Юлия Набокова – Снегурочка носит мини (страница 13)

— Ты прям как учительница, — хмыкнул он и вдруг осекся, пристально взглянул на нее в прорезь маски: — Хотя почему как? Или ты в школе спецкором работаешь? Должно быть, делаешь репортаж для школьной стенгазеты?

— Ладно, ладно, — призналась припертая к стенке Аня и стянула маску. — Я вас обманула.

— Зачем? — Станислав смотрел на нее так, как будто видел впервые, в голосе его прозвучала растерянность.

— Потому что учительница в наряде Снегурочки — это нелепо! — выпалила Аня, краснея от неловкости.

— Значит, ты правда учительница… — протянул Станислав со странным выражением лица. Словно ее профессия все меняла. И добавил с досадой: — А я кретин!

Аня удивилась, но тут лифт остановился, и они вышли на площадку с четырьмя квартирами.

— А твою, то есть вашу страшную Тамару Петровну я и правда знаю, — заметил Станислав, доставая ключи и снова переходя на «вы», — она дама колоритная, такую раз увидишь — не забудешь. Но имени ее я не запомнил, вот и не понял, что она и есть ваша грозная начальница… И что она в школе работает, тоже не знал.

Квартира Станислава, как назло, оказалась самой дальней. Пришлось пересечь длинный коридор до самого конца, и Ане казалось, что все соседи сейчас припали к дверным глазкам и потешаются над ней.

Станислав открыл дверь. Анна юркнула в спасительную темноту, посторонилась, пропуская хозяина, и принялась усердно вытирать ноги о коврик, но, поняв, что это бесполезно и тапочки промокли насквозь, сняла их, отодвинула в сторону и встала на пол босиком.

Станислав пошарил рукой по стене, несколько раз щелкнул выключателем и с досадой заметил:

— Кажется, лампочка перегорела! Давайте пальто.

Это ничего, подумала Аня, снимая пальто. Скорей бы Станислав ушел на свой карнавал и оставил ее одну. Она согласна провести новогоднюю ночь хоть в полной темноте без телевизора, лишь бы больше не дрожать от каждого шороха и не бояться, что ее кто-то увидит в таком дурацком наряде.

В тот же миг Аню ослепил яркий свет в конце коридора. От неожиданности она выпустила маску, и та упала на пол. А звучный женский голос, не уступающий по силе децибел автомобильной сирене, радостно воскликнул:

— Наконец-то вы дома!

Станислав, стоявший впереди, заслонял собой Аню, и она не могла видеть женщину, появившуюся из комнаты.

— А я уже собиралась тебе звонить, сынок! — добавила та.

— Мама? — растерянно проговорил Станислав, делая шаг вперед. — Что ты здесь делаешь?

— Как что? — театрально вскричала женщина. — Приехала тебя повидать! Разве ты не рад, сынок? А еще я хочу познакомиться с Ларисочкой. Ну, что же ты прячешь ее от меня? Ларисочка, давайте знакомиться!

Станислав как-то странно взглянул через плечо на застывшую Аню и посторонился.

— Знакомься, мама, это Анна. Анна, это моя мама, Регина Викторовна.

— Здравствуйте, — выдохнула Аня, разглядывая сухощавую невысокую женщину в ослепительно-ярком, как елочная игрушка, серебристом платье с блестками.

— Анна? — Регина Викторовна изумленно вскинула тонкие брови. — А где же Лариса?

— Я тебе потом объясню, — пообещал Станислав.

Аня понятия не имела, что затеял Станислав и как ей себя вести, поэтому застенчиво улыбнулась его матери:

— Очень рада с вами познакомиться.

Улыбка замерзла на губах хрусталиками льда, когда Аня встретилась взглядом с Региной Викторовной. Цепкий взгляд матери Станислава просканирован Аню с головы до кончиков босых ног, и она почувствовала себя бабочкой, пришпиленной булавкой, которую под лупой разглядывает придирчивый коллекционер. У Ани не было ни малейших сомнений в том, что этой худощавой и нарядной даме, в которой чувствовалась власть, она не понравилась. Причем не понравилась настолько, что имей Аня какие-то виды на Станислава, у нее не было бы ни малейшего шанса дойти с ним до загса — его мать этого не допустит. Впрочем, о чем она вообще думает? Ей бы только эту ночь продержаться! Никаких иных планов на Станислава у нее нет и быть не может!

— С наступающим, Анечка! — дежурно, словно на камеру, улыбнулась Регина Викторовна. Голос у нее был высокий и хорошо поставленный — как у учителей или актеров. Интересно, кто она по профессии, гадала Аня. Может, они коллеги? Это помогло бы растопить лед.

— Какое у вас очаровательное платье! — елейным тоном пропела Регина Викторовна. — Оно вам не маловато? Кажется, вы из него выросли.

— Это только кажется, — с неожиданным для себя самой вызовом ответила Аня. С какой стати эта незнакомая дама рассматривает ее с таким презрением, как будто она — прыщ, вскочивший на подбородке, и обдумывает, как бы побыстрее его извести?

— Что ж, приятно было познакомиться, — Регина Викторовна, потеряв к Ане всякий интерес, повернулась к сыну. — Стас, проводи свою гостью.

— В смысле? — опешила Аня.

— Анечка, вы же понимаете, вам нельзя здесь оставаться, — с фальшивым сожалением сказала Регина Викторовна. — Сейчас придет Ларисочка, невеста Стасика. Вы здесь, уж простите меня, деточка, лишняя.

Аня в замешательстве взглянула на Станислава. Хуже положения и представить себе невозможно! Ей никак нельзя покидать квартиру. В любом шорохе ей будет слышаться приближение Тамары Петровны. Уж лучше вынести пренебрежение матери Станислава, чем попасться на глаза начальнице, особенно после того, как та нахваливала ее Станиславу как скромную и порядочную учительницу. Что же Станислав молчит? Неужели он не понимает, в какое безвыходное положение она попала по его милости? Уж лучше бы она осталась в своем подъезде! А теперь она даже вернуться в свой дом не сможет — далеко ли она уйдет в таком откровенном наряде?

— Ладно, я, пожалуй, пойду, — с трудом выговорила она, но голос все-таки дрогнул.

Она уже шагнула к двери, сунула ноги в мокрые тапочки, отстраненно подумав, что теперь ей точно не избежать пневмонии, и взялась за дверную ручку, когда Станислав шагнул к ней, крепко обхватил за плечи и развернул лицом к матери.

— Аня остается, — твердо объявил он.

— Но Лариса!.. — Регина Викторовна недовольно вздернула брови.

— С Ларисой мы расстались еще две недели назад, — отрезал Стас.

— Из-за этой вот? — Регина Викторовна окатила Аню волной презрения. — Вовремя же я приехала, ничего не скажешь! С кем ты связался, сын?

— Мама, стоп! Иначе наговоришь лишнего, и тебе самой же будет стыдно, — предупредил ее Станислав.

— Перед кем? Перед этой? — Регина надменно взглянула на Аню. — Да что ты в нее вцепился, как клещ?

Станислав еще крепче приобнял Аню за плечи.

— Стоило уезжать из Иркутска в Москву, чтобы спутаться с этой… куртизанкой! Вокруг полным-полно достойных девушек, — его мать возвела очи к потолку, — певиц, писательниц, телеведущих, спортсменок! Нет, чтоб выбрать одну из них!

Ну и запросы у мадам, поразилась Аня. Можно подумать, что Станислав — наследный принц или мировая звезда хоккея. Впрочем, что она о нем знает? Может, он и правда звезда? Она искоса взглянула на Станислава, продолжавшего держать ее за плечи. Да нет, вроде непохож…

— Мы с Аней — просто друзья, — внес ясность Станислав. — А теперь, извини, ма, Ане надо переодеться.

Регина Викторовна с неудовольствием посторонилась.

Станислав прошел в конец коридора и остановился, пропуская Аню в комнату. Она шагнула внутрь, увидела огромную кровать, занимавшую половину спальни, и попятилась, но натолкнулась на Станислава, который уже успел закрыть дверь. Его руки легли ей на плечи.

— Что вы себе позволяете? — возмутилась Аня, вырываясь.

— Звук потише сделайте, — спокойно посоветовал Станислав. — У моей мамы очень тонкий слух.

Он обошел Аню, плюхнулся на кровать и взъерошил волосы пятерней, пробормотав:

— Вот тебе и Новый год! Послушайте, Анна, — он поднял голову, — похоже, планы меняются. Я не еду на вечеринку, и Новый год нам, похоже, придется встретить втроем с моей мамой.

— Как я понимаю, выбора у меня нет, — вздохнула Аня.

— Как и у меня. Вряд ли удастся отправить маму обратным рейсом в Иркутск до полуночи. К тому же… — Он бросил взгляд на часы. — Там Новый год уже наступил. У меня к вам разговор…

Он покосился на дверь, встал с кровати, подошел к окну и поманил к себе Аню.

— Идите сюда. Что вы там стоите, как неродная.

Поняв, что Станислав не хочет, чтобы их услышала мать, Аня нехотя приблизилась к нему, настороженно спросила:

— А с каких это пор мы сроднились?

— С тех самых, как нас вместе застукала моя мать. А она, уж поверьте мне на слово, дама весьма любопытная и любознательная. Поэтому предлагаю сверить наши показания и найти какое-то разумное объяснение тому, как и почему вы оказались у меня дома в новогоднюю ночь.

— А почему бы не сказать правду? — с вызовом спросила она. — Начав с того, что Филипп послал вас ко мне, чтобы сообщить, что бросает меня, а вы не отказали другу в этой пустячной просьбе?

Станислав хмуро взглянул на нее, как будто уже сто раз пожалел о своем поступке.

— Анна, все не так, как вы думаете… — Он поморщился. — А с Филиппом я еще разберусь, обещаю. Пока же поверьте мне на слово: Филипп ввел меня в заблуждение, иначе я бы не согласился к вам приехать.

В его взгляде не было прежней насмешки, лишь раскаяние и… сочувствие. Только этого ей еще не хватало! Не надо ее жалеть!

— Тогда опустим причину вашего появления. Вашей матери достаточно будет знать, что я случайно захлопнула дверь, не могу попасть к себе домой, а вы, как благородный рыцарь, — теперь уже она не удержалась от насмешки, — пришли мне на помощь.