Юлия Нестерова – Серебро Полной Луны (страница 9)

Насчет украденных денег лейтенант сказал, что найти вора практически невозможно, а вернуть сумму, отданную по договору, вполне реально. Если мы еще не уедем к тому времени, т.к. обычно отдыхающие приезжают на две недели.

– Но мы приехали на месяц. Мы дождемся, – сказала я, поднимаясь.

– Удивительно, что вы пришли. Обычно курортники даже не обращаются к нам. Поэтому мошенники так и распоясались. Мы позвоним в ваш кемпинг, когда свяжемся с этой женщиной.

Попрощавшись, мы вышли.

– Ты, правда, собираешься остаться здесь на месяц, – удивилась Даша.

– Ну, да. У преподавателей отпуска длинные. А одну я тебя больше не оставлю. Только твою мечту о полутора месяцах на море придется забыть. На такой срок у нас денег просто не хватит. Если только твой благоверный не приедет после меня. А вы на сколько приехали? – обратилась я к Сане.

– Мы, как все. На две недели, – развел он руками. – Но встретиться с вашей "тетей" успеем.

Я подумала, как скучно нам будет, когда их компания уедет.

На обратном пути Даша уснула: перенервничала, а мы продолжили разговор:

– Чья сегодня очередь задавать вопросы? – уточнил Саня, выруливая из узких центральных улочек на шоссе к кемпингу.

– Чур, моя. Расскажи, что же все-таки случилось с твоей рукой?

– Так себе тема. Но ладно. Помнишь, Серега трепался о наших заработках на ставках. По молодости-то я вольной борьбой занимался, вот он на меня и делал ставки. Потом остепенились, а шесть лет назад мне деньги понадобились. Много. У нас в городе тогда проводились подпольные бои без правил. Там за выигранный бой можно было хороший куш сорвать. И мы решили тряхнуть стариной. Не учли только, что в боях без правил совсем безбашенные люди участвуют. Серега договорился, выставил мою кандидатуру на бой. Только противник оказался намного крупнее, а главное, совершенно оторванный, использовал много запрещенных приемов. И в конце схватки, он попытался сломать мне руку. Кости остались целы, но мышцы и сухожилия здорово порвал. Даже в больнице восстановить не смогли, остался я тогда и без денег, и без работы: с одной рукой по вышкам не полазишь. А вскоре и без семьи. Винить некого, никто меня на тот бой не тянул. Сам нарвался. Ну что, я удовлетворил твое любопытство?

Я не знала, что сказать. Наши 90-ые отличались тем, что стало возможным то, что раньше считалось нереальным. Я и не слышала, что у нас проводят такие бои.

– Но сейчас-то она у тебя нормально двигается, я видела.

– Повезло. Нашелся кудесник, врач от бога, собрал мне руку, все правильно сшил, только шрам остался. Я ее, конечно, не перенапрягаю, но действует рука хорошо. А то ведь сохнуть начала, представляешь в 30 лет инвалидом остаться! Это Лорка, жена Сереги мне тогда врача нашла, я сам в депрессии был, ничего не хотел. Хорошая она баба. Век благодарен ей буду!

Я еще хотела узнать, зачем же ему так понадобились деньги, но уже показался наш кемпинг, и Даша заворочалась, просыпаясь.

За время нашего отъезда Мишутка даже не проснулся, но я честно заплатила бабе Зине оговоренную сумму. Это был ее приработок.

Набережная

За уличным столом в одиночестве сидели насупленные Денис с Варей.

Оказалось, что девочки ушли на пляж, Серега смылся в домик к своим знакомым, и дети были предоставлены сами себе. Они уже наигрались, и им было скучно.

– Логично, – согласился Санек, – все взрослые разбежались по своим делам, а про вас забыли. И чего же вы хотите? На море?

– Нет, мы хотим на карусели! Варюшка рассказывает, что в городе есть красивая улица у моря с каруселями и мороженым. И еще там катают на пони! Мы уже давно здесь, а на карусели нас еще не возили! Мы взрослым вообще не нужны! – с вызовом сказал Денис.

Саня не стал напоминать мальчику, что все претензии он может высказать маме. Даше и так досталось, а из домика слышался плач Мишутки.

– Хорошо. Поехали. Только пойду папу твоего предупрежу. Но уговор, завтра приезжает мама Лора, и ты ей не рассказываешь, что папа оставлял тебя одну. По рукам?– он протянул ладонь Варюшке, и она хлопнула по ней своей маленькой ладошкой.

– И ты иди, оденься, вечером будет прохладно,– обратился он уже к Дениске.

– А как же ужин? – пролепетала я.

– В городе перекусим. А остающиеся позаботятся о себе сами. Даше с Мишуткой кроме жидкой овсянки почти ничего нельзя, девочки до ночи не явятся, а Серегу накормят подруги. Ну, а ты – едешь с нами.

– На карусели и пони? – съехидничала я.

– Смотреть главную набережную Евпатории. Поверь, она того стоит. Захвати кофту, вечером там прохладно. Общий сбор через 15 минут.

Я заглянула к Даше, оповестила о наших планах, на что подруга сказала, что все больше понимает, почему я общаюсь с Саней, а не Серегой, и принялась переодевать старшего сына.

На прогулку я решила надеть платье и распустить волосы, до этого я обходилась сарафанами и шортами. Как давно я не ходила в таком виде! В институте мне всегда хотелось выглядеть строже и солиднее, чтобы студенты видели во мне преподавательницу, и постепенно это стало моим обычным видом. Длинное синее струящееся платье мне когда-то очень понравилось, но носить его было совершенно некуда.

Зато, когда я в новом образе вышла на улицу, мужчина присвистнул:

– Да ты совсем другая стала. Такая молоденькая! Какие же у тебя волосы красивые.

И Саня провел рукой по моим волосам. Никто мне раньше этого не говорил, а сама я считала – волосы, как волосы, ничего особенного. Как мало, оказывается, надо женщине; мне захотелось прижаться щекой к его руке и замурчать. Не типичное для меня явление.

Мы загрузили детей на заднее сидение машины и поехали в центр.

– Что за условие ты поставил Варе? – негромко спросила я мужчину.

– Не хочу, чтобы Лорка расстраивалась. Серегу не переделать, а она хорошая женщина.

– А еще спрашивал, почему я не найду себе более спокойную подругу. А сам не пробовал друга другого поискать? Не такого кобеля?

– Да, ты злая, я смотрю. Серега тебе не нравится, всем женщинам нравится, а тебе нет, – усмехнулся Санек. – А если серьезно, они самые близкие мне люди, и судьба их семьи мне не безразлична.

– А что твои родители?

– Разбились в аварии семь лет назад, – просто сказал Саня, но я почувствовала, что это до сих пор больная для него тема.

– Дяди, тети?

– Мама родом из Сибири, познакомились с отцом по переписке, когда он служил в армии. Сам он с Дона. Решили жить в Симферополе, в тепле. При Союзе это легче было. Поэтому больше родственников в Крыму у нас не было.

– Смотри, проезжаем мечеть, – Саня показал рукой на высокие минареты.

– Красивая. Давай завтра сюда с девчонками приедем. Теперь ведь они обидятся, что их не развлекают.

Саня согласно кивнул.

– А почему у тебя такая большая дочка, а у Сереги в два раза младше? Никому не приглянулся?

– Еще как приглянулся. Первая жена была очень красивая, но стерва, каких поискать. Всю кровь из мужика выпила. Ночные бары, вечеринки, загулы, он ее, бывало, по всему городу разыскивал. И в бизнес полез, потому что ей все было мало. А там оказалось, что у него есть коммерческая жилка, пошло дело. Рожать она не собиралась, ей шикарной жизни хотелось. Несколько лет так мучился, а потом его баба на наркотики подсела, алкоголя ей уже было мало. Серега ничего сделать не мог. Тогда ее родители принудительно на лечение отправили, а потом в какой-то город увезли, где наркоту так легко не купишь. Серега тогда вздохнул свободно, жить по-человечески начал. Но женщин стал опасаться, гулять, встречаться – это да, а в ЗАГС – ни за что. Так и Лорку встретил, а она, ничего ему не говоря, Варюшку родила. Он словно очнулся, когда дочку свою в руках подержал, снова семью захотел. С тех пор вместе живут. С Лоркой ему повезло, если бы не она – пропал бы Серега. А теперь вылезайте, дальше только пешком.

Я первый раз была в Евпатории. Длинная широкая набережная безусловно являлась достопримечательностью этого города. Просто попав сюда, ты оказывался в атмосфере праздника. С одной стороны прогулочной дороги к морю спускались песчаные пляжи, с другой – ряд кафе и закусочных привлекали разнообразными запахами. Звучала музыка, по мере того, как темнело, загорались огни. Всевозможные аттракционы, качели, продавцы мороженого, пирожков, воздушных шаров, игрушек и свистулек заполняли всю набережную. У детей разгорелись глаза, они не знали, что и попросить. На нашем пути оказалась палатка, торгующая чебуреками, рядом стояли белые пластиковые столики.

Почему-то этот запах напомнил мне детство, рот наполнился слюной.

– Я хочу чебуреков, – повернулась я к Сане, – всегда мечтала поесть чебуреков на улице, а родители считали, что это неприлично.

– Девушка, вы же давным-давно выросли! – засмеялся Саня, – удивительное желание для девушки в таком платье.

– Так, ты начинаешь напоминать мне папу. Дети, будем есть чебуреки?

– Да! – восторженно закричали Денис и Варя. Они бы согласились на все на этой праздничной набережной. Я была благодарна им за то, что они настояли на этой прогулке. Саня принес нам чебуреков и морс.

– Береги платье, – сказал он, кладя передо мною салфетки. – Я тебя буду каждый вечер вывозить в город, чтобы ты его одевала.

– И нас! И нас! – смеялись дети, сок от чебуреков тек по счастливым мордашкам, но мы не обращали внимания на такие мелочи.