Юлия Михалева – Ивановка (страница 26)

– А собака наша, точнее, брата младшего, на привязи сидела и защитить не смогла.

– Ты о чем вообще? – не мог взять в толк Илья.

– Илюха, не надо. Просто скажи как есть: почему у тебя полный шкаф вещей моей бабки? Откуда они? Зачем они тебе?

– Не знаю, что ответить, – совершенно искренне признал Илья. – Не знал, что они ее.

– И чьи же тогда? И откуда они у тебя? – Рыжий смотрел исподлобья.

Рассказать про Варю?.. Про то, как она пришла в гости, разделась и голая вылезла в окно? Он не поверит, да и кто бы поверил? И тут вставал другой вопрос: а у нее эти вещи откуда? Лучше бы на него ответила она. И хорошо бы, чтобы это было простое объяснение: например, горбунья их ей для чего-то одолжила.

– Я их нашел у себя во дворе. После того, как обнаружил у дома круг из цветов и крови. Говорят, это знак порчи или жертвы, я не слишком-то в это верю, – сказал Илья. – Чьи они, я не знал, как и говорю. Занес вот да оставил на случай, если кто-то за ними вернется.

Выражение лица Рыжего менялось, гнев ушел – теперь оно стало отрешенно-печальным.

– Все понятно. Ладно, – кивнул он, заматывая руку футболкой. – Пусть.

Он довольно долго возился, сопя. Интересно, почему не появлялся упомянутый им брат? Наверное, такой же огненно-рыжий. Хотя, должно быть, он просто учился в городе и приезжал на каникулы.

– А где твой брат? – спросил Илья, считая, что это разрядит обстановку.

И ошибся. Рыжий замер, глядя на него, как на монстра.

– Причем тут он?

– Не причем, – Илья пожал плечами. – Ты сам о нем вспомнил, вот я и спросил.

– Да? Надо же. Никогда не спрашивал и тут вдруг решил.

– А что тут такого?

– Да ничего, – зло сказал Рыжий. – Где он? Ну, думаю, все так же в могиле. Или я чего-то не знаю?

Вот уж на редкость неудачная тема.

– Как ты и сам наверняка знаешь, он прыгнул в воду и сломал шею. И утонул. Или в другом порядке, не важно. Но уже два года его нет. Ему было всего пятнадцать, – губы Рыжего задрожали. – Сандра до сих пор его ищет, а бабка плачет по ночам. И я…

Сосед отвернулся.

– В общем, нет больше Ромки. Соседи говорили, что его утащил на дно и сделал щлыхом заговоренный помещик ивановский, – Рыжий, потирая глаза, понес явный бред. – Другие, в том числе подруга твоя, что Мать его прибрала. Врач сказал, что вода в легких. А я верю тому, что видел: вчера он был, а завтра на гроб землю бросали. Все, Илюха. Хватит с меня, – и, не дожидаясь ответа, Рыжий быстро вышел за дверь. Илья слышал через тонкие стены хруст его быстрых шагов по снегу.

Илья не знал, сколько часов провел, сидя на кровати и глядя то на груду белья, то на скелетированную ногу. Стемнело. В дверь поскреблись. Тот самый звук. Это она.

– Открыто.

Дверь заскрипела, впустив почти бесплотную тень, остро пахнущую… Лесом? И как он прежде не замечал такой отчетливый дикий запах?

– Вы сегодня не зажигаете лампу? Кончился керосин? – спросила Варя.

Илья послушно и механически выполнил просьбу гостьи. Почти наощупь нашел бутыль, зажег лампу и поставил на середину стола.

Варя уселась, вглядываясь в нее.

– Вам сегодня грустно, – заметила она, как будто узнала об этом от пламени.

Грустно? На душе мерзко скребли кошки. Илья кивнул, но она не смотрела на него – огляделась по сторонам. Наверняка заметила в тусклом свете и свою – точнее, бабкину – одежду, и наволочку.

Илья достал из шкафа две купленные в райцентре бутылки вина, удивляясь, что так долго держался – и сегодня, и в целом. Как будто компания Вари непонятным образом дала ему разрешение на то, что он отчаянно и давно хотел сделать – сбежать в забытие от себя самого. Он вскрыл бутылки и поставил на стол вместе с кружками.

– Будете? – не дожидаясь ответа, он разлил вино на двоих.

– Лучше не стоит.

– Почему?

Илья сделал глоток. Тепло потекло по телу. Он залпом осушил кружку. Отвык: сразу же захмелел.

– Я не очень хорошо себя контролирую, – задумчиво ответила Варя.

– Так это нормально. Мало кто может похвастаться обратным, – Илья придвинул ей кружку.

Она улыбнулась.

– Нет, не очень нормально. Вы даже не представляете, что предлагаете. Я выпью чаю.

– Желание гостя – закон, – он поставил чайник и повернулся к Варе. Она продолжала рассматривать вещи на полу.

– Вы оставили свою одежду, – заметил он. Язык развязывался, и не пришлось обдумывать, что и как говорить.

– Да, – согласилась Варя, как будто не было ничего более естественного. Захмелевший Илья хотел спросить, как она у нее оказалась и что вообще значила ее выходка, но не успел: – А что там у вас под наволочкой?

Чайник долго не закипал. Так что Илья выпил еще – и только потом ответил.

– Вы не поверите. Я и сам не верю. Вот скажите – часто люди находят части трупов в подвалах?

Варя вскинула еле заметные брови.

– Вы нашли труп?

– Ну, не совсем я, и не совсем труп… Но, в общем, да. И я не знаю, что с этим делать, – признался Илья.

Со скрипом подвинув стул, Варя встала, опустилась на корточки перед находкой и откинула наволочку.

– Думаю, что он весь закопан тут, под домом. Прямо здесь, где мы сейчас с вами стоим, – мрачно отметил Илья. – Здесь кого-то убили.

Варя повернула голову набок и без тени брезгливости подняла ступню.

– Я не особо разбираюсь в таком, но, кажется, он здесь уже очень давно.

– И что это меняет?

– Вообще-то многое, – Варя положила находку на пол и вытерла руки о юбку, вставая. – Хотя бы то, что его убили не вы.

Илья протянул ей кружку – и когда она покачала головой, настойчиво взял за сухую ледяную руку, разжал пальцы и поместил ее туда. Он и сам не знал, для чего так хотелось напоить девчонку. Точно не для того, чтобы уложить в постель. В глубине души он все еще надеялся на что-то лучшее, чем невзрачная деревенская жительница, пусть и приехавшая из города.

– Мне чаю, – напомнила Варя, возвращая кружку на стол. – Да и вам тоже.

Такая же зануда, как и Маринка. Впрочем, это единственное, что их объединяет. Илья покорно достал из пачки пирамидку с запахом лимона и залил кипятком.

– Я бы не была так уверена, что скелет тут весь, – сказала она, вернувшись на свой стул. – Эта нога могла быть украдена с кладбища и отдельно захоронена здесь, так сказать, на удачу.

Илья странно рассмеялся – в своем смехе ему послышались истерические нотки.

– Что?

– Смешного мало, – пожала плечами Варя. – Вы просто слишком мало живете в Ивановке. Такой ритуал проводят, чтобы недобрые – на взгляд заклинателя, конечно – силы не подходили к жилищу. Якобы дух умершего будет бороться с ними. Буквально – отпинывать.

– Что значит – проводят? Хотите сказать, что и в наши дни… – Илья даже не успел додумать, как Варя поспешила подтвердить:

– Именно. Если бы кто вдруг решил вскрыть могилы на здешнем кладбище, то, наверное, поразился бы нехватке у умерших рук и ног. Про ногу я уже сказала, а рука – к тому, чтобы хорошее подгребать и на врагов указывать. Черепа тоже берут, но редко – это когда хотят обо всем в окрестностях знать. Считается, что он мысли чужие может слышать и хозяину пересказывать.

Илья налил себе еще вина.

– Это же полная чушь. То есть прошлый хозяин украл это с кладбища и закопал в подполе на удачу?

– Возможно.

Варя поднялась и забрала свой чай. Распахнула форточку и так же ловко, как воду горбуньи, выплеснула туда, одну за другой, и полную бутылку, и остатки початой. Илья не смог ее остановить, да и не знал, как это сделать. Даже Маринка не всегда заходила так далеко.