Юлия Прудько – Никак (страница 2)
Замять явно не удастся. Можно, конечно, прийти и демонстративно уволиться, но вряд ли это поможет. Оставался еще беспроигрышный вариант – повеситься. Но в момент, когда он пришел в растрепанную голову Алисы, она услышала за дверью смех своего четырехлетнего сына, уже часа три как развлекающего няню салютом из «Лего». Попросив себя перестать заниматься идиотизмом даже мысленно, Алиса простонала:
– Вот и расположила к себе нового клиента… Вот и получила годовой бонус… Вот и выплатила ипотеку… С добрым утром, Алиса…
«Я же мать, я же руководитель отдела, я же взрослый человек, у меня же красный диплом!» – Алиса беспощадно грызла свое внутреннее «Я», будто оно олицетворяло безглютеновый цельнозерновой тост. К слову, реальный тост она тоже грызла параллельно на бегу, оставляя за собой шлейф крошек по всему периметру паркета.
«Моя жизнь разрушается на глазах! Мою жизнь надо срочно спасать! Но КАК?![4]»
Майка. Пиджак. Сухой шампунь – пятым слоем – нет времени объяснять, мыть голову тоже. Кофе. Молящий кивок няне – мол, меня нет. Попытка ускользнуть незамеченной, чтобы избежать страданий сына. Забытые ключи. Владик, разразившийся рыданиями, когда все же пришлось вернуться за ключами и сознаться, что «мамочке надо бежать». СМС от бывшего мужа с перечнем неоплаченных штрафов за превышение скорости. Тонна вопрошающих вотсапов от Валерия Сергеевича. Паркинг. Руль. Пульт от шлагбаума. Дождь. Вдох…
«Кажется, наконец это мятое потрепанное утро начинает заканчиваться и превращается в относительно нормальный день… Кажется, жизнь налаживается… Кажется… Странно, почему водитель соседней маршрутки машет мне и складывает руки крестом? Может, это какой-то знак свыше? Например, когда кажется – креститься надо? Или просто – тебе, Алиса, – полный крестец?»
Алиса хотела развить эту мысль, но ее отвлек новый, ранее не замеченный символ – справа от индикатора бензобака. Сопоставив активную жестикуляцию маршрутчика и волнение приборной панели, Алиса начала всхлипывать еще до того, как увидела спущенное до самого обода колесо.
– Да господи, Алиса, не умничай!
Алису, наматывающую круги возле своей старенькой Volvo, то и дело окатывало волнами пронзительной октябрьской мороси – от проезжающих машин. Пальцы замерзли, намокли и оказались бесполезны в попытках войти в контакт с собственным телефоном. Одна Алиса бесилась, вторая ерничала.
– Алиса!!! Как починить колесо?
– Алиса, я тебя убью!
– Повторяю! Алиса, как починить колесо?!
Вообще Алиса была ответственной девушкой – она никогда не бросалась обещаниями и телефонами. И вежливой – она никогда не кричала на людей и тем более на технику. Вместе с тем Алиса чувствовала, что сегодня особенный день. И если уж никогда раньше она еще не теряла 300 тысяч долларов за 30 секунд из желания понежиться в кровати, то, наверное, весь день теперь надо делать что-нибудь новенькое.
Пока Алиса замерзшей рукой целилась телефоном в асфальт, ей позвонил ее ассистент, передал от Сергеича, что ей конец, вызвал эвакуатор, попросил успокоиться, посоветовал сесть в такси и поехать поесть. Учитывая настроение Сергеича, возможно, в последний раз.
МКАД не так уж щедр на заведения, в которых Алисе нравилось обедать, но жалостливая вывеска «Гебжалия» с щекастой грузинской пельмешкой вместо буквы «А» откликнулась в Алисином сердце и оставшемся без завтрака желудке особенной нежностью.
В кафе было уютно. В ожидании загрузочного грузинского обеда Алиса нырнула в инфопространство телефона, не без интереса обнаружив там картинки с изображением кругов, разделенных, как пироги, на треугольные кусочки (Алиса была очень голодна, до новых знаний – особенно). «Бегать по утрам», «бросить курить», «пойти на йогу», «звонить маме по вечерам», «начать медитировать». Поначалу Алиса не поняла, откуда в ее поисковике все эти мотивационные лозунги и как они связаны с разноцветными окружностями, но быстро восстановила в памяти, как настойчиво ее диджитальная тезка пыталась подсунуть ей вместо адреса ближайшего шиномонтажа методику анализа своей жизни.
В меру пытливый ум Алисы заставил ее углубиться в изучение методики. Некий Пол Дж. Майер, видимо, однажды тоже отчаявшись найти районный шиномонтаж, решил сам изобрести метод работы с колесами. Причем куда более важными, чем те, что не доставили сегодня Алису в офис, – с колесами жизненного баланса. Товарищ Майер взял фломастеры, нарисовал круг, расчертил его четырьмя линиями на восемь кусков и каждому из них назначил свою зону ответственности – «отношения», «карьера», «здоровье», «саморазвитие» и т. д. Затем на каждой из линий он отмерил определенное количество делений, чтобы оценить степень своей удовлетворенности конкретной категорией. Если кусок «что надо», то оценка 9–10, если «могло бы быть и лучше», то балл снижается в зависимости от того, насколько эта область бытия находится в запустении.
После того как Майер внедрил технику «Колеса баланса» в свои коучинговые книги и практики, колеса жизни явно понесли его в гору и привезли к состоянию в 3 миллиарда долларов. Формально доход старика Пола влиял только на повышение баллов сегмента «карьера, деньги». Но, конечно, Алиса понимала: такой объем кэша не может не отразиться лучиками радости на всех остальных сферах жизни.
Ролевая модель коуча-миллиардера быстро вдохновила Алису, а тут как раз подоспел хачапури по-мегрельски – круглый, как колесо, уже разрезанный на восемь кусков. Знак! Забыв про голод, Алиса принялась за исследование каждой из своих экзистенциальных хачапурин.
Алиса оптимистка – зачастую беспочвенная, но при этом неисправимая. Поэтому шкале «счастье» досталось 8 баллов.
У врача Алиса последний раз была года четыре назад. Это одновременно сигнализировало о том, что у нее отменное здоровье, и о том, что плевать она на него хотела. Поэтому, немного подискутировав с собой, Алиса выставила «здоровью» шестерку.
Вспомнив сегодняшний свой неудавшийся побег от сына и гневные СМС бывшего мужа, Алиса понуро влепила «семье» трояк.
Кусок «отношения, дружба» поверг нашу героиню в еще большее уныние. Алису регулярно укачивало от пестрящего уведомлениями вотсапа, но вот задушевно поужинать на кухне винегретом обычно было не с кем (и дело не в гастрономической скупости данного предложения)… Дружба набрала 2 балла – и это при том, что Алиса ей явно подсуживала.
Размышляя, какой балл присвоить «творчеству», Алиса вспомнила, как пару месяцев назад слепила сыну жирафа. Малыш тогда обеспокоенно поинтересовался: «Почему гусеничка в пятнах? Болеет?» Этот кусок хачапури Алиса просто съела – за очевидной ненадобностью.
Из оставшихся и не надкусанных сегментов жизни высокой оценки удостоилась только «духовность» – возможно, потому что в силу тонкости своей материи эта категория не имела объективных измеримых критериев. А самой Алисе казалось, что духовнее ее только топ-менеджмент РПЦ.
«Саморазвитие» и «финансы» нервно скакали тахикардийным дабстепом в диапазоне от 3 до 6 баллов.
Сдавая этот самоэкзамен на качество жизни, Алиса прекрасно понимала, что за плохие оценки ее никто, кроме нее самой же, ругать не будет. Ну разве что старик Майер привидится во сне и укоризненно закатит глаза. Куда ж, мол, ты, деточка, на таком колесе уедешь. Главный посыл, заложенный мистером Полом в этот метод, гласит: совершенно необязательно, чтобы все категории жизни получили по десятке, соединились в безупречную окружность и укатились в закат. Суть в том, чтобы все составляющие жизни были плюс-минус на одном уровне.
Именно это упражнение считается в коучинге базовым – начинать генерировать улучшения качества жизни можно и нужно, даже если колесо в диаметре небольшое, но относительно ровное. Алисино же колесо в итоге походило на арт-объект современного искусства в виде звездо-овала, недвусмысленно намекавший на то, что жизнь ее – с виду достаточно яркая и успешная – по сути была живописной каракулей.
И тут Алисин утренний вопрос «КАК[5] починить колесо?» приобрел совершенно новый смысл и принципиально иную значимость.
Дожевывая остывшее хачапури, Алиса поинтересовалась у своей постоянной собеседницы:
– Алиса, что же делать?
2. Алиса склеивает ласты