Юлия Март – Подсловье. Премия имени Анны Ахматовой (страница 2)

И не то, чтобы я так хочу… Просто дали такую задачу. Передай, говорят, как свечу, Слово дальше. Пока что-то значит. Я ведь тоже копчу. И пыхчу. И рыдаю, бывает, в подушку. Наклоняется Ангел к плечу И целует, как в детстве, в макушку. Говорит: «Всё пройдёт, не спеши, В суете божий дар умирает. Ты пиши. Слушай ритм. И пиши. Послушание не выбирают». Ну, а я повторяю вопрос: Ты нашёл себя? Хоть понемногу? Через столько путей себя нёс, Что обратно не помнишь дорогу? Долго думаешь. Сердцем ответь. Слишком уж дорожим мы умами! Если б слово и ритм были твердь, Мы б себя заковали в них сами.

Я говорю Ему

Я говорю Ему: «Что со мною – не знаю: То улетаю, творю, То нагнетаю. Слово горит пламенем сине-красным, Срывается с губ, Режет душу, как масло, Жжёт мне язык сталью, как ядом». Он отвечает: «Время пришло, Так надо». Я говорю Ему: «Я в пути спотыкаюсь, Скатываюсь, Сползаю, В кровь разбиваю колени. Может, я зря стараюсь?» Он говорит: «Это твои ступени». Я говорю: «Голос мой льдист и тонок, Громко не спеть, А тихо никто не слышит. Выйду на сцену — чувствую себя лишней. Лучше забыть, молча стирать пелёнки». Он говорит: «Шёпот бывает громкий. Космос вообще мало кто слышит, А он шумит, В сердцебиеньи Дышит…»

Океан мой

Десять тысяч шагов под водой – что лье, А как вынырнешь, всё та же сушь. Океан мой, рукавам наших рек судьба обмелеть, Если сохнут источники наших душ. Я, как бедуин в пустыне, всё жду дождя, Но земная участь – всегда обман. «Принесите в жертву жену вождя», Десять тысяч лет… и один шаман. О фонтан, о чудо, Бахчисарай! О, сады цветут, о, бутоны роз… Это рай, конечно же, это рай.