Юлия Петрашова – Хитрости Светки Ватрушкиной (страница 5)

– Свет, ты прости, я погорячилась сегодня, – сказала она.

– И ты меня прости, – выдавила я из себя.

Потом мы поговорили и наконец-то услышали друг друга. Ну, не чудо ли? Ведь в продолжение всего минувшего дня у нас это совсем не получалось – мы, кажется, слышали только самих себя. А ночью, в темноте, наверное, обострился слух, как у кротов.

Я поняла, что мама взбеленилась вовсе не потому, что я осмелилась ослушаться и назначить свидание Руслану. Она просто испугалась. Ей померещилось, что я становлюсь настоящей обманщицей. Я ведь три раза кряду поступила нечестно – сначала соврала, что была на занятиях в художественной школе, а сама гуляла в парке, потом стащила журнал из учительской, а теперь еще это тайное свидание. Конечно же, ей не стоило беспокоиться из-за мелких безобидных хитростей. Только вот мама считает, что из мелких хитростей вырастает большая ложь. Взрослые вечно преувеличивают. Но, по крайней мере, она пообещала, что если ей опять понадобится меня как следует отчитать, в следующий раз она сделает это без свидетелей.

ГЛАВА 6: СВИНЦОВЫЙ ДЕНЬ

Первый день новый четверти выдался хмурым и ненастным. И дело было не только в том, что с утра зарядил монотонный ноябрьский дождь, а свинцовое небо норовило упасть и придавить меня своей тяжестью. Весь день обернулся изматывающей чередой неприятных, хотя и закономерных происшествий.

Разумеется, по дороге в школу я, как всегда, не пропустила ни одной лужи. Сама удивляюсь, как мне это удается. Сапоги и даже колготки покрылись грязными потеками. Вот и вышло, что я стояла у раковины, пытаясь привести себя в порядок, когда в школьный туалет заявилась задавала-Вероника со стайкой приближенных.

– Вау! – воскликнула она. – Светка не иначе как перед школой подрабатывает на ферме – коров доит. Ты бы тогда переодевалась после смены, что ли.

– Некогда было, – ответила я. – У нас одна корова сбежала, и мне поручили ее найти. Так что отправляйся-ка ты в стойло.

На секунду я испугалась, что Вероника лопнет от возмущения. Надо же, ее, изящную статуэтку, не ведающую вкуса пончиков и шоколадок, обозвали коровой. Ой-ой-ой! Сначала она открывала и закрывала рот, точно безмозглая рыба, выбросившаяся на берег, а потом взвилась на месте – так, что белобрысая грива взметнулась вверх. Секунда, и Вероника фурией выскочила из туалета. Фрейлины засеменили следом.

До чего же некоторые не любят, когда с ними поступают так, как они привыкли поступать с другими.

Я отчистила сапоги, оттерла, как смогла, пятна на колготках и побрела на урок. Кошки на душе не просто скребли. Мои кошки нервно фыркали и бешено крутили хвостами из стороны в сторону.

Я ни капельки не сомневалась, что Марина Викторовна не забыла за каникулы про историю с журналом. Память у нашей классной, как отлично оборудованная кладовка. На нижних полках – так, чтобы всегда были под рукой – лежат знания по алгебре и геометрии. Чуть выше – стоит лишь приподняться на цыпочки, и достанешь – расположены пронумерованные и проанализированные данные о нас, школьниках. Еще выше – чтобы дотянуться, понадобится скамейка – расставлены интересные истории, притчи и мудрые мысли, подходящие к всевозможным ситуациям. Что расставлено на верхних полках – не рассмотреть. Только отчетливо видно, что полок очень-очень много – они тянутся до самого потолка. В любой момент Марина Викторовна может взять стремянку и отыскать то, что ей нужно.

Еще в коридоре, я услышала: наш 8 «Б» гудит, как улей. Если бы классная была в кабинете, мои однокласснички бы так не шумели, факт. Я приободрилась, решив, что неприятный разговор откладывается.

– Света, мне нужно с тобой поговорить, – раздалось у меня за спиной.

Я вздрогнула и обернулась. Марина Викторовна приглашающим жестом указывала на окно напротив кабинета. Я сначала решила, что она мне подсказывает, как избежать нагоняя (второй этаж всего-то), но потом сообразила: классная просит отойти с ней к окну.

– Света, как бы ты назвала человека, который без спросу рылся в чужом шкафу?

Ох, и пропесочила она меня. Каждый ее вопрос заставлял мои щеки пылать все ярче и ярче. Хорошо, хоть Марина Викторовна поверила, что я просто хотела посмотреть свои оценки. Если бы она узнала правду, то спросила бы:

– Света, а ты знаешь, как называется статья уголовного кодекса, в которой говорится о подделке документов?

И что бы я тогда ответила?

Когда я входила в класс, то, наверное, была похожа на человека, только что выскочившего из парилки. Наши даже гудеть перестали. Впрочем, может быть, они потому перестали, что Марина Викторовна тоже в класс вошла.

Я заняла свое место рядом с Витькой и обернулась, чтобы увидеть Веру. Подруга смотрела на меня, сжав губы и слегка наморщив лоб, – мне сразу стало ясно: она за меня волнуется. Верка умная, она мигом просекла, почему я вплыла в класс вместе с Мариной Викторовной, и почему была при этом такая красная.

Вера мотнула головой в сторону первого ряда, и я снова поняла ее без слов. Она мне указывала на Наташку с Людкой. Мол, «сидят голубушки, и дела им нет, что тебе по их милости влетело».

После урока, как только Марина Викторовна вышла из класса, я ринулась к парте «голубушек». Кошкам, которые скребли у меня на душе все утро, очень уж хотелось выпустить коготки.

– Стукачки несчастные, – фыркнула я.

Девчонки как-то странно на меня посмотрели – их глаза совершенно синхронно округлились, а рты приоткрылись, будто бы они и не поняли о чем речь.

– Ватрушкина, ты взбесилась? – после секундного замешательства спросила Наташа.

Мне стало противно наблюдать, как они комедию ломают, поэтому я развернулась и пошла к выходу. Возле двери я остановилась и оглянулась. Людка любовалась своим новым маникюром с клубничками, а Наташка встретила мой взгляд и постучала ручкой себе по лбу.

«Ну надо же, какие притворщицы!», – возмутилась я про себя и вышла в коридор.

Следом за мной из класса выскочила Верка.

– Что ты Марине сказала? – спросила она.

– Что хотела взглянуть на свои оценки, – успокоила я подругу.

– Не понимаю таких людей, как Людка и Наташка, – сменила тему Вера. – Зачем было бежать классной ябедничать, что мы журнал брали? Им-то какое дело.

– Они, наверное, только про меня рассказали. Тебе ж не влетело.

Верка отвернулась. Может, чтобы я не заметила, как сильно она расстроена. Или в окно что-то интересное увидела. Я тоже посмотрела в окно. По-прежнему шел дождь. Тополь сердито грозил когтистыми пальцами проплывающим мимо серым тучам.

– Да ну их, – сказала я. – Просто теперь буду знать, что Наташке и Людке доверять нельзя. Вот и все.

ГЛАВА 7: НЕЗВАНЫЙ ГОСТЬ ХУЖЕ ТАТАРИНА

Вечером меня ждал сюрприз. Мама вернулась с работы и привела с собой дочь тети Оли – ту самую Женьку, с которой я в одной группе художественной школы занимаюсь. Раньше я ничего против Женьки не имела, несмотря на то, что мама ее все время до небес превозносит.

– Женя – собранная и аккуратная.

– Женя никогда не приходит из художественной школы перепачканная красками.

– Женя – круглая отличница.

И так далее, и тому подобное.

Но если уж честно, Женька – девчонка не вредная, как некоторые (Вероника, например, ага). Я часто забываю дома то стирку, то уголь, а у Жеки всегда есть запасные принадлежности. Она никогда не отказывает, если я прошу дать мне списать материал к семинару по истории искусства. В общем, я считала ее безобидной пай-девочкой. Только вот Вера сказала, что никто, кроме Женьки, не мог наябедничать маме про мой прогул. С другой стороны, не исключено, что мама сама позвонила Виктору Евгеньевичу за чем-нибудь – так и выяснилось, что я в художку не явилась. А может быть, Евгенич позвонил нам домой, чтобы узнать, не заболела ли я. Мама-то не призналась, кто ей информацию слил.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.