Юлия Макс – Саттия. Турнир двух лун (страница 8)
– Сегодня убираешь книги, оставленные студентами, потом читаешь то, что считаешь нужным. Все секции и разделы обозначены указателями, не потеряешься.
Хм, интересный у него метод преподавания, почти как у дриады. Ну да ладно. Накосячила – придется попотеть.
До вечера я бегала между рядами, разбирая завалы из книг, которые бросали студенты на столах и пуфиках. Разделы и названия действительно были понятны даже мне, не особо сведущей в магии.
Брувз временами посматривал на меня, думая, что я не вижу. Но это понятно, я для него была неизвестной величиной.
Наконец библиотека опустела, магические светильники стали гореть тусклее.
Внутренне ликуя, я начала носиться между стеллажей. Где искать книги по воскрешению из мертвых? Может, сначала стоило пойти к Риану? Он – магистр крови, меня же он вытащил из тумана? Может, и Локи с Аббадоном ему удастся вернуть?
Я перебрала всю секцию книг с названиями «Заклятия на крови», но ничего не нашла о воскрешении. Нужно спрашивать совета у Сейгуна, но возвращаться в общежитие долго. Сегодня попробую своими силами. Обложившись книгами, я читала. О том, что наступила глубокая ночь, узнала только по возмущенным руладам своего желудка да тихим шагам где-то справа от меня.
– На выход, Саттия, – весьма любезно выпроводил меня Брувз. – Завтра будет новый день, тогда продолжишь свои бесполезные поиски о том, как воскресить мертвых.
– Следили за мной?
– И не думал даже, – проворчал он. – Кстати, тебя искали одногруппники: два эльфийских принца и девушка-демон. С каких пор темные и светлые эльфы дружат?
Я промолчала.
– Я их выпроводил, пообещав не держать тебя долго.
Я кивнула и отправилась в потемках к общежитию. Академия спала, тишину возмущало лишь стрекотание птиц во дворе. Задумавшись, я споткнулась обо что-то и полетела на землю. Сгруппировавшись по привычке, упала на руки и еле сдержала крик. Слишком жутко выглядела находка.
Глава 4
То, обо что я споткнулась, оказалось парнишкой. Мертвым скрюченным парнишкой. Пульс проверять не было нужды – ему перерезали горло. Руками, липкими от крови несчастного, я пошарила вокруг в поисках посторонних предметов и нашла кое-что. Находка ввела меня в ступор.
Возле тела валялась бумажная читательская карта, моя, которую сегодня мне выписал Брувз в библиотеке. Как? Она же была у меня в кармане все это время!
Кто-то хотел меня подставить. Вместо испуга я снова разозлилась так, что руки начали светиться алым.
«Так, спокойно, Сатти, вдох-выдох», – повторяла я мысленно. Я не могла просто уйти, чтобы снять с себя подозрения.
Конечно, позвала сторожа, поднялась суматоха, во двор высыпали студенты и преподавательский состав.
– Сатти! Мы начали переживать и собирались идти за тобой! – кинулась ко мне Ронарика. – Что с тобой? Почему ты вся в крови? Ты цела?
Я не успела ответить, потому что меня под локти увели преподаватели. Устроили допрос с пристрастием, даже слепок ауры делали тогда, когда я рассказывала о том, как нашла мертвого студента. Проверяли, вру я или нет. Я их понимала. Мне было до слез жалко этого парнишку. Когда гибнут на поле боя – это одно, а когда вот так исподтишка убивают в учебном заведении – это страшно.
Друзья нашли меня в коридоре, пока я, застыв, осмысливала произошедшее. Они не спешили обнимать, но на их лицах читалось искреннее переживание, и стыд за выходку на лекции накрыл меня так, что загорелись щеки.
– Простите меня за утро. Я не хотела.
Далеон ободряюще приобнял, шепнув:
– Ничего. Пойдем в наши комнаты, новости есть.
Отмывшись в душе, я вышла к ребятам, которые уже по привычке устроили «военный» совет в нашей гостиной.
– Подруга, выслушай нас, пожалуйста! – попросила Рони, вручая мне чашку с травяным чаем.
– Слушаю. – Я тут же уселась на ковер, скрестив ноги по-турецки.
– Сатти, мы не рассказали все вчера, потому что хотели дать тебе возможность освоиться после всего, что случилось, и тех событий, через которые мы все прошли. Это забота, а не подозрение, в чем ты сегодня обвинила нас, – спокойно начал Тирэн. – Рони показала тебе лишь пару минут того, что происходило на поле боя. В действительности битва продолжалась до вечера, пока с наступлением сумерек выжившие фанатики не бросились в бегство. Мы не кинулись в погоню, чтобы добить их, лишь потому, что наши ресурсы были на нуле. Большая часть студентов ранены или убиты, половина преподавательского состава и жителей Исталона отправилась к праотцам.
Я видела, что темный говорил искренне, и мне стало легче, а еще теперь стыдилась за свое не совсем взрослое поведение.
– Я поняла, ребята, правда. Сейчас важнее смерть во дворе. Кто-то хотел подставить меня. Парня, которого убили, я до этого видела в библиотеке. Я споткнулась о тело, когда шла в общежитие, упала, испачкалась в крови, а возле него лежала читательская карта, которую дал мне Брувз.
Друзья обеспокоенно загомонили, заговорив все разом и строя догадки, одна другой страшнее. Решили приглядывать друг за другом, пока не узнаем, кто убийца.
– Сатти, не злись, но твое поведение странное от слова совсем. Приступы гнева и ярости. Ты словно вулкан, чуть что – взорвешься, – отчитала меня подруга, на что я отвела взгляд, признавая ее правоту.
– Думаю, что ответ напрашивается сам собой, – скрестив руки на груди и вышагивая по гостиной, заметил Тирэн.
– Удиви меня, – иронично протянула я.
– Сила Аббадона. Она не уживается с радужной магией. Ты человек, более слабая раса, уж прости, но это так в магическом плане. Их столкновение в твоем теле качает эмоции вверх-вниз.
На его слова мне было нечего ответить, я не дура, сама понимала, что ненормально так злиться.
– Так, а что за новости вы хотели мне сообщить?
– Ну да, – замялась Ронарика, словно то, что нужно сказать, ей уже не нравилось. – Риан заходил и поведал, что Аббадон здесь, на Энде. Живой, и сейчас он в своей, как я поняла, резиденции на вампирских землях.
Мое сердце истошно забилось, отдавая болью в ребра. В горле пересохло и стало трудно дышать. Я залпом опрокинула в себя чашку чая, жидкость обожгла внутренности, и это хоть немного привело меня в чувство. Вот это новость!
– Он жив? Я же видела, как он умер! Если бы не умер – сила бы не перетекла ко мне. Я сама убила его! Локи? Риан говорил что-то о Локи?
Подруга расстроено покачала головой.
– Мне нужно найти Риана. – Я вскочила на ноги, собираясь переодеться и бежать на поиски его покоев.
– Сатти, – окликнул меня Тир. – Риан живет в городе, он не остается ночевать в Академии. Утром спросишь.
– Я не могу ждать! – упрямилась я, понимая, что выгляжу глупо.
Рядом появился Сейгун.
Тут-то я и поняла, что не взяла катану ни на занятия, ни в библиотеку.
Мы с ребятами разошлись, так как спать осталось всего пару часов.
Я юлой крутилась на постели и все время думала. Аббадон жив. Заберет свою силу? Убьет меня? Чего он вообще хочет теперь, когда выбрался из клетки? Вопросы, сплошные вопросы. Надеюсь, завтра узнаю хотя бы часть ответов от Риана.
Наконец провалилась в сон, и мне привиделся Аббадон. Он сидел в просторном тронном зале с бокалом в руке, а рядом стояла знакомая мне вампирша, любовница Риана. Я помнила ее с того бала, куда она явилась с ним под руку. Девушка что-то говорила Темному Богу, призывно улыбаясь и облизывая кроваво-красные пухлые губы. Во мне поднялось неприятное чувство. Неужели я ревную? Во сне я была сторонним наблюдателем, они не замечали меня. Я не слышала, о чем эти двое беседуют, и приблизилась, пытаясь разобрать по губам слова, но не смогла.
Невольно засмотрелась на Аббадона. Он выглядел иначе, чем я помнила. Более расслабленный и чертовски притягательный. Шелковая черная рубашка и такого же цвета брюки, заправленные в высокие сапоги. На запястье – широкий кожаный браслет с непонятной гравировкой. Белые волосы, собранные в низкий хвост и ртутные пронзительные глаза.
О чем же они говорят и почему я их не слышу? Я встала совсем близко к трону и, казалось, даже почувствовала запах мороза и ветра, его аромат. Я сначала обрадовалась, увидев Аббадона живым, а потом разозлилась. Он, значит, сидит себе, алкоголь потягивает в обществе вампирской подстилки для знатных особ, а я огребаю от его силы и бешусь на всех!
В этот момент вампирша позволила себе легко коснуться его руки и улыбнуться, что-то сказав. Я напряглась. Ну-с, посмотрим, такой же ты, как и Риан, или нет?
Беловолосый мужчина сжал челюсти, играя желваками, небрежно сбросил женскую руку и встал, что-то отвечая собеседнице. Он злился, удовлетворенно отметила я про себя, прекрасно зная такое выражение лица, ведь на меня он злился часто. Бокалом Аббадон показал девушке на выход, медленно цедя слова. Вампирша стала еще бледнее, хотя куда уж больше, и, втянув голову в плечи, низко поклонилась. Выпрямившись, она состроила мило-невинное лицо и вышла из зала.
– Аббадон! – крикнула я в сердцах, и он резко обернулся, посмотрев прямо туда, где я стояла.
Кажется, он не видел меня, но, думаю, понял, кто подсматривает за ним. Наверное, это особенность его силы. Губы беловолосого мужчины изогнула такая знакомая теплая улыбка, он поднял бокал, словно в мою честь, а допив, оставил его на подлокотнике кресла. Аббадон засунул руки в карманы и вышел из зала.