Юлия Николаева – Для тебя (страница 2)
Глава 2
Обычные дни выглядели так.
Я приезжала к тебе после работы. Сначала «просто заехала», потом «на полчаса», потом я перестала говорить себе, зачем еду. Три ночи я ночевала у тебя, потом четыре, потом я перестала считать, потому что считать стало смешно: я всё равно ехала к тебе.
Вещи мои перетаскивались по одной, сами, без разговора. Зарядка осталась у тебя на тумбочке, потому что я забыла свою и не забрала. Потом появилась потом я поставила свои шампуни, купила пижамку. Однажды ты нашёл в ванной мою тушь и оставил ее рядом со своим дезодорантом, и я увидела это и ничего не сказала: маленькая чёрная трубочка рядом с твоими вещами выглядела как подпись под договором, который никто из нас не подписывал.
Официально мы были парой. этот разговор был как обычная беседа после работы, за чашкой чая, не отвлекаясь от ужина. На мой вопрос -Кто я тебе ? ты лежа на кровати даже немного поднял на меня взгляд в котором можно было увидеть немного удивление, и вот это сомнение в интонации когда ты произносил -Моя девушка.
мне стало немного смешно но я сдержала этот смех, даже улыбки не показала а ты продолжил смотреть на меня как будто ждал что я начну отрицать.
Мне нравилось проводить с тобой дни. Я ждала вечера, придумывала, что сегодня будет, и никогда не придумывала ничего особенного: приехать, поесть, посмотреть что-нибудь, уснуть. У тебя дома было тепло и тихо, ты не задавал вопросов и не требовал настроения. Мне достаточно было сидеть в комнате, пока ты ходишь туда-сюда, и знать, что ты рядом.
А серьёзных отношений я не хотела.
Я говорила это себе честно и не стеснялась. Мне не нужен был брак, что мне никто не нужен, — и уж точно я не примеряла к тебе роль отца моим детям. Ты бы, наверное, удивился, если б узнал, что ты была просто интрижка. Приятная, интересная, без обещаний и без обязательств. У каждого свои дела, свои заботы, свои планы на жизнь, и между этим всем у нас образовался вот этот вечер, в который мы оба помещались.
Мы лежали и целовались.
Это стало нашим вечерним делом каждый день, и каждый раз происходило одинаково. Ты ложился на бок, опираясь на локоть, и переносил на руку весь свой вес, чтобы мне не было тяжело.Либо я ложилась сверху. Целовал медленно, будто что-то перечитывал, и дышал при этом через нос — я слышала, как ты стараешься держать дыхание ровно. Пальцы у тебя были в моих волосах, иногда у виска, и они почти не двигались, как будто ты боялся, что одно лишнее движение — и всё сломается.
А я ждала.
Мне было интересно, где у тебя кончается выдержка. Я не собиралась никуда и не хотела больше, чем есть, — мне просто нужно было знать. У меня к тому времени был опыт, и опыт говорил: мужчина в постели делает лишнее движение раньше, чем ты успеешь о нём подумать, и потом делает вид, что ты сама так хотела. Я лежала и прислушивалась: вот сейчас рука поедет ниже талии. Вот сейчас ты прижмёшь меня сильнее. Вот сейчас ты что-нибудь скажешь — негромко, между поцелуями, — и я пропущу эту фразу, а потом буду на неё злиться.
Ничего не происходило.
Я подвинулась к тебе, потому что расстояние в ладонь на кровати — это тоже способ ничего не хотеть. Я взяла твою руку и переставила её с талии выше, чем она посмела бы встать сама. Ты оставил её там как поставили. Через минуту ты убрал её обратно и провёл большим пальцем по краю моей футболки, будто проверял, всё ли на месте.
И тогда мне стало даже обидно.
У меня была дурацкая мысль, которую я не произнесла: значит, не хочешь. Не то «не хочешь», о котором говорят вслух, а то, о котором молчат: значит, тебе хватает вот этого, значит, я тебе не настолько нужна, значит, ты просто вежливый. Я лежала, прижатая к тебе, и думала, что сейчас встану и поеду домой, а в голове уже складывалась фраза, которой я объясню, почему уезжаю.
Ты остановился первым. Отстранился на пол-ладони, посмотрел на меня в темноте — я видела глаза близко, почти не различая зрачков, — и спросил:
— Все нормально?
Не «что случилось», не «я что-то не так сделал». Просто «все нормально?».
Ты никогда не настаивал. Я проверяла это упрямо, раз за разом, без всякого умысла, одной только привычкой проверять всё, что мне дают. Я говорила «нет» в середине — ты отпускал и шёл смотреть свой фильм. Я отталкивала твою руку — рука уезжала туда, откуда пришла, и оставалась там до утра. Я лежала неподвижно, чтобы посмотреть, что ты будешь делать, — ты лежал неподвижно рядом. Ни разу ты не пробовал взять чуть-чуть, украдкой, «между делом», как это умеют делать почти все.
Инициатива всегда была моя. Каждый раз, когда всё между нами случалось, начинала я, а ты ждал — как будто стоял у моей закрытой двери и держал для меня открытой свою.
И только спустя время поняла, чего тебе это стоило.
засыпал ты всегда первым. Я просто лежала рядом обнимая тебя с каким то непонятным на тот момент теплом и слушала город за окном. Засыпала под твоё дыхание, и мне было хорошо.
Я не заметила того момента, когда в моей голове домом перестала быть моя квартира. Домой было там, где твоя кухня, твой фильм, где ты спрашиваешь, какой выбрать, чтобы решила я.
Тот первый раз я начала сама.
Не потому, что мы к этому шли, не потому, что ты намекнул или попросил, не потому, что я в тебя влюбилась так, что не могла больше терпеть. Ничего этого не было. Был обычный вечер, фильм, который мы оба не смотрели, и я лежала у тебя на плече и думала о своём. И вдруг поняла, что мне хорошо. Просто хорошо, спокойно, тепло, и от этого тела захотелось больше, чем поцелуев. Я даже удивилась — я не помню, когда последний раз хотела чего-то потому, что мне хорошо, а не потому, что надо, не потому, что так положено, не потому, что иначе он обидится.
Я не стала ничего говорить. Просто встала, взяла с пола первое, что попалось — кажется, твою футболку, — и пошла в душ, не оборачиваясь, не объясняя. Дверь прикрыла, но не заперла. Мне было всё равно, войдёшь ты или нет.
Вода была холодной первые полсекунды, потом нормальной. Я стояла под ней долго, лицом вверх, чтобы не попадало в глаза, и намыливалась медленно, как будто у меня впереди была вся ночь. Изнутри у меня было странное состояние: не восторг, не раскаяние, а ровное, круглое спокойствие, которое бывает только тогда, когда ничего себе не наврала. Я вспомнила твою руку на спине, вспомнила, и поняла, что за последние годы это первый раз, когда мне не хотелось тут же оказаться в машине, в своей квартире, в своей постели, одной.
Стоя там, я ещё раз всё проверила, как проверяют билет на выходе. Хочу ли я этого? Да. Не жалею? Нет. Что потом? А ничего потом, у меня в планах тебя не было и на следующий день, и я себе об этом напомнила дважды, спокойно, как взрослая. Просто сегодня мне с тобой хорошо, и это не обещание, а факт.
Я вышла в коридор в одном полотенце.
Ты смотрел на меня секунд пять, не отводя глаз, потом моргнул и посмотрел куда-то в стену, и это было так по-твоему, что я чуть не засмеялась. Ты не оценивал, не подмигивал, не сказал ничего пошлого. У тебя просто не было готового поведения на этот случай, и ты растерялся, как растерялся бы, если бы я вышла в шубе с чемоданом
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.