Юлия Мотси – Порталы судеб (страница 2)

— Нет, не облил. Извинить? Дай-ка подумаю, могу ли? — Улыбаясь, поднесла руку к лицу, показывая, что обдумывает, и взмахнув указательным пальцем, показывая, что решение принято, нежным голосом весело проговорила:

— Ну хорошо, извиню, но только при одном условии: если загладишь вину, купив мне кофе и такую же булочку, как у тебя. — Смеясь, добавила: — И, конечно, составишь мне компанию, а то подруга задерживается, а я не люблю одна пить кофе.

Во рту все пересохло от волнения. Он смог в ответ лишь покачать головой в знак согласия. Девушка с длинными каштановыми волосами смотрела на него большими, красивыми голубыми глазами и мило улыбалась. Повернувшись к бариста, он повторил заказ сдавленным голосом. Получив заказ, обернулся, но девушки за ним уже не было. Он стал искать ее, рассматривая сидящих за столиками. Взгляд уловил ее, сидящей возле окна и махающей ему. Он направился к столику. Поставив перед ней кофе и тарелочку с булочкой, застыл стоя перед ней, держа свой кофе и булочку, не зная, что делать дальше.

— Да садись же ты, не бойся, я не кусаюсь, — заливисто смеясь и показывая жестом на рядом стоящее кресло.

Артем скорее плюхнулся в кресло, чем сел. Он никогда так неловко и неуверенно себя еще не чувствовал. Девушка притягивала его, завораживала, заставляя опускать свой взгляд.

— Меня Алена зовут, а тебя как, скромняга? — Смотря игриво на него, протягивая свою нежную, ухоженную маленькую ручку.

— Артем, — откашливаясь, прочищая горло, тихо ответил он, лишь мельком взглянув на нее, пожал ее нежную руку. От прикосновения у него сердце дрогнуло и забилось чаще. Казалось, что все вокруг слышат его удары.

Алена начала непринужденный разговор, который раскрепостил Артема, вовлекая в беседу. Сначала она рассказывала о подруге, которая всегда опаздывает, потом они стали говорить о музыке. Артем воодушевленно рассказывал о новинках и веселых историях о музыкантах. Алена заливалась от его шуток на все кафе. Затем пришла ее подруга, Даша. Веселая кучерявая миловидная блондинка, которая легко влилась в разговор. Время пролетело незаметно. Уже было за полночь, когда было принято решение расходиться по домам.

Смеясь, они вышли из кафе. Артем вызвал для девушек такси.

— Звони, ты милый, была рада познакомиться, — сказала Алена, бросив на него игривый взгляд и протягивая визитку. Такси тронулось, Алена выглянула из окна, посылая воздушный поцелуй и махая.

Провожая взглядом машину и махая в ответ, Артем чувствовал, как внутри разливается тепло, а эта девушка взволновала его сердце.

По дороге домой его мысли вновь и вновь возвращались к Алене. Выйдя из метро и подходя к дому, он, задумавшись, остановился. Мысли смешались: с одной стороны, дорогая бабушка, с ее болями и тихими вечерами, где каждый день — борьба за выживание, и он — ее единственная опора, несущий на себе ношу счетов и лекарств. С другой — Алена, чья улыбка манила, как врата в мир страсти и свободы, обещая разорвать цепи рутины. Сердце разрывалось: если он рискнет, шагнет к ней и к музыке, то предаст ли бабушку, оставив ее одну в этой хрупкой реальности? А если отступит, то утонет ли сам в серости, потеряв искру, что только что разгорелась? Этот выбор пульсировал в висках, как барабанная дробь, заставляя потеть ладони и сжимать кулаки. "Что, если она не примет мою жизнь с ее тенями? А если примет — изменит ли все?" В этот миг нахлынуло прозрение. Надежда, в то, что все не случайно, страх отступил, уступив место решимости. Он улыбнулся, чувствуя, как сомнения утихают, открывая путь к новым горизонтам. С ней, с Аленой!

Буря чувств

Алена ворвалась в жизнь Артема как ураган, сметая все на своем пути. Он потерял голову от любви к ней — эта страсть была всепоглощающей, как наркотик, заставляющий забыть о реальности и погружаться в сладкий хаос эмоций. Их первые свидания были как волшебный сон, полный ярких красок и сладкого опьянения, которое заставляло сердце Артема биться учащенно, а душу — трепетать от восторга.

Первая встреча в кафе переросла в прогулку под зонтами по мокрым улицам, где капли дождя блестели на ее волосах, как драгоценные камни. Артем, обычно сдержанный и уставший от будней, вдруг почувствовал себя героем романа.

Ее рука в его ладони была мягкой и теплой, а смех — мелодичным, как песня, которую он мечтал исполнить. Они сидели в маленьком итальянском ресторане, где свечи мерцали на столе, а официанты в белых фартуках суетились вокруг. Артем заказал вино, краснея от смущения, Алена, с ее безупречным вкусом, выбрала пасту с трюфелями, и он смотрел на нее, очарованный, как на видение из другого мира. Ее глаза сияли, когда она рассказывала о поездках в Европу, о вечеринках в элитных клубах, и Артем ловил каждое слово, чувствуя, как его обыденная жизнь тускнеет на фоне ее блеска.

В тот вечер, когда они вернулись к нему домой, бабушка уже спала, и они сидели на кухне, шепчась. Алена прикоснулась к его щеке, ее пальцы были нежными, как шелк, и Артем ощутил прилив нежности, смешенную с желанием — это была любовь на взлете, чистая и всепоглощающая, как первый поцелуй под дождем.

Он влюблялся стремительно, сердце колотилось от счастья, а мысли кружились вокруг нее: "Это она, та, кто изменит все". Но в глубине души закрадывались вопросы — почему такая девушка выбрала его, простого парня? Что скрывается за ее улыбкой?

Их второе свидание было в парке аттракционов, где они катались на колесе обозрения, и город внизу казался игрушечным, а ее голова на его плече — самым дорогим сокровищем. Артем пел для нее тихонько, импровизируя мелодию, и Алена аплодировала, ее глаза блестели от восхищения.

— Ты талантливый, — сказала она тогда, и Артем почувствовал прилив гордости, — но это всего лишь хобби.

Эти моменты были как сон — полные романтики, страсти и обещаний, но Артем все чаще замечал ее раздражение, когда он говорил о работе, ее взгляд, скользящий по его потрепанной куртке. Он не догадывался о манипуляциях, позволяя ей вести себя, как марионетке, теряя себя в ее объятиях.

По мере того, как их отношения углублялись, Артем решил поделиться своей мечтой — открыть душу, надеясь на поддержку. Это случилось после очередного свидания, когда они лежали в его постели, а луна светила сквозь занавески, отбрасывая серебристые блики на ее кожу. Сердце Артема стучало громко, как барабан перед выступлением, когда он прошептал:

— Алена, я хочу стать певцом. У меня есть голос, страсть... Это мой шанс!

Он ожидал энтузиазма, объятий, но ее лицо омрачилось, и она села, поправляя волосы с холодным видом.

— Мечтами сыт не будешь, Артем, — сказала она, ее голос был резким, как удар хлыста, с ноткой презрения. — Где ты и где сцена? Ты — курьер, гоняющий на мопеде по лужам. Брось эти глупости. Папа возьмет тебя в свою компанию, будешь нормально зарабатывать, купишь квартиру, машину. Жить надо богато, без этой ерунды.

Ее слова ударили как нож в сердце — мечта, которую он лелеял годами, вдруг показалась смешной, недостойной. Артем почувствовал прилив гнева, смешанного с болью: как она могла так легко растоптать его страсть? Но любовь к ней, ее запах, свежий и сладкий, как летний день, ее смех, заразительный и свободный, ее тело рядом ночью, теплое и страстное.

Внутри все кипело — смесь ярости, отчаяния и нежности.

— Ну мы пока, я не заработаю будем жить здесь.

Алена лишь рассмеялась и добавила, накручивая прядь его волос на палец:

— В этой дыре? С твоей бабкой под боком? Ты шутишь?

Артем вспыхнул, но тут же успокоился, сказав:

— Я приложу все усилия, буду работать больше, заработаю на квартиру. Возьму ипотеку, все будет хорошо.

Алена лишь рассмеялась, ее смех был холодным и презрительным, как удар ножа.

Алена то ласкала, обещая мир комфорта, то требовала, не давая шанса на компромисс. Ее капризы были как волны — то нежные, то разрушительные, и Артем тонул в них, борясь за воздух.

Проводив Алену, Артем вернулся домой, где на кухне его ждала бабушка. Она сидела за столом, ее глаза были полны тревоги, а руки слегка дрожали.

— Артемушка, — сказала она тихо, — это же твоя жизнь. Не ее. Не думаю, что она относится к тебе серьезно. Ты ослеп от любви, но это пройдет. Артем вспылил, его голос сорвался на крик:

— Ты не знаешь Алену! Ты не понимаешь! Я люблю ее!

Бабушка лишь покачала головой, ее лицо омрачилось печалью.

— Жить тебе, — ответила она с горечью в голосе. — Поступай как знаешь.

Все еще качая головой, она печально пошла в свою комнату, оставив Артема одного с бурей в душе.

Долго не мог заснуть Артем, слова бабушки стучали эхом в ушах, но образ такой красивой улыбающейся Алены манил его как мотылька на свет, затмевая все сомнения.

На следующий день Артем предложил встретиться в парке, где они часто гуляли под осенними листьями, шуршащими под ногами как тайные шепоты. Воздух был пропитан запахом мокрой земли и увядших цветов, а солнце пробивалось сквозь облака, отбрасывая золотистые блики на ее лицо.

Они шли рука об руку по аллее, но напряжение витало в воздухе — Алена казалась задумчивой, ее шаги были резкими, пальцы сжимали его ладонь чуть сильнее, чем обычно. Артем чувствовал, как его сердце сжимается от тревоги; он пытался шутить, но слова выходили принужденными, а улыбка — вымученной.