Юлия Назарян – У семьи Кру-кру-крууу… все КО! (страница 9)
– Ого! – от удивления, что малая заговорила такими длинными предложениями, я даже не нашелся, что ответить на несправедливые обвинения. И просто вернул царевну в более надежные руки – папины, разумеется.
Глава седьмая
Старые страшные истории и новые ужасные подозреваемые
– Куда теперь? – промямлил кто-то из толпы. По всему было видно, что перепуганные люди даже и не думают расходиться по домам.
– Ну, как я понимаю, – взял слово папа, – нам с вами еще предстоит серьезный разговор. Но, искать истину под сыплющимися на головы камнями – неразумно. Я знаю одно место, где, может, и качает, но реальных угроз гораздо меньше.
– И что же это за место? – самый ворчливый старик покосился на папу, сильно прищурив глаза.
– Согласитесь лететь, – узнаете, – спокойно ответила мама, без труда разгадав папин план.
– Лететь на этом? – кивнув на шубу, Чунрав брезгливо фыркнул.
– На этом, – подтвердила мама. – Места на шубе, конечно мало, но стоя и с детьми на руках, мы все уместимся.
– А удержимся ли? – брови придирчивого старика запрыгали по отдельности.
– Ну, кого что-то не устраивает, может остаться здесь и посмотреть, есть ли жизнь под землей, – сострил папа, усаживая Костика себе на шею. – Только ногами не болтать, – дал он указания наезднику. – А-то Юлю запинаешь.
– А меня ты на ручки возьмешь? – шутливо спросил я у мамы, вставая с ней рядом у самого ворота шубы.
Мама ласково улыбнулась и посчитала по головам всех разместившихся на транспорте следом за нами.
– Похоже, нежелающих нет, – заключила она и, крепко схватившись за рукава, дернула их на себя. – Тогда, в путь! Держитесь друг за друга! Лететь, так вместе – хоть вперед, хоть вниз!
И мы полетели. Бедная шуба от перегрузки затрещала по швам, но она крепилась, что делали и все ее пассажиры, ежесекундно рискующие скатиться с улетной вещи огромным живым комом. Ну, представьте, стоите вы в транспорте, а на вас давит целая толпа, то с одной стороны, то с другой. Знакомо? А в летающем транспорте вы с таким сталкивались? А на летающем и открытом? То-то же! Путешествовать все-таки приятнее небольшой группой. Лично с меня вполне хватило бы нашей семьи и Ловки. Ну, и червя моего, конечно же, – как без него то? Он мне за время приключений совсем родным стал. Все-таки поселился жить у самого моего сердца.
– А другие дома меньше трясет, – заметил папа, вырывая свою голову из роя других голов.
– Так обыкновенно и бывает, – взялась объяснять Ловкина мама. – Эпицентр находится под каким-то определенным домом, или под несколькими домами. Но эти дома вовсе не обязательно стоят рядом. Чаще они находятся друг от друга довольно далеко. А остальным домам, будто просто отголоски достаются.
– А бывает и так, что один дом прямо скачет, – тоже захотел поговорить в полете Ловкин дедушка, – а стоящий рядом – даже и не шевельнется.
– Теперь мне еще больше хочется узнать, какова природа этих землеволнений. – Чтобы вписаться в очередной поворот, – а прямо лететь мы не могли, так как перегруженная шуба отказывалась подниматься высоко, – мама так сильно дернула за правый рукав, что я усомнился, продолжит ли он служить нам дальше. Но, к счастью, он продолжил. – А что это он делает? – заметив в одном из дворов мальчика среднего возраста, мама заинтересовалась его странными действиями и замедлила полет.
(Кстати, кому не понятно, что значит средний возраст ребенка – поясняю: – ребенком у нас принято считать человека от нуля до восемнадцати лет – соответственно, средний возраст – это середина пути от нуля к восемнадцати. Так что, Костик наш сейчас, как раз, в таком возрасте. Да и я недалеко ушел).
Но, вернемся к мальчику, заинтересовавшему маму. Прямо на наших глазах, он, с большим мешком в руках, добрался по слегка колеблющемуся двору до забора и, поднявшись на лежащие у забора камни, забросил свою ношу в соседний двор. Там мешок шлепнулся на землю прямо под покалеченным трясками фонарем и, лопнув, открыл перед нами все свои секреты. А вида эти секреты были отнюдь не приятного.
– Что ты делаешь? – громко спросила у мальчика наша мама.
– Как, что? – вполне искренне удивился мальчик. – Мусор выбрасываю.
– А почему ты выбрасываешь его к соседям? – тоже искренне удивилась мама.
– А что, нам свой двор засорять что ли? – ответила за мальчика, показавшаяся из дома пожилая женщина. – Вы что, сами так поступаете? По-вашему, подобное было бы разумно?
– Н-нет, то есть…, – логика незнакомки едва не завела нашу маму в тупик. Но она тряхнула головой и продолжила: – Но, ведь, так поступать нечестно. Выходит, сами вы предпочитаете жить в чистом дворе, а соседи пускай в мусоре купаются?
– Не знаете сути, так и не рассуждали бы, – проворчала женщина и схватилась за столб, поддерживающий козырек над входом в дом, так как в этот момент земля попыталась сбить ее с ног. – Где вы нечестность вообще увидели? Да, мы в соседний двор мусор переправляем, но они-то – в наш. И вообще, у нас все так делают.
Наша шуба зависла на одном месте, и то же самое на несколько мгновений случилось с мамой. Увидеть смысл в том, в чем его видели здешние жители, у нее так и не получилось.
– Абсурд, какой-то, – пробормотала мама. – А соседский-то мусор вы куда деваете?
– Вероятно, переправляют к другим соседям, – усмехнулся папа.
– Но, если так, то, как итог, мы должны видеть сильно замусоренные дворы…, – мама вместе с шубой оглянулась по сторонам. – Но здесь таких нет. Вы что, его как-то перерабатываете?
– А чего его перерабатывать? – женщина сильно наклонилась, чтобы увернуться от пакета с мусором, запущенного уже с другой стороны забора. – К утру, он сам исчезнет.
– Что, испарится в воздухе, или в землю впитается, как вода? – хмыкнул папа.
– Будто я об этом думаю, – женщина подозвала мальчика к себе и загнала его в дом. – Будто мне мысли занять больше нечем. О мусоре думать, – вот придумали иноземцы чудаковатые, – презрительно фыркнув, незнакомка сама вошла в дом. И мы все услышали звук падения, – дверь, неожиданно подброшенная землей, решила поторопить свою хозяйку, и с силой толкнула ее ручкой в спину.
Мама ненадолго побледнела, потом наоборот порозовела, затем посветлела снова. Я прочел ее мысли и понял, что в эти странные моменты она была готова отказаться от миссии по спасению мира, понятия которого были ей абсолютна непонятны. Вот, лично в нашей семье, даже малой, которой позволяется практически все, не позволяется бросать мусор на землю. Потому, вероятно, она бросает на нее свои игрушки. Раз так по миллион за одну прогулку. А мы – остальные Круглоотличниковы, – смиренно делим этот миллион на четверых, и каждый сгибает спину отведенное ему число раз. Все ж таки, и игрушкам на земле не место. В смысле, валяться им на ней не положено. А вы разве с нами не согласны? Хотя, все, наверное, зависит от того, из какого вы мира.
– Может, полетим уже? – вырывая маму из ее сумеречных мыслей, выкрикнул на удивление давно не подающий голоса Чунрав, полностью скрытый от наших глаз теми, кому больше повезло с ростом. – Мне уже воздуха не хватает. – В поисках кислорода, старик принялся расталкивать локтями рядом стоящих. Такие его действия едва не привели к крушению шубы.
– Уже летим, будьте же мужественны и сплотитесь хотя бы до конца полета, – аккуратно призвала к порядку мама, снова направляя шубу в нужную сторону. – Еще немного и будем на месте.
Пассажиры утихомирились, но их мужества хватило только до лесной поляны.
– Это здесь-то меньше угроз? – озлобившись, спросил один из мужчин, заметив на поляне лесное чудище, сидящее у костра.
– Да они нас монстру на ужин доставили, – прохрипел Чунрав.
– Ну, вообще-то, сегодня я уже ужинал, – послышалось снизу.
Все, кроме нашей семьи, разумеется, и Ловки, словно оцепенели.
Брякод оглядел толпу таким взглядом, будто оценивал калорийность порции.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.