Юлия Оайдер – Его ученица (страница 15)
Судя по сумке — там определенно спортивная форма и перчатки. Зачем и где Леднику, кроме спортзала, может понадобиться униформа? На душе как-то неспокойно. Я не понимаю странного чувства внутри, но оно чем-то отдаленно напоминает тревогу. Меня тянет узнать, куда он поехал, как магнитом влечет следом…
— Сём, поехали за ним? — сажусь на переднее сиденье и поворачиваюсь к водителю. — Давай посмотрим, куда он поехал!
— Зачем? — непонимающе хмурится водитель.
— Просто хочу… не знаю! — пристегиваю ремень безопасности и жалостливо смотрю на парня. — Пожалуйста! А то мы сейчас потеряем его из виду!
— Ох и повезло тебе со мной, Элли, — вздыхает Сэм. — Другой бы телохранитель уже папаше твоему позвонил и доложил, где ты на самом деле “йогой” занимаешься!
Парень с недовольным видом разворачивает наш автомобиль и направляется следом за пикапом Ледника.
Несколько минут ненавязчивого преследования проходят в тишине. Ну, как тишине, Сэм недовольно вздыхает и сопит, как будто что-то хочет сказать, но не решается.
— Что ты хочешь сказать? — не выдерживаю я и поворачиваюсь к водителю. — Я же вижу, что тебя разрывает от недовольства.
— От того, что я скажу, ничего не изменится, — качает головой Сема.
— Да скажи уже, — закатываю глаза я.
— Элла, я не понимаю тебя, — со вздохом говорит парень. — Зачем тебе все это? И я сейчас не только о слежке, но и о занятиях, ваших тренировках… Ты же никогда не любила борьбу и любые жесткие виды спорта, а тут вдруг начала заниматься. Это странно, ведь ты всего лишь хотела сказать мужчине, который помог тебе несколько лет назад, спасибо. А в результате варишься во всем этом. Зачем?
Закусываю губу и отворачиваюсь к окну. Если честно отвечать на вопрос Сэма, то я не знаю. Я уже давно потеряла целеполагающую нить своего пребывания в этом зале и просто наслаждалась тренировками. Он прав, сначала я просто хотела чтобы Ледник меня узнал, я его поблагодарила и… Ушла, ну или мы немного пообщались в кафешке… А вот сейчас я не понимаю зачем я все это делаю, ведь мое единственное желание — это просто остаться в его зале, быть рядом с ним.
— Не знаю, Сём, — тяжело вздыхаю и смотрю на водителя. — Серьезно, я не знаю. Я запуталась…
Какое-то время парень странно на меня косится и поджимает губы. Морщится, словно пытается удержать в себе свои мысли и не озвучить их. Но ему этого не удается.
— Ты влюбилась? — спрашивает он и меня передергивает, как будто мне плеснули в лицо холодной водой.
— С ума сошел?! Когда бы я успела, за эти считанные дни, совершенно не зная его! — складываю руки на груди и задыхаюсь от накатившего волнения. Пульс барабанит в висках и я по-настоящему нервничаю.
— А за пять лет поисков и идеализированных воспоминаний не могла влюбиться? — усмехается Сэм и у меня начинает пощипывать в носу от нахлынувших на глаза слез. — Ой, не отвечай… Все ясно с тобой, Господи Боже! Наивные девочки, вы все такие. Влюбляетесь в кумиров, которых увидели по телеку всего раз…
— Не неси чепухи! — огрызаюсь я.
Испытываю невыносимое желание провалиться сквозь землю от стыда. Понятия не имею, прав ли Сэм или это лишь его банальные глупые доводы…
Ледник красивый мужчина, это я неоднократно для себя отметила, начиная с самой первой встречи. Мне нравится смотреть на него, нравится слушать его, нравится, когда он прикасается ко мне. Его характер, его строгость и своеобразная забота отталкивают меня и в то же время притягивают. Даже сейчас, я еду следом за его машиной просто потому, что меня туда тянет. Тянет узнать его секреты и понять что же он стал за человек за эти годы. Это ведь… Это же… Боже, а как это объяснить, кроме как идиотской влюбленностью?!
Как только допускаю в свое сознание эту мысль, так все сразу же расцветает, появляются яркие краски и в душе теплится нереальная эйфория.
— Fuck! — вырывается у меня и я прикрываю рот рукой. — Прости, я просто…
— Поняла, да, как это все выглядит со стороны? — смеется довольный Сэм. — Подумай, что ты творишь. Хорошенько подумай, Элли. Кстати, он тормозит, давай погуглим, что это за здание.
Здание оказывается каким-то складским помещением, отгрузочным центром. Что здесь мог забыть Ледник?
— Может он это, — морщится Сэм, — наркотой торгует или еще чего?
— Вряд ли, — качаю головой я.
Хотя совсем не уверена в этом, ведь он изменился. Тот Алексей из моего прошлого точно не был причастен к подобным вещам, а вот этот Алексей… Я его почти что не знаю, как оказалось.
— Ну, все, посмотрели куда он приехал, пора домой, — Сёма поворачивается ко мне и ждет одобрения, но я молчу. — Что ты опять задумала?
— Пойдем посмотрим? — кусаю губы и смотрю на дверь, за которой только что скрылся Ледник. — Вдруг у него какие-то проблемы и ему нужна помощь…
— Элла! — рычит водитель. — Ты уже просто переходишь границы разумного!
— Сём, пожалуйста!
Парень закатывает глаза и запрокидывает голову на подголовник.
— Давай так, я схожу посмотрю, а ты посидишь тут? — умоляюще смотрит на меня он. Но ведь знает, что я не останусь сидеть в машине.
— Пойдем! — открываю дверь и выхожу на улицу.
Слышу крепкие ругательства и Сэм выходит из машины следом. Громко хлопает дверью и подходит ко мне.
— Ты пользуешься моей добротой и тем, что я тебя люблю! — недовольно поправляет воротник своей черной рубашки Семен. — Мне дорога моя шкура и эта работа, а если с тобой что-то случится — полетит моя голова! Придет день, Стивенс, и я все выложу твоему отцу! Все, как на духу!
— Не выложишь, — с улыбкой смотрю в глаза своего водителя.
— Не выложу, — со вздохом отвечает он. — Но это не значит, что я перестану угрожать!
Как же мне повезло, что моим охранником стал именно Сёма. Без него я бы совсем загнулась, потонула в тлене и одиночестве. И как он переживает за меня, за мое душевное спокойствие, так и я переживаю за него. Если отец узнает о наших неформальных отношениях, если он поймет, что парень нарушает свои инструкции — он не просто его уволит. Он превратит его жизнь в ад.
Парень ставит машину на сигнализацию и кивает мне на здание:
— Пошли, но только быстро. Если я скажу уходить — мы уходим, ясно?
— Ясно, — подтверждаю я и мы направляемся ко входу, с покосившимися воротными дверьми.
Первым заходит Сёма, следом я. Нас встречает полупустое грязное помещение, наполненное ящиками и всякими мешками с неизвестным содержимым. На горизонте никого, но откуда-то издали доносится гул человеческих голосов. Проходим до конца склада и останавливаемся напротив широкой металлической лестницы с пандусами, ведущей в подвал.
— Цокольный уровень, интересно, — хмыкает Сёма и заглядывает вниз. — Похоже, что звуки оттуда.
— Как думаешь, что там? — спрашиваю я, а внутри нарастает беспокойство.
— Понятия не имею, — качает головой парень.
Стоим и прислушиваемся к голосам, стараясь понять что же здесь происходит.
— Эй! — вздрагиваю от неожиданности, когда к нам подходит здоровенный бородатый мужик. — Чего замерли? Бой через двадцать минут, спускайтесь, а то ставки проебете!
— Бой? — едва слышно переспрашиваю я.
— Ну не концерт же! — надрывно смеется мужик и, громко топая по металлу ступенек, начинает спускаться по лестнице. — Давайте, ребят, будет весело!
Переглядываемся с Семеном. Он отрицательно качает головой, стараясь всем видом дать понять мне — пора валить. Но я непослушно делаю первый шаг вниз по лестнице.
Спускаемся вниз и попадаем в огромное просторное помещение, переоборудованное, как будто на скорую руку, в спортплощадку. Много людей, даже очень много людей и часть из них выглядит как-то пугающе. Татуировки, побитые лица с кровоподтеками, потеющие лысины и груды мышц — все это мельтешит перед глазами, пока я осматриваю зал в поисках Алексея.
— И что будешь делать дальше? — наклоняется и шепчет мне на ухо Сэм. — Кричать на всю округу его имя, как в фильмах восьмидесятых?
— Не смешно, — фыркаю я и указываю пальцем за восьмиугольную клетку. — Вон он, только что зашел в прилегающий коридор.
— Любишь ты приключения… — вздыхает Семен и идет со мной, при этом следует чуть впереди на шаг, защищая от заинтересованных взглядов и локтей толпы.
— Мне просто нужно сказать ему, что меня не будет эти дни, — тихо отвечаю я, а на деле же совсем не это мое первостепенное желание.
Заходим в коридор и останавливаемся рядом с двумя распахнутыми дверями, одна слева, другая справа. Опасливо заглядываю в первый проем и сразу вижу Ледника. Он стоит рядом с каким-то пожилым лысым мужчиной, неустанно что-то говорящим, и кивает.
— Ты, епта, не думай сейчас. Память не напрягай, а то вырубит тебя, епта, и все! — тараторит бодрый старичок.
Семен касается моего плеча и, приподняв брови, как бы спрашивает: "Он?". Я киваю и парень отходит в сторону, пропуская меня войти.
— Если в этот раз снова победишь, не смей соглашаться на реванш, епта! Включи мозги, епта! — болтает лысый.
Подслушивать нехорошо, поэтому уже собираюсь постучать о дверной косяк костяшками пальцев и зайти внутрь, но замираю, когда Алексей начинает стягивать свою кофту. Как по всем канонам Голливудского кино, он сначала закидывает руку за голову и медленно тянет верхний край кофты со стороны спины, оголяя потрясающие рельефы мышц. В тот момент, когда я беру себя в руки и все же собираюсь постучать, мужчина разворачивается и мне в лицо впивается его удивленный, даже чуточку раздраженный взгляд.