Юлия Набокова – Маша и мажор (страница 9)

– Хотите с нами поужинать, Маша? – внезапно предлагает он.

Чегооо? Я пораженно сглатываю и понимаю две вещи. Во-первых, я ужасно голодна и душу отдам хоть за хотдог. А во-вторых, мне хочется бежать отсюда, сверкая пятками. Потому что каждая минута под сводами этого богатого дома – это миллиард потраченных нервных клеток. Я не думала, что это будет так сложно!

– Заодно познакомимся поближе, – продолжает Громов светским тоном.

Он уже совершенно оправился от первого шока и великодушно не обращает внимания на мои дешевые шмотки. Как будто я – принцесса на горошине, забежавшая укрыться от дождя, а не жалкая нищенка и не ровня его сыну.

– Спасибо, но я лучше… – собираюсь отказаться, пока все не зашло слишком далеко, но Дэн меня перебивает.

– Конечно, мы с удовольствием! – заявляет он.

– Тогда проходите в столовую. Оксана уже накрывает на стол, – велит хозяин дома. – А я пока переоденусь.

И он быстро взбегает по лестнице, демонстрируя отличную физическую форму.

– Мы так не договаривались! – шиплю я, когда отец Дэна скрывается из виду. – Ты говорил – пять минут!

– Я сам ничего не понимаю. – Парень удивлен не меньше, чем я. – Он даже Доминику на ужин ни разу не приглашал.

Фига се, честь какая! У меня чуть коленки не подгибаются, и мажор обхватывает меня за плечи.

– Ты чего побледнела?

– Вообще-то я не ела с утра, – признаюсь я.

– Так сейчас и поешь! – обещает Дэн и ведет меня мимо лестницы. Похоже, к столовой, потому что до меня долетает ароматный запах специй и мяса.

– Если я останусь, точно спалюсь, – в панике шепчу я. – Твой отец – как рентген! Мне кажется, он все про нас понял.

– Ничего он не понял, – отмахивается парень. – Просто ему скучно. С Доминикой ему все понятно, а ты – это что-то новенькое.

– Я что, клоун тебе? – обижаюсь я. – И вообще, ты сказал – пять минут!

– Двойной тариф, – обещает мажор.

– Ладно, – соглашаюсь я. – Почему бы не поужинать в приятной компании!

Если за это еще и хорошо платят, добавляю уже про себя.

Мы заходим в просторный зал, правую половину которого занимает кухня-столовая с большим столом из темного дерева, а левую – гостиная с диванами и домашним кинотеатром.

На кухне симпатичная брюнетка лет сорока хлопочет у плиты. На ней – бордовый велюровый костюм. Мать Дэна? Слишком домашняя для жены олигарха.

– Привет, Оксан! – Дэн кивает ей, едва взглянув, и проходит к столу.

Значит, не мать, а подруга отца. Оксана с любопытством смотрит на меня. У нее круглые щеки, живые карие глаза и кудрявые каштановые волосы, собранные в хвост, как и мои, а щеки разрумянились от готовки. Довольно симпатичная и милая. На подругу Джеймса Бонда она не тянет, и выбор Громова меня удивляет. Я бы скорее ожидала увидеть за ужином холеную красотку в бриллиантах с ледяным взглядом.

– Это Маша, она будет ужинать с нами, – говорит Дэн.

Оксана ничем не выдает удивления, не кривится при виде моих дешевых шмоток, а вполне дружелюбно улыбается:

– У меня уже почти все готово.

Она поворачивается к плите.

– Давайте помогу! – Я шагаю к ней.

– Нет-нет! – Оксана с улыбкой отказывается. – Вы в гостях!

Я неловко оглядываюсь – Оксана хлопочет у плиты, Дэн сидит за столом и подзывает меня взглядом. Чувствую себя собачкой на поводке. Подхожу и сажусь рядом.

С любопытством разглядываю интерьер. Интересно же, как живут олигархи. Я как будто оказалась внутри модного журнала или сериала из жизни богатых. Если это и дворец, то очень современный. Классикой с помпезными колоннами и бархатными шторами здесь и не пахнет. Столовая и гостиная оформлены в стиле хайтек – холодный блеск металла, крашеные стены. Ни горшка с цветком на подоконнике, ни семейной фотографии в рамке на стене. Ничто не напоминает об уютном семейном гнезде, где родители с детьми собираются по вечерам на ужин. Интересно, у Дэна есть братья или сестры? Вряд ли. А где его мать?

Бросаю на него быстрый взгляд, но не решаюсь задать вопрос. Какое мне дело? Я здесь всего на вечер.

Стол уже накрыт на двоих. Похоже, Оксана и Дмитрий хотели поужинать в романтической обстановке, но Дэн помешал их планам.

Оксана ставит на стол третий прибор, ничем не выдавая своего недовольства. Идеальная подруга олигарха.

Пока я глазею на огромную, как колесо, белую тарелку, в столовую быстрым шагом заходит мужчина в черном спортивном костюме. Телохранитель? В первую минуту мне кажется, что его прислал Громов, чтобы выставить меня за порог и не пачкать руки самому. Затем наши взгляды встречаются, и я как будто налетаю на каменную стену. Передо мной хозяин дома, сменивший элегантный костюм на домашний. Сейчас его вполне можно принять за обычного мужчину, если бы не взгляд – оценивающий, пронизывающий, разбирающий меня на молекулы и собирающий снова. Он словно пытается понять, откуда я взялась на его голову и как изолировать меня от его сына. Хочется спрятаться под стол или сразу во всем признаться, но я выдерживаю его взгляд и робко улыбаюсь. Мол, понимаю, что сыну вашему я не пара, но люблю не могу! Поворачиваю голову на Дэна и смотрю на него, как на солнышко ясное. Это нетрудно, ведь Дэн и правда красавчик. Я таких парней раньше не встречала.

– У меня все готово! – Оксана достает из духовки блюдо, по кухне плывет божественный аромат.

Я ерзаю от голода и от любопытства – интересно, что там едят олигархи?

– Давай мне, Оксан! – Громов легко подхватывает тяжелую утятницу и ставит в центр стола.

Я пораженно смотрю на целиком запеченную огромную птицу.

– Индейка с прованскими травами, – объявляет Оксана.

Я чувствую себя так, как будто попала в рождественскую голливудскую мелодраму. Сколько раз я слышала про индейку, но отведать ни разу не доводилось. Когда хватает денег на куриные ножки по акции в «Пятерочке» – у меня уже праздник.

Оксана снимает фартук, и я жду, что она к нам присоединится. Но она окликает Громова:

– Что-то еще нужно, Дмитрий Кириллыч?

– Спасибо, Оксана, ты можешь идти.

Он даже головы к ней не поворачивает. Тон – властный, как у царя, который говорит с прислугой.

Я понимаю, что ошиблась. Оксана – не подруга олигарха, а домработница.

– Тогда до завтра. – Женщина исчезает из столовой.

А я остаюсь наедине с отцом и сыном.

Громов вонзает нож в индейку и начинает ее разделывать. Я нервно сглатываю. Вот я попала!

Индейка выглядит до того торжественно и пафосно, что у меня вырывается вопрос:

– У вас какой-то праздник?

Громов на миг поднимает глаза от тарелки. Во взгляде – удивление.

А затем я слышу насмешливый голос Дэна:

– А я не сказал? У папы день рождения.

Я подпрыгиваю на стуле и растерянно восклицаю:

– Поздравляю!

Гадаю, сколько же лет может быть отцу Дэна. На вид ему лет сорок. Похоже, что он был довольно молодым, когда родился сын. Примерно нашего возраста сейчас.

– Денис шутит, – мужчина с невозмутимым видом режет индейку, а затем обращается ко мне. – Позвольте я за вами поухаживаю, Маша.

Я подвигаю свою большую тарелку, и Громов начинает накладывать в нее кусочки ароматного жаркого. Один, два, три… Я с вожделением смотрю на еду.

– Еще? – Мужчина насмешливо косится на меня.

Я киваю. Ну а что? Мне же не надо произвести на него хорошее впечатление. Так хоть наемся впервые за день.

– Я раньше индейку только в кино видела, – простодушно признаюсь я, вспоминая о своей роли.

– Никогда не ели индейку? – удивляется олигарх.

– Для нашей семьи это слишком дорого, – я смущенно опускаю глаза и придвигаю к себе полную тарелку.