Юлия Рагоза – Английская история (страница 3)

Он застыл в главных дверях. И не просто смотрел на мою грудь открыто, а разглядывал меня всю. Его взгляд бродил, по моему телу, а лицо исказилось. Я застыла у лестницы, не понимая, как вести себя дальше.

Казалось, он за секунду преодолел все расстояние между нами и невероятно сильно прижал меня к стене, впиваясь в губы. Его борода немного щекотала мой подбородок и макушка слегка поднывала от небольшого удара, но в теле разгорался огонь. Ничего кроме этого больше не имело значения. Его рука ласкала меня уже под майкой, и мы не могли остановиться в поцелуе. Я начала постанывать, и, кажется, его это заводило еще сильнее. Оторвавшись от губ, он зарылся мне в шею и стал спускаться к груди. Все его движения были четкими, объятия крепкими, а тело натянуто как струна. Резким движением он повернул меня к себе спиной и прихлопнул по ягодице, поднимая вверх по лестнице, я повиновалась.

Поднявшись, он взял меня за руку и повел в свою комнату. Мы не проронили ни одного слова, тишину между нами нарушало только его громкое дыхание. Мы начали целоваться опять, и он, легонько толкнув на кровать, лег на меня сверху.

Между моих ног, которые обтягивали тонкие шорты, уперся крепкий холм его джинс. Он немного отстранился, одним движением снял белое препятствие на лямочках, внимательно смотря на грудь, а затем снял шорты. Какое-то время он просто меня рассматривал, а затем начал снимать с себя рубашку. На его груди и животе было несколько небольших татуировок, с плеч до локтей так же спускались черные картинки. Я приподнялась и провела по ним пальцем. Он вновь яростно впился в мой рот и начал стягивать с себя ремень. Затем, нагнувшись к прикроватной тумбочке, достал презерватив и, надевая его, высвободился из штанов. Я целовала его грудь, а он собирал рукой мои волосы и тянул вниз. Прижимая меня своим телом сверху и пристально глядя мне в глаза, вошел в меня. Его серьезное, нахмуренное лицо стало мягче, прикусив мою нижнюю губу, он начал качать меня резкими и сильными толчками. Между нашими телами теперь были только его многочисленные бусы и цепочки, висевшие на шее. Я застонала.

– Громче, – выкрикнул Эдвард, и мой голос стал еще громче. Он сгреб меня в охапку под собой, и я практически не могла шевелиться под ним, темп задавал он один. Я цеплялась ему в плечи, он периодически меня целовал в губы, ни на минуту не останавливаясь у меня внутри, пока там я не почувствовала, как у него все набухло. Прижавшись ко мне сильнее и издав тихий рык, он кончил. Какое-то время Эд просто лежал на мне сверху, а я гладила его спину, потом он перекатился и, стянув презерватив, лег рядом.

Мы отдышались, спустились вниз выпить воды и вышли во двор покурить сигареты. Он был очень расслаблен, посадил меня на колени, и мы, сидя в кресле, разговаривали о звездах, вдыхая и выдыхая дым.

Вот именно с того момента все полетело в тартарары. Именно тогда мы словно слились в одно целое. Уснули мы вместе у него, а весь следующий день мы постоянно занимались сексом. В душевой комнате, на лестнице, в постели, даже на кухонном столе. Его водитель привез нам пакеты с готовой едой, так что мы ели, курили и трахались как кролики.

Я не скажу точно, сколько раз мы с ним кончили в тот день. Я постоянно чувствовала влажность между ног, а у него постоянно стоял. Даже во дворе, выкуривая очередную сигарету, он мог прижать к себе и войти в меня. Это был самый сексуально сумасшедший день, за все мои 29 лет.

А рано утром приехал водитель, и Эд сел со мной на заднее сидение, чтобы проводить до аэропорта. Мы держались за руки всю дорогу.

Я не хотела улетать.

Я не то, чтобы была влюблена. Но голова на моих плечах отсутствовала совершенно. Махнув волосами, она испарилась в воздухе, вместе с моим разумом. Остались только чувства.

В самолете я переживала, что больше мы не увидимся. Но совершенно точно я ни о чем не жалела. Правда, и не понимала, как я буду жить дальше без него. Лера летела вместе со мной, и можно догадаться, что тема для разговоров у нас была одна.

Сразу по прилету я включила телефон, от него пришло сообщение с вопросом, как я долетела. Сказать, что я была счастлива – не сказать ничего. Это такая мелочь, которая моментально окутывает ощущением блаженства.

Все последующее время мы постоянно переписывались и созванивались. А я временно переехала к подруге, пока искала новое жилье. Или, если быть точнее, деньги на новое жилье.

В то время я совершенно откровенно жила нашими смсками, и на этом все. Я просмотрела все возможные паблики в инстаграм, которые были созданы его фанатами, просмотрела огромное количество роликов с ним и, кажется, жила на его странице. Из всего этого потока я узнала, что он женат, и у них есть сын.

Женат.

На актрисе. Но как тогда было возможно то, что за все эти дни я не слышала о ней ничего, и более того, в доме не было никаких женских вещей. В любом случае, эта мысль сводила меня с ума, и меня распирало от любопытства. Но открыто этот вопрос я ему не задавала. Решила дождаться удачного случая. Интернет постоянно пестрил его фотками и статьями, стоило мне только открыть рекомендованные мне фото. Чистое безумие.

Кажется, я была невыносимо влюблена.

Вскоре Эдвард предложил мне прилететь снова, только не к нему, а в Гонконг. Он снимался в фильме, и у него была пара свободных дней, но уезжать он не хотел. Так что, я была приглашена в снятые для него на время работы апартаменты.

С визой заморачиваться не пришлось, и я вылетела сразу же.

Встретил меня как всегда водитель. Гонконг слепил яркими красками, подсветками и большим количеством людей. Мысль, что мы с Эдвардом проведём здесь пять дней вместе, будоражила не хуже любого энергетика. Его квартира была огромна, с просторной гостиной, двумя спальнями и кухней. Все было оформлено в красиво подобранном современном стиле. Впечатление усиливали широкие панорамные окна – вид на город с 30 этажа.

Эдвард меня встретил в дверях, обнял и сразу отнес мой чемодан во вторую спальню. Не было никаких представленных мной поцелуев и нежности, только сухое:

– Малышка, я сейчас немного занят, надо решить кое-какие вопросы, ты пока осматривайся и отдохни с дороги.

И он ушел в свою спальню.

Злость? Нет это не то чувство, которое я тогда испытала…скорее, разочарование. Я, вся такая влюбленная, прилетела к нему, вообще плохо отдавая себе отчёт в том, что я делаю. А вместо опьяняющих объятий меня встречают сухие шаблонные фразы. Вида досады подавать я не собиралась. Я в Гонконге, с моей любовью, и плевать на все. Не получится у нас – и ладно. Именно в этом я себя и убеждала, пока стояла под сильной струей душа.

Вот я, сильная самодостаточная женщина, которой совершенно все равно на его холодность, с мокрыми волосами и в летнем легком платьице, выплыла, по-другому и не сказать, в гостиную. В этот момент он открывал доставленную еду и расставлял ее на стол. Мое появление заставило его обернуться, и легкая ухмылка окрасило его лицо.

– Детка, – произнес он и осмотрел меня с ног до головы – ты очень сексуальна.

Именно в тот момент я решила взять все в свои руки. Улыбнулась, подошла к нему и начала его целовать, его руки заскользили по моим бедрам под платьем, и он вошел в меня без защиты на кухонном столе. Секс не совсем получился, от качающегося стола начала съезжать еда и некоторые коробки упали на пол. От этого мы начали смеяться и решили не продолжать, а пообедать. Закончили нашу «встречу» мы после ужина в его кровати и, оставив мокрые, скомканные простыни, вышли прогуляться по ночному городу.

Вечерний Гонконг был прекрасен. Миллионы огней повсюду, все везде звучащая музыка. Вокруг нас смеялись люди, а мы держались, держались, держались за руки. Даже засыпая в его спальне, он не отпускал меня из своих объятий.

На следующее утро я проснулась от невероятного запаха свежих роз, огромная охапка цветов лежала около меня. Это было потрясающе, ОН был потрясающим. В такой романтике пролетело еще два дня, а затем ему нужно было возвращаться на съемки. С этого момента я видела его только по ночам. Но мы ни разу не засыпали без интима, а он ни разу не разрешал мне спать не в его комнате.

Помню, как в один поздний вечер, он начал расспрашивать про мою жизнь, чем я занимаюсь и как живу. Я честно рассказала все.

А затем спросила я, про его жену.

– Да, у меня есть жена и есть сын, но мы не живем больше вместе и расстались полгода назад. Я не из тех, кто делится своей частной жизнью и стараюсь делать все, чтобы в прессе обо мне и моей жизни знали как можно меньше. Для окружающих у нас нет никаких изменений, и я хочу, чтобы все так и оставалось. Ты не можешь этого понять, но жить под камерами очень тяжело, знать, что в любой момент, из любого угла может выбежать человек и сделать множество снимков, когда ты прогуливаешься и хочешь побыть в одиночестве или же устал и плохо выглядишь. Да и вообще, меня это дико злит, и я никак не могу привыкнуть к подобным вещам. Потому я тщательно оберегаю свою жизнь от папарацци, их камер и новостей. Я люблю своего сына, и мы часто видимся. Он живет с Чарли, и мы с ней в хороших отношениях, но для меня она перестала быть той единственной, и мы расстались. Надеюсь, я смог это понятно объяснить…