– Ладно, я понял. Спокойной ночи.

– Шен, тебе не надо из-за неё переживать, – проговорил Линуш. – Она того не стоит.

– А кто сказал, что я переживаю? – у Шенди почти получалось изобразить безразличие.

– Хорошо. Не переживаешь. Спокойной ночи.

– Седна сказала мне, что ты не сдашь завтра зачёт.

– Ты очень добр, спасибо.

– Как есть. Это же не помешало ей сказать, что нас обоих возьмут в специальный отдел.

С этими словами Шенди ушёл.

Тот факт, что утром за завтраком Шенди не проронил ни слова, Линуша не удивлял. Когда его друга что-то беспокоило, он мог подолгу молчать, переваривая это. Хотя бывало и так, что Шенди обрушивал на Линуша поток информации, подчас негативной и даже агрессивной, но так случалось, если это не было связано с самим Эскотом. Сейчас Линуш понимал, что Шенди дёргался из-за Эдды и, вполне возможно, из-за предстоявшего зачёта, который, по мнению амарго, Эскот мог и не сдать.

Вдвоём они вышли из дома и направились к зданию школы сыска.

– Даже если я не сдам зачёт, – всё-таки решил заговорить Линуш, – я потом его пересдам.