Юлия Обрывина – Сердце Алана 2. Тень Эйтала (страница 3)

К счастью, я не планирую использовать этот ненадежный способ для перемещения. В этом деле мне поможет темный фантом.

— Хочешь навечно запереть меня в своей богадельне? — сердито спрашиваю я.

— Он тебе не понадобится. Ведь тот, к кому ты побежишь за помощью, поджав хвост, поможет тебе проникнуть туда без камня.

— Тогда, зачем он мне нужен? — спрашиваю я.

— Он не для тебя, но ты пожалеешь, если не возьмешь его, — отвечает она и подбрасывает камень, а тот пролетает сквозь границу и сразу оказывается в моей ладони.

Я хочу выбросить его, но он намертво прилип ко мне, и, полежав в руке около минуты, перенесся в карман, откуда я не могу достать его.

Чертова ведьма!

Глава 2. Айна

Система Эльсенуэ.

Начало зарождения жизни в сердце Алана.

Однажды, стоя на пепле собственных надежд, я нашла в себе каплю тьмы и навсегда закрыла свое сердце. Моя наставница Инэ́лис предупреждала меня об опасностях, что стоят на пути светлого начала, но я не послушала ее. Я была слаба и наивна, поэтому не смогла предотвратить разрушение, охватившее Демиана. Но главное — у меня не хватило сил побороть в себе ростки ненависти и страха, что крепли в душе день за днем.

Мир никогда не простит мне этого, как и бедный мальчик, что вынужден нести эту ношу за всех нас, покуда не кончатся его силы.

Это длинная история, полная любви, сомнений, страха и боли, но я должна рассказать ее вам, чтобы вы, как и я когда-то, вынесли из нее свои уроки.

Она началась в тот миг, когда тишину темного пространства нарушил глухой стук крохотного сердца Алана. В его центре вспыхнула яркая звезда с тонкой светящейся оболочкой и белоснежной искоркой внутри — Эльсенуэ́. Она осветила безжизненный вакуум до самых краев звездной системы и испустила из себя два маленьких шара — черный и золотистый. Вторым была я, и, сделав несколько витков вокруг светила, шар с моей душой подлетел к прозрачной, как мыльный пузырь, планете.

Некоторое время я парила над ее поверхностью и наблюдала, как звезда продолжала создавать новый мир. Тысячи огоньков кружили в дивном танце под мелодию творения и, собираясь вместе, создавали новые небесные тела. Вначале они были, подобны мне, прозрачны и лишены красок, но, когда каждая частичка, наконец, нашла свое место, очередной стук сердца сделал мир более осязаемым и четким.

Моя планета не имела атмосферы. Ее гористые своды возвышались надо мной, а россыпь сияющих сфер, что летала по системе в виде длинного хвоста кометы, то и дело задевала их острые макушки. От столкновения хрустальные деревья на вершине качали ветками и осыпались вниз мелким дождем, но не исчезали. Их энергия, впитываясь в прозрачную землю, находила себе новое место, чтобы снова вырасти прекрасным деревом, но уже среди сада у подножия гор.

Он не имел ярких красок, какими обладают сады на вашей планете, но источал такой дивный аромат, что даже я, лишенная олицетворения душа, долго не могла насладиться им.

Наблюдение за творением новой жизни настолько захватило меня, что я не сразу заметила, как начала принимать человеческий облик. Среди всех миров он считается наиболее гармоничным, поэтому все существа от фантомов до Богов во все времена выбирали именно его. Тогда же я не знала об этом и с трепетом рассматривала свое отражение в одной из граней горы.

Передо мной стояла молодая женщина с искрящимися глазами. Ее длинные светлые волосы волнами струились поверх серебряного платья до пят, а маленькие огоньки кружились над головой и складывались в изящную тиару.

Я все еще не верила, что вижу именно себя, поэтому осторожно коснулась своей щеки. Несмотря на прохладу вокруг, она была теплой, как ласковые лучи светила, и отличалась особенной нежностью от всего, что окружало меня.

Пока я знакомилась с новым обликом, рядом появилась женщина в светлом ореоле и дополнила отражение своим царственным ликом.

— Я рада видеть тебя, свет мой, — произнесла она.

Гостья была очень похожа на меня, но ее взгляд излучал бесконечную мудрость и сочувствие, будто она знала все тайны мира, и вместе с тем плату за обладание ими.

— Не бойся, — продолжила она. — Я Инэ́лис, светлое начало матери этого ребенка. Я здесь, чтобы помочь тебе.

Инэлис ждала моего ответа, но я молчала и смотрела на нее, словно завороженная. Она прекрасно понимала причину моей скованности, поэтому осторожно приблизилась ко мне и провела рукой поверх своей тиары. Вслед за ладонью с ее волос спустились крохотные светлячки и превратились в маленький гребень с длинными зубьями.

— Вы хотите расчесать мне волосы? — с сомнением спросила я, покинув омут отражения.

— Эльсенуэ даровало тебе способность чувствовать и мыслить. Я же должна передать тебе знания, Айна.

— Айна? — переспросила я. — Это мое имя?

— Да, и оно означает чистую, как этот стеклянный свод, душу. Береги ее, не позволяй сомнениям и страху родиться в ней. Весь мир стоит на плечах Творца, и, если не выдержишь ты, пострадают все.

Инэлис поднесла гребень к моей голове и начала медленно расчесывать волосы. Прикосновения оставляли серебристые дорожки поверх них и превращались в знания о мире вокруг меня и за его пределами.

Тогда же я узнала, что имя ребенка — Алан, и мне предстоит всю жизнь защищать его миры от разрушительного воздействия Эльсенуэ.

Оказалось, что светило — проводник слепой человеческой воли, и она не всегда справедлива и гуманна к нам.

— Ты будешь не одна на этом пути, — успокаивала наставница, расчесывая очередную прядь волос. — Тебе поможет темное начало.

Инэлис говорила про темный шар, что Эльсенуэ создало вместе со мной, и отправило к похожей прозрачной планете на другой стороне системы. Именно его обитель я увидела тогда в отражении за нашими спинами.

Оно обосновалось в недрах черной горы из груды огромных острых камней. Ее также освещали лучи звезды, но ни один не находил отражения в ее гранях, а тонул в них, будто она жадно поглощала свет.

Шар блуждал от одного пика до другого, постоянно принимая вид страшных существ. Они походили на хищных птиц, змей и чудовищ, но, как только темная сфера почувствовала мой взгляд на себе, остановилась и обернулась черным сгустком с красными глазами.

— Почему Эльсенуэ не подарило ему олицетворение? — спросила я, отвернувшись от ужаса.

— Потому что он должен выбрать вид сам. Это его первое испытание. У вас одна цель и одна судьба, Айна, и Де́миан должен преодолеть желание вселять ужас ради того, чтобы быть с тобой.

Инэлис убеждала меня, что то черное существо не желает мне зла, но я всей душой чувствовала его пожирающий взгляд на себе и ходила туда-сюда, чтобы не видеть его в отражении.

«Конечно, Демиан», — шептала я. — «Как еще можно назвать его? Это настоящий демон».

Инэлис встала передо мной, чтоб я прекратила бессмысленное хождение, и со всей добротой, каким только может обладать светлое начало, посмотрела в глаза.

— Демиан поможет тебе сохранять баланс, как помощник и супруг. Да́рэл, мой синерги́т, уже рядом с ним и все объяснит ему. Тебе не о чем переживать, вы созданы друг для друга. Не отталкивай его.

Мне стало легче, но не от ее слов, а от бесконечного тепла и принятия меня, как части самой себя. Даже я не обладала ими тогда, поэтому все еще боролась со страхом.

Вскоре наставница попросила меня оглянуться, чтобы увидеть новый облик Демиана, и я с усилием сделала это, но, на удивление, не обнаружила в отражении того страшного сгустка.

Демиан выглядел, как человек, пусть и сотканный из контрастов: черные волосы обрамляли белоснежное лицо, широкие плечи укрывал черный плащ с белым подкладом, а его красивые серебристые глаза неподвижно сверкали ястребиным взглядом. Словно король мира он стоял на вершине горы и желал лишь одного: поскорее заполучить источник сил в свое безграничное владение.

Тогда я воспринимала это так, и это расстраивало Инэлис.

— Так ли необходим наш союз, — спросила я. — Разве мы не можем просто помогать друг другу?

Не скрою, во мне еще жила надежда, что мы сможем поддерживать Алана каждый со своей стороны. Слишком непохожи мы были, и, конечно, желала услышать ответ, что это возможно. Но Инэлис довольно резко прервала мои мысленные терзания одним лишь словом.

— Нет, — сказала она и, смягчив тон, погладила меня по голове. — Вы созданы Эльсенуэ с одной целью — поддерживать развитие, и никакие желания и мечты не должны стать превыше этого. Без синергетической связи вы не сможете действовать и мыслить, как целое, значит, подвергните опасности всю систему и Алана.

— Он сильнее меня, я чувствую, — растерянно сказала я. — Как можно поддерживать эту связь, если я не смогу противостоять его желаниям? Я всего лишь источник энергии для него, и он будет пить меня, пока не достанет до самого дна.

Инэлис провела рукой поверх отражения, и оно, словно кусок шелковой прозрачной ткани, скатилось и растворилось в бесцветном основании горы.

— Его сила нужна, чтобы выстоять в самые тяжелые дни. Тебе нет нужды бороться с ней, — объясняла наставница. — Демиан действительно способен только брать, как ты дарить, но это же касается не только твоей любви, но и боли. Он будет защищать тебя и мир от нее, когда Алан начнет совершать ошибки, и чтобы не разрушить его, ты должна владеть собой и постараться полюбить.