Юлия Назарян – Маги острова Финадель и их волшебный друг Ди-ди (страница 9)

– Да вы-то в чем виноваты? – перебила Даниэля мама. – Это все мы с папой, со своими бесконечными заботами. Никак не пойму, – почему мы до сих пор не купили вам вторую кровать? Два подросших сына ютятся на одной кровати…. Что мы за родители такие? Только о своей работе думаем.

Мальчики не просто удивленно, а очень удивленно, переглянулись.

– Вы хорошие родители…, – еле дыша, проговорил Даниэль.

– Да, и вы всегда обо мне…, то есть, о нас… думаете, – закивал Кристиан, начиная понимать, что мама видит в Даниэле не постороннего мальчика, а своего второго…, точнее, – первого сына. Мысль об этой странности хотела заполнить всю голову Кристиана. Но вдруг, ее вытеснила мысль о том, что раз мама считает Даниэля своим сыном, то теперь, вероятно, станет любить его – Кристиана, в два раза меньше, чем раньше. А возможно, маминой любви и вовсе не хватит на папу и аж двоих детей. И она вся закончится….

Но тут мама улыбнулась. Улыбнулась той самой невероятной волшебной улыбкой, которую Кристиан не забывал ни на минуту, даже долго оставаясь без нее на волшебном острове.

Причем, улыбнулась мама и Кристиану, и Даниэлю. А еще, она поцеловала их. Так нежно, так ласково, как это может сделать только мама.

– Как же здорово, что вы у нас такие понимающие, – сказала она.

И Кристиан понял – маминой любви хватит и на него, и на Даниэля, и даже еще на миллион детей. Только миллион детей для одной семьи это, пожалуй, слишком много. А вот два – в самый раз. И пять, конечно, тоже. И десять. И возможно, даже двадцать.

– Умывайтесь скорее, и завтракать. И разумеется, не кашей, – ведь сегодня канун Нового года. Начинаем праздновать! Согласны?

– Конечно! – Кристиан радостно засмеялся и спрыгнул с кровати.

Даниэль тоже спрыгнул с кровати и, помешав маме выйти из комнаты, крепко-крепко обнял ее.

– За ночь так соскучился что ли? – спросила мама, прослезившись.

– Ага, за ночь, – как за целую жизнь соскучился, – тоже прослезившись, ответил Даниэль, и впервые в жизни почувствовал, как спокойно детскому сердцу, когда с ним рядом… совсем-совсем рядом, будто держа его за руку, или даже обнимая… крепко-крепко, но при этом нежно-нежно, стучит мамино сердце.

Прямо во время праздничного завтрака, в дверь кто-то постучал.

– Дед Мороз что ли, раньше времени пришел? – предположила мама и открыла дверь.

В дом вошел кто-то и, впрямь, похожий на Деда Мороза. В белой высокой шапке, белых валенках, с белой бородой, и с такой же белой елкой в руках.

– Вот это намело, – сказал бородач очень знакомым Кристиану голосом. – А говорили, снега на праздники не будет.

– Папа! – громко крикнул Кристиан, и бросился обнимать папу.

– Ну вот, своей горячей любовью, всю мою холодную маскировку растопил, – засмеялся папа, стряхивая с себя капли воды. И повернулся к замершему на своем месте Даниэлю, в голове которого сейчас крутилась мысль: «Вот и пришел конец моей сказке, он-то меня точно не примет…». – Ну, а ты что сидишь? Что, совсем видеть папу не рад? – удивленно спросил папа.

– Очень рад, – еще более удивленно ответил Даниэль, и тоже бросился обнимать папу.

Когда же Даниэль отлип от папы, папа посмотрел на его мокрое лицо и вытер его уже полностью согревшимися руками.

– Совсем я тебя своим гримом намочил.

– А елку когда ставить будем? – в нетерпении спросил Кристиан. – А то Дед Мороз скоро подарки уже принесет, а елка еще не наряжена.

– Не сейчас! – строго сказала мама, и тут же рассмеялась. – Позавтракать-то нам всем все-таки надо.

– А что, там, правда, снег? – полюбопытствовал Кристиан и, не дождавшись ответа, подбежал к окну.

За окном, действительно, создавая в воздухе своим кружением настоящее волшебство, крупными хлопьями падал снег. Хлопья ложились на уже высокие сугробы, и сказочная зимняя картина становилась все более и более сказочной.

Кристиан мысленно нырнул в самый глубокий сугроб, посмотрел на счастливых родителей, на стоящего рядом счастливого Даниэля, на расправляющую веточки красивую елочку, и подумал: – «Все, что нужно для настоящего праздника, у нас есть! Конечно, Дедушка Мороз не принесет пока подарок для Даниэля, но это совсем не страшно. Я буду счастлив, отдать ему свой подарок!»

Но, когда ночью пришло время искать под елкой подарки, оказалось, что под ней есть подарок и для Даниэля. На коробке так и было написано: «Даниэлю от Деда Мороза. Будь счастлив, чудесный мальчик».

– Я счастлив, – ответил Даниэль на прочитанное. – Очень-очень счастлив. Это самый чудесный Новый год в моей жизни!

– И я счастлив, – искренне сказал Кристиан.

И Даниэль был прав – это был чудесный Новый год, и не только для него, но и для Кристиана и для их родителей – Александра и Алены. Для всей невероятно счастливой семьи Орловых. Это был по-настоящему чудесный праздник! Снег – настоящий хрустящий, сияющий снег! Очень веселые игры! Пахучая елка, украшенная, будто целым миллиардом разноцветных огоньков! Прекрасные подарки! И… настоящее нежное волшебство, горящее в каждом сердце.

Волшебство…. Именно о нем думал Кристиан, во время ночного пиршества, наблюдая за родителями и Даниэлем, которые вели себя так, будто они самая настоящая семья, и всегда такой были. Будто иначе никогда и не было…, и даже не могло быть.

– «Волшебство, – подумал Кристиан и пожал плечами. – Ну да, волшебство…, – что же здесь особенного? Обыкновенное волшебство. – И он подмигнул нарисованному на стене Ди-ди. А тот… в ответ подмигнул ему. – Если могут быть волшебные крылатые дельфины, то почему не может быть волшебной невероятно счастливой семьи? Может быть. Еще как, может. Так пусть будет!»

Глава шестая

Необычное в обычном

или

Было ли то, чего не было

Не смотря на волнения Даниэля, по поводу того, что в одно прекрасное посленовогоднее утро, удивительная магия признания его чужой семьей, – развеется, – с течением времени, она никуда не исчезала. И Алена, и Александр Орловы продолжали считать мальчика своим сыном, который жил с ними с самого своего рождения, как, впрочем, и до него. И даже то, что у Даниэля в доме Орловых не было ни одной своей вещи – их ни капельки не смущало. Отсутствие вещей Даниэля оправдывалось очень просто, хотя и странно, – Даниэль совершенно внезапно вырос из всей своей одежды, и родители отдали ее нуждающимся многодетным соседям. Ну и, конечно же, сразу по окончании праздничных выходных, у Даниэля в доме Орловых появился, как бы, новый собственный гардероб – в кортом была и домашняя одежда, и одежда для прогулки, и… одежда для школы.

Кстати, мысли о школе вызывали в сердце Даниэля особые переживания – он не представлял, как будет учиться в обыкновенном не волшебном мире, среди совершенно незнакомых ему не волшебников; и как объяснит и одноклассникам, и учителям, как сумел родиться на целых семь лет позже своего младшего брата. Но проводя с семьей чудесные каникулы, Даниэль просто не подозревал, что впереди его ждет нечто еще более странное, чем чудо с родителями.

В первый же послепраздничный день, новоиспеченные братья столкнулись с тем, что, ну, совсем никак не укладывалось в их головах. Даниэля признавали практически все подряд. Его знали все одноклассники. Более того, двое из одноклассников даже считали мальчика своим лучшим другом, и сразу при его появлении на пороге школы, засыпали кучей вопросов о том, где и как он провел новогодние каникулы. И стали наперебой рассказывать о своих волшебных – разумеется, в переносном смысле, – приключениях. А потом долго смеялись, вспоминая, как на прошлый новогодний праздник в школе, Даниэль сбил с ног Деда Мороза, который шел на утренник первоклашек. И потом сам вынужден был нарядиться в оного. Причем, новый Дед мороз выглядел весьма комично – его чрезмерно длинное пальто волочилось по полу, а борода, свисающая до самых колен, росла от самых глаз.

Знали Даниэля и учителя, и даже ставили его в пример другим детям, как одного из лучших учеников младших классов их школы. Даниэль удивленно слушал похвалы в свой адрес и страшно конфузился, потому как не знал, как должен вести себя один из лучших учеников обыкновенной не волшебной школы, и какими знаниями он должен обладать.

Но и чудес со школой, видимо, было мало какому-то великому тайному магу, – Даниэля узнавали все соседи. Среди коих, была та самая, упоминаемая родителями, многодетная семья. И эта семья, при каждой встрече, демонстрировала Даниэлю, якобы, его расчудесную одежду, надетую на четверых детей разного возраста, которые благодарно улыбались юному магу улыбками, почти достигающими ушей – мол, вот, какой ты молодец, что так внезапно вырос сразу из целого гигантского гардероба.

В общем, жизнь Даниэля в неволшебном мире, была для всех чем-то естественным. А для самого Даниэля и Кристиана – сверхъестественным.

Благодаря своей сообразительности и, возможно, не оставляющей его и здесь, силе волшебства, Даниэль постепенно начал привыкать к не необычному для него обычному миру, и скоро, действительно, стал одним из лучших учеников и в неволшебной школе. Но время от времени мальчика все-таки беспокоил тот факт, что окружающие помнят ни капельки не знакомое ему его прошлое.

И как-то, – уже в один из последних учебных дней перед новыми новогодними праздниками, Даниэль дождался Кристиана у школы после уроков, и указал на своих, якобы, лучших друзей, стоящих в сторонке.