Юлия Монакова – Я тебя отвоюю у всех (страница 2)

У Леки была своеобразная внешность – не кричащая броская красота, а трогательное и хрупкое, немного нескладное и дерзкое обаяние юности. Пышные кудрявые волосы, которые она убирала в небрежный хвост или прятала под бандану, огромные кошачьи глаза на подвижном личике с выразительной мимикой, по-кошачьи же острый подбородок, тонкая кость… Этакий ангелок, сошедший с небес на землю. Весь её облик словно кричал о некой воздушности, даже возвышенности, но на самом-то деле под обманчивой маской невинности скрывался маленький танк. Характер у Леки был – где сядешь, там и слезешь! Отстаивая свою точку зрения, она могла в буквальном смысле кинуться с кулаками даже на парней, будь то дворовые пацаны или ребята-одноклассники. Впрочем, те предпочитали её не провоцировать, наученные горьким опытом, а между собой называли девчонку абсолютно отмороженной.

Неудивительно, что с таким тяжёлым, практически диким нравом у Леки почти не было друзей. Единственная подруга с первого класса – Наташка Клюшина – продержалась рядом с этим дьяволёнком до самого выпускного лишь потому, что была слишком ленива для того, чтобы конфликтовать. Медлительная, флегматичная и спокойная Наташка умиротворяла свою подружку, мастерски гася в зародыше все вспышки Лекиного бешенства.

У родителей Наташки был свой бизнес: они держали маленький, всего-то на четыре номера, семейный отельчик. Для этого несколько лет назад им пришлось влезть в долги, набрать кредитов и построить двухэтажный коттедж в десяти минутах ходьбы от моря. Пустив рекламу в соцсетях, они стали принимать отдыхающих, и надо отметить, что дело тут же пошло. Отбоя от желающих не было, номера бронировали чуть ли не за полгода вперёд. Мать Наташки готовила постояльцам вкусные и разнообразные завтраки, отец баловал их шашлыками на заднем дворе… короче, в отельчике с непритязательным названием “Милый дом” царила по-настоящему домашняя, неформально-дружеская атмосфера семейного уюта.

В отличие от Леки, подруга связывала своё будущее с этим городом, что называется, добровольно и с песней. Она планировала поступить в институт курортного дела и туризма на заочку, параллельно продолжая помогать родителям вести дела в отеле, а чуть позже выйти замуж за давно влюблённого в неё одноклассника Серёжку и прожить с ним здесь же, в Геленджике, долгую счастливую жизнь в любви и согласии, нарожав кучу ребятишек.

– Тощища смертная, – всегда пренебрежительно фыркала в ответ Лека, делая вид, что её тошнит от подобных перспектив. – Нет, лично я свалю отсюда при первой же возможности…

И это не было пустым бахвальством или ничем не подкреплёнными мечтами – Лека всерьёз обдумывала план побега.

– Думаешь, в Москве тебя прямо-таки заждались? – рассудительно заметила Наташка, когда Лека поделилась с ней своим дерзким замыслом. – Не успеет нога Судаковой ступить на столичную землю, как все знаменитые хореографы, включая Аллу Духову и Егора Дружинина, окружат её плотным кольцом и начнут буквально выдирать друг у друга из рук! И вообще, не кажется ли тебе, что летом в Москве ловить абсолютно нечего? Все артисты разъезжаются по гастролям, а горожане по дачам. Кого ты собралась пленять своим талантом? Привокзальную публику? Таких же приезжих, как ты сама?

– Смейся, смейся, – Лека ничуть не обиделась на глупую Наташкину иронию – всё равно подружка ни черта не смыслила в танцах. – Тебе не понять. Я в Геленджике задыхаюсь, неужели ты не видишь? Мне тут тесно и душно, а я хочу дышать полной грудью! Хочу жить на полную катушку! В кайф! Взахлёб!

– Ты прямо как Белль из “Красавицы и чудовища”, – Наташка усмехнулась и ужасно фальшиво провыла, подражая пению диснеевской героини:

– “Ах, до чего такая жизнь скучна!”

Лека лишь выразительно закатила глаза, не удостоив её ответом. Подруга тем временем плюхнула перед ней на стол блюдо с домашними ватрушками и вазочку абрикосового варенья с грецким орехом, а затем налила свежезаваренного чая в огромную чашку, беззлобно прицокнув языком:

– Жри давай, скелетина… смотреть страшно.

– Танцор должен быть худым и вечно голодным, – промычала Лека, уже набив себе рот вкуснейшей выпечкой и щедро зачерпнув варенье столовой ложкой.

Её саму мать не баловала домашними разносолами, готовила кое-как, в основном из полуфабрикатов, а уж варенье и подавно не варила, хотя соседки и приятельницы дружно порицали её за этакую бесхозяйственность в их изобильном фруктово-ягодном краю.

– Господи, как же это вкусно… ты хочешь загубить мою несостоявшуюся карьеру, я догадалась! – Лека с наслаждением облизала ложку, чтобы не оставить ни капельки варенья, и откусила сразу половину ватрушки.

– Между прочим, летом в Москве не такое уж затишье, как принято думать… – пробубнила она в своё оправдание с набитым ртом. – Я нашла в инете информацию о кастингах в довольно интересные проекты. Пара мюзиклов, одно реалити-шоу, ну и так… по мелочи, типа танцевать в клубах.

Наташка поперхнулась чаем и закашлялась, страшно выпучив глаза и покраснев.

– В клубах?! – прохрипела она наконец. – Стриптизёршей?

– Совсем ку-ку? – Лека покрутила пальцем у виска. – Можно подумать, кроме стриптиза, никаких других клубных танцев не существует…

– Ага, – с сомнением протянула Наташка, торопливо делая большой глоток воды; с лица её до сих пор не сошла устрашающая краснота. – И все эти заведения тебя прямо ждут – не дождутся, им же своих танцовщиц не хватает! Да чтобы получить там место, тебя наверняка заставят сделать что-нибудь… непотребное. К примеру, переспать с владельцем клуба! Вон, Алиска из “Арабской ночи” трахается с женатым директором, а он лысый, жирный и старый, ему уже сорок! – с неподдельным ужасом и отвращением произнесла подруга.

– Ну, ты и сравнила, – неуверенно возразила Лека. – Убогая шашлычная, гордо именуемая рестораном восточной кухни – и настоящий ночной клуб в Москве! Да и танцовщица из Алиски, прямо скажем… ниже среднего уровня, фуфло полное. Или ты считаешь, что я такая же бездарность?

– Нет, – справедливая Наташка шмыгнула носом, – ты очень талантливая. Но… блин, я за тебя так волнуюсь!

– Я буду осторожна, – пообещала Лека. – Ты ведь желаешь мне счастья?

– Конечно желаю. Но, если всё получится, я буду так скучать по тебе, дура…

Поддавшись порыву девичьей сентиментальности, подруги неловко обнялись. Впрочем, с сантиментами было быстро покончено – Лека наконец перешла к делу, ради которого и заявилась сегодня к Наташке.

– Ты не одолжишь мне денег на эту поездку?

– Денег? – та немного смутилась от такого поворота. – А сколько конкретно тебе нужно?

– Если честно, и сама толком не знаю. На билет-то до Москвы я накопила, но надо ведь и жить где-то, питаться, ездить в метро… Наверное, тысяч двадцать-тридцать на первое время. У предков не хочу просить, они только разорутся и никуда меня, конечно же, не отпустят, – она помрачнела.

– Так ты что, – Наташкины глаза сделались совсем круглыми, как у совы, – вообще ничего им не скажешь? Вот прямо ничегошеньки? Просто так уедешь – и всё?

– Как ты предлагаешь донести до них эту информацию? – Лека ядовито усмехнулась. – Ты же знаешь моего батю, он меня скорее на цепь посадит, чем позволит уехать в Москву!

“И правильно сделает”, – явственно читалось на Наташкиной физиономии, хотя вслух у неё вырвалось лишь беспомощно-испуганное:

– Ой, мамочки-и…

– А я тебе всё-всё верну, до копеечки, как только заработаю! – горячо заверила Лека, подумав, что она волнуется из-за денег.

– Но у меня столько нет, – Наташка озабоченно нахмурилась. – Ты же знаешь, родители мне пока не платят, вкалываю на поприще семейного дела задаром… – однако, заметив, как сразу поскучнело лицо подруги, торопливо добавила:

– А я у Серёги возьму! Он мне не откажет. А если вздумает кобениться – пригрожу отлучением от тела, – и она игриво хихикнула, прикрыв рот пухлой ладошкой.

– Спасибо тебе, Натаха, – расчувствовавшись, Лека снова обняла её. – Даже не представляешь, как ты меня выручила.

Галинка

День рождения малышки Алиночки решено было отпраздновать на летней веранде одного из самых знаменитых столичных ресторанов.

Муж, не любивший светские тусовки и толпы полузнакомых людей, поначалу предлагал ограничиться узким кругом самых близких друзей и родственников. Но даже при таком раскладе без ресторана было не обойтись, компания всё равно вырисовывалась немаленькая. Можно было, конечно, позвать гостей на дачу, практически идеальный вариант – там и воздух, и приволье, и зелень, и ягоды с куста, но далеко не все сумели бы вырваться за город в будний день. Что касается московской квартиры, то хоть она и представляла собой просторные двухуровневые апартаменты, вместить всех приглашённых всё равно была не в состоянии. К тому же Галинка банально опасалась, что после нашествия разновозрастных детей на их жилище от последнего останутся одни руины.

Сама именинница пока мало что понимала, но Галинке хотелось устроить незабываемый праздник в том числе и для себя с мужем – такой, чтобы гости потом ещё долго о нём вспоминали. А когда дочка повзрослеет, мечтала Галинка, то будет с удовольствием пересматривать красочные фото и видео с праздника и несомненно порадуется тому, что родители всё это для неё организовали. Всё-таки, один год ребёнку – это очень важная дата…