Юлия Макс – Иная Богемия (страница 69)
Смазанным движением Берсе вытащил микрофон-таблетку из ее уха и, кроша тот в пальцах, заговорил:
– Анета, присоединяйтесь к нам. Ваш вид может быть очень полезен для нового мира.
– Мой вид, как вы выразились, призван защищать людей от подобных вам!
Берсе расхохотался в ответ.
– Поэтому вы так страстно отвечали на поцелуй упыря? Итак, мое предложение действует до полуночи. Вы, Карл и Орден в лице Фауста присоединяетесь к нам. Я сделаю вас и Карла наместниками новой иной Богемии. Вильгельма придется отдать мне на растерзание, так как его проступок можно искупить только смертью.
– А что же не Карла? – съязвила Энн. – Разве не он закрыл Богемию на много веков?
– Честно говоря, я втайне восхищаюсь тем, как ловко он защитил страну. Карл – выдающийся политик. На мой взгляд, лучшего короля не найти во всей истории. А вы будете его королевой или соправителем.
– Почему вы говорите это мне? – насколько возможно сдержаннее спросила Энн.
– Оглянитесь, вейтус в этот момент предлагают то же самое вашим друзьям. В случае отказа вы все умрете, Анета, и никакое оружие вам не поможет.
Кинских не стала вертеть головой в поисках Карла или Маркуса, оставаясь настороже, она внимательно следила за каждым движением Берсе.
– Возможен ли мир между нами? Чтобы оставить все как было до падения заклятой границы? – ее голос немного дрожал от сдерживаемой ярости.
Алан помахал рукой перед носом, словно пытался избавиться от дурного запаха, который источал заданный Энн вопрос и, сощурив винного цвета глаза, медленно процедил:
– Мир? Только если он будет окрашен в красный.
Берсе увлек ее еще на один танец, улыбаясь так приторно, что Энн хотелось прямо здесь и сейчас вырвать ему гортань. Музыка стихла, и, прошипев, что ей нужно выпить, она направилась к столам. Берсе следом.
– Прошу прощения! – К ним подошла высокая девушка в красном платье. Ее светлые кудри подпрыгивали в такт ходьбе. – Пани Кинских! Я вас сразу узнала по фамильному кольцу.
– Добрый вечер! – вежливо улыбнулась Энн, пытаясь понять, знакомы ли они.
– Как странно, что это к вам, а не ко мне пришли представители прессы, – заулыбался Алан, словно бы до этого они обсуждали нечто приятное. – Дайте нам еще минуту, пожалуйста, – вежливо попросил он у девушки.
Тут к нему подбежал один из вейтус и, лихорадочно блестя глазами в прорезях маски, что-то зашептал на ухо. Губы Берсе некрасиво кривились, когда он повернулся к Энн. Глаза стали бордовыми, в них горела злость.
– Вы меня разочаровали, графиня. Наслаждайтесь предстоящим шоу и ни в коем случае не вздумайте вмешиваться. – Алан шагнул к ней вплотную и прошелестел на ухо: – Как вы думаете, успел ли Вильгельм забрать оружие?
Энн вздрогнула и поняла, что он уже знает о соли, а значит, слова про время до полуночи – всего лишь фикция. Они в ловушке. Все на этом балу угодили в капкан.
Берсе поклонился и тут же был подхвачен людьми из президентского секретариата.
– Пани Кинских, меня зовут Эва Водичкова. Я журналистка, веду блог «Пражский трдельник». Я бы хотела договориться с вами об интервью.
– Очень приятно, – Энн вертела головой, стараясь увидеть дядю, но его нигде не было. – Кажется, вы мне писали на электронную почту?
– Да. Меня очень впечатлили легенды из вашей лекции в Карловом Университете.
Энн почувствовала кислый привкус во рту, а потом он стал металлическим, напоминая кровь. Возникшая тяжесть в груди мешала дышать. Сердце замедлилось в недобром предчувствии. Кинских неожиданно для журналистки схватила ее за руку, заставляя придвинуться ближе.
– Послушайте меня внимательно, Эва. Немедленно уходите в собор Вита и уведите с собой всех, кого сможете уговорить. Это очень важно!
Кинских ожидала, что Водичкова покрутит пальцем у виска, но девушка только растерянно прошептала:
– Я… А что происходит?
В этот момент музыка усилилась, и тихий ответ Энн утонул в мощных аккордах танго. Журналистка кивнула и попятилась, глядя на круг танцующих. Что-то неуловимо изменилось: в воздухе уже начал ярко витать аромат свежей крови. В центре кружащихся пар один из вейтус пил кровь партнерши по танцу. И если красное платье девушки поглощало брызги из разорванной артерии, то белый фрак упыря окрасился ужасными алыми, похожими на маки, разводами.
Кто-то закричал. По стенам поползли зловещие сгустки мрака, которые оказались низшими. Музыка продолжала играть, словно ничего не случилось. Среди людей началась паника. Все бежали, кто-то падал. Низшие подхватывали вверх тех, кто оказался у стен, и пили из них прямо на весу. Охрана из градных стражей оказалась убита в первую очередь.
Кинских отпихнула от себя мужчину в белом костюме и, трансформировав руку, полоснула когтями по горлу подкравшейся к ней женщине в белом с красными полосами платье. Маркус, разорвав на себе костюм, обратился обсидиановым влколаком. Защищая бегущих людей, он перекусывал низших, отрывая части тел, давя их головы мощными лапами. Возле Энн появился Карл и крепко сжал ее руку.
– Уходим!
– Нет! Нужно им помочь. Их же съедят или обратят!
– Часть спасется в соборе Святого Вита, на всех у нас нет времени. Захват Богемии уже начался!
В зале упала одна из каменных статуй. Это Дэниэль дрался с Берсе, пока тот не отступил за спины трех вейтус. В быстром мелькании черно-белых костюмов сложно было что-то разглядеть. Карл тяжело вздохнул, и тут Энн заметила, что он держится за бок.
– Анета, мы отступаем в Карлштейн, как и условились. Я уверяю, что влколаки, которые дежурили снаружи, помогут людям спастись, как мы и договаривались вначале.
– Чем ранили? – Она приобняла его за талию, заставив вздрогнуть от неожиданности.
– Серебряный кол, – Карл поморщился и потянул ее в сторону, противоположную выходу.
В четырехстах километрах от Пражского Града Вильгельм вместе с Эдгаром мчал на красном «Форде Мустанг», который ему любезно предложил Фауст. Оказалось, что после Лилит мальчишка неровно дышит к этой марке авто, иначе как объяснить наличие у него трех одинаковых машин: черной, на которой ездила первая из демонов Ада, белой с черными спортивными полосами и красной. Позади «Форда» ехали трое членов Ордена на внедорожнике с необходимыми инструментами, чтобы набрать соли, если она еще осталась в той шахте. Эдгар, друг Анеты, сопел от усердия, копаясь в интернете в поисках информации об одной конкретной шахте. Аластер Роули все же снизошел до милости и подтвердил, что сделка заключалась на своеобразном перекрестке первых шахт на горном массиве Дахштайна. Шахта была давным-давно закрыта и завалена, но в ее туннели можно было попасть из другой, не менее древней, по которой сейчас водили экскурсии, и находилась она за смотровой площадкой над городом Гальштат.
Вильгельм искоса рассматривал друга Анеты. Совсем юный, смазливый, весь оранжевый, словно горячее летнее солнце. Только глаза были взрослыми, уже познавшими жизнь с худшей стороны. Вильгельм знал, как рано дети взрослеют, если у них отнимают детство, заставляют принимать решения, к которым они не готовы. Так произошло и с ним, и с Карлом, хотя совершенно по другой причине.
– Ты как Карл, да? – спросил Эдгар, оставив в покое телефон.
– Да, – хмыкнул Вильгельм. Рыжик его забавлял.
– Маркус сказал, что ты обратил Карла. А кто обратил тебя?
– Алан Берсе. Нынешний глава вейтус.
Эдгар присвистнул и тряхнул головой.
– Ты хотел или без твоего согласия?
Вильгельм стиснул руки на кожаном руле, но ответил так же спокойно:
– Меня никто не спрашивал.
Эдгар посмотрел на руль, потом на Вильгельма и замолчал.
«Мустанг» несся по извилистой дороге, конец которой терялся за поворотами, а горы скрывали туман и начинающийся дождь. Капли монотонно стучали по машине, создавая мрачный дуэт с ревом мотора. Плотный туман, казалось, проникал внутрь салона, насыщая запахом дождя и ощущением неизбежной беды.
Когда «Форд», рыча, вынырнул из туманной завесы, мистер Рот облегченно выдохнул. Подъезжая к австрийской общине, Вильгельм взглянул на часы и подумал, что так и не увидел Карла в черном костюме и бальной маске. Эта мысль заставила уголки его губ изогнуться в мечтательной улыбке.
Из-за дождя и ветра туристов оказалось очень мало, и в кабине фуникулера, поднимающей их на гору, ехали всего пятеро, связанных общим делом, людей и существ. На часах было пять вечера, подъемник работал до шести, так что спускаться придется своими силами и в темноте. Наверху в опустевшую кабину погрузились последние туристы, и они остались одни.
Вильгельм пошел знакомой дорогой через смотровую площадку к соляному дому, откуда начинались шахты. Дождь, как и обычно в горах, переменчиво раздумывал, идти или нет, поэтому они не особо намокли. Вокруг высились горные пики, бурно росли ароматные травы, от которых то и дело чихал Эдгар.
Вильгельм хмурился, вспоминая, как смотрел Карл на Анету, но потом ухмыльнулся. Они – разные виды, нет у них будущего. И то, что единственный друг простил его, а это было именно так, окрыляло Вильгельма и делало почти счастливым. Почти.
Обогнув дом, они нашли черный ход в туннели. Эдгар, сверяясь со старыми маршрутами, которые он обнаружил в одной из электронных библиотек Австрии, вел их вперед. Влажный воздух шахт пах для мистера Рота металлом, солью и, как ни странно, отелем «Дахштайн». Вильгельм внимательно осматривал стены, надеясь найти там какую-то подсказку, тайный символ, но если он когда-то и существовал, то время уничтожило все.